Юрий Яковлев предлагает читателю задуматься над проблемой роли матери в жизни человека. Безусловно, именно родители определяют дальнейшее становление личности, его будущую жизнь. Связь между матерью, отцом и ребенком неразрывна. Особенно хочу выделить любовь к чаду со стороны матери, так как отцы чаще всего не любят проявлять её в полной мере и стараются замаскировать свои ощущения. Но материнские чувства, заложенные на инстинктивном уровне, остановить не в силе ничто.
Ярким примером крепких уз между ребенком и мамой является текст Яковлева. Автор обращает внимание читателя на тот факт, что зачастую дети забывают о том, что родители не смогут существовать вечно, следствием чего является полное понимание того, что при их жизни ты упустил многие моменты действительности, когда необходимо было выразить свою благодарность за возможность существования на этой прекрасной планете и проявить ответные чувства. «Дети никогда не говорят матери о своей любви к ней, — верно подмечает автор… без любви к матери в сердце — холодная пустота».
В контексте этого отрывка мы знакомимся с трогательной историей главного героя, от лица которого ведется повествование. Повзрослев, ему было предрешено судьбой уйти на фронт и расстаться с матушкой: «Я не знал, что навсегда прощаюсь с матерью». Война не жалеет никого и является разрушителем судеб миллионов людей. Однако воспрепятствовать героизму той женщины, которая «сочиняла в ледяном доме, где все стекла были выбиты взрывной волной» и «где люди умирали от голода, холода и осколков», она не смогла, заботливая мать нашла в себе силы «послать последние капли своего тепла, своей кровинки». Единственным глотком жизни, который поддерживал в нем огонь жажды жить, защищать Родину во имя мирного неба над землей, было письмо родного человека.
Оба эти примера, дополняя друг друга, указывают на то, что нужно любить и уважать своих близких, дети должны чаще говорить о своих чувствах. Как бы ни парадоксально звучало, чтобы мы ни делали: плохое, хорошее; любовь матери лишь растет с каждой минутой все больше и больше.
Позиция автора текста такова: Ю. Я. Яковлев считает, что мама — самый необходимый человек на свете. Ведь это та самая душа, которая примет тебя таким, какой ты есть, приласкает, поддержит во всех начинаниях и подарит лучик света в самую хмурую погоду.
Не могу не согласиться с автором, потому что я часто испытываю похожие чувства к своей маме. По своей натуре я чересчур стеснительный человек, мягко говоря. «Лишние» напоминания о том, как я ее ценю и люблю с трудом даются мне. Однако с каждым годом я всё больше и больше осознаю, как я был раньше не прав. Становится стыдно за свои детские и беспричинные обиды, за плохое поведение.
Таким образом, мама играет главенствующую роль в жизни каждого человека и надо чаще отдавать им дань своего уважения, дарить цветы, теплые слова, объятия. Как хорошо, что существует такой замечательный праздник, как День Матери, который ежегодно напоминает детям о том, что необходимо восполнить чашу терпения, подарить ответное светлое чувство, улучшить настроение, доказать маме своими поступками, что не зря ей приходится иногда расстраиваться и переживать.
(1)Дети никогда не запоминают мать молодой, красивой, потому что понимание красоты приходит позже, когда материнская красота успевает увянуть. (2)Я запомнил свою мать седой и усталой, а говорят, она была красива. (3)Большие задумчивые глаза, в которых проступал свет сердца. (4)Ровные тёмные брови, длинные ресницы. (5)На высокий лоб спадали дымчатые волосы. (6)До сих пор слышу её негромкий голос, неторопливые шаги, ощущаю бережное прикосновение рук, шершавое тепло платья на её плече. (7)Это не имеет отношения к возрасту, это вечно. (8)Дети никогда не говорят матери о своей любви к ней. (9)Они даже не знают, как называется чувство, которое всё сильнее привязывает их к матери. (10)В их понимании это вообще не чувство, а что-то естественное и обязательное, как дыхание, утоление жажды. (11)Но в любви ребёнка к матери есть свои золотые дни. (12)Я пережил их в раннем возрасте, когда впервые осознал, что самый необходимый человек на свете – мама. (13)Память не сохранила почти никаких подробностей тех далёких дней, но я знаю об этом своём чувстве, потому что оно до сих пор теплится во мне, не развеялось по свету. (14)И я берегу его, потому что без любви к матери в сердце – холодная пустота. (15)Я никогда не называл свою мать матерью, мамой. (16)У меня для неё было другое слово – мамочка. (17)Даже став большим, я не мог изменить этому слову. (18)У меня отросли усы, появился бас. (19)Я стеснялся этого слова и на людях произносил его чуть слышно. (20)Последний раз я произнёс его на мокрой от дождя платформе, у красной солдатской теплушки, в давке, под звуки тревожных гудков паровоза, под громкую команду «по вагонам!». (21)Я не знал, что навсегда прощаюсь с матерью. (22)Я шептал «мамочка» ей на ухо и, чтобы никто не видел моих мужских слёз, вытирал их о её волосы… (23)Но когда теплушка тронулась, не выдержал, забыл, что я мужчина, солдат, забыл, что вокруг люди, множество людей, и сквозь грохот колёс, сквозь бьющий в глаза ветер закричал: – Мамочка! (24)А потом были письма. (25)И было у писем из дома одно необычайное свойство, которое каждый открывал для себя и никому не признавался в своём открытии. (26)В самые трудные минуты, когда казалось, что всё кончено или кончится в следующее мгновение и нет уже ни одной зацепки за жизнь, мы находили в письмах из дома неприкосновенный запас жизни. (27)Когда от мамы приходило письмо, не было ни бумаги, ни конверта с номером полевой почты, ни строчек. (28)Был только мамин голос, который я слышал даже в грохоте орудий, и дым землянки касался щеки, как дым родного дома. (29)Под Новый год мама подробно рассказывала в письме о ёлке. (30)Оказывается, в шкафу случайно нашлись ёлочные свечи, короткие, разноцветные, похожие на отточенные цветные карандаши. (31)Их зажгли, и с еловых веток по комнате разлился ни с чем не сравнимый аромат стеарина и хвои. (32)В комнате было темно, и только весёлые блуждающие огоньки замирали и разгорались, и тускло мерцали золочёные грецкие орехи. (33)Потом оказалось, что всё это было легендой, которую умирающая мама сочинила для меня в ледяном доме, где все стёкла были выбиты взрывной волной, а печки были мертвы и люди умирали от голода, холода и осколков. (34)И она писала, из ледяного блокадного города посылая мне последние капли своего тепла, последние кровинки. (35)А я поверил легенде. (36)Держался за неё – за свой неприкосновенный запас, за свою резервную жизнь. (37)Был слишком молод, чтобы читать между строк. (38)Я читал сами строки, не замечая, что буквы кривые, потому что их выводила рука, лишённая сил, для которой перо было тяжёлым, как топор. (39)Мать писала эти письма, пока билось сердце…