Проблема поведения человека на войне останется в нашей стране актуальной всегда. Редкий писатель не затрагивает её. Для Р. Погодина она тоже важна.
Вначале автор описывает физическое состояние солдата, которого ранило в руку, его мысли о том, какое это ранение. Он пытается посмотреть, что произошло на самом деле с рукой.
То, что он увидел, заставило его вспомнить поведение легкораненых. Автор пишет о чувствах солдата. Он сначала мысленно себя наругал из-за «поспешной решимости» остаться без руки, а потом успокоился. Одновременно он и гордился тем, что он ранен. Писатель отражает реальную правду о войне, написав о том, что у солдат были и такие естественные человеческие чувства — надежда на то, что он пока не будет участвовать в бою.
И вдруг он увидел раненого танкиста Степана, который полз не сторону лазарета. Восклицательное предложение 19 помогает читателю понять то, что случается на войне с солдатом. Эпитет «воровато» в следующем предложении использован автором для более яркого описания нечестного поведения Альки.
Автор ярко описал борьбу чувств в душе солдата. На него сильно подействовал поступок Степана, у которого все его движения были нацелены на желание находиться рядом с товарищами. В нем наступил перелом. Слова о том, чтобы Степан потерпел, были сказаны от души. Голос его уже был «твердым, уверенным». Одной рукой он взял пулемет и пошел в атаку, в которой солдаты обычно кричат слова, и они помогают.
Чувство товарищества не покинуло Альку. Попав в лазарет, он сначала спросил о Степане и, узнав, что его тоже доставили, успокоился.
Р. Погодин, создавая образы простых солдат, реально описывает их естественное поведение, то, что конкретно бывает во время военной обстановки. Через что же проходит солдат? Через ранение, озабоченность за себя, спокойствие по поводу незначительного ранения, приглушенное желание оставить поле боя хотя бы на какое-то время, раскаяние в трусости, желание мстить за товарищей и спокойствие по поводу благоприятного исхода не столько для себя, сколько для товарища.
Через похожие испытания прошел Николай Плужников, о котором я хочу сказать в подтверждение своего согласия с авторским мнением. Это главный герой повести Б. Васильева «В списках не значился». Само название говорит о том, что молодой лейтенант стал воевать в Брестской крепости, так и не успев доложить о прибытии. Он испытал многое: растерянность, страх, сомнения. Встретив здесь первую любовь, защищал Мирру и не бросил ее, когда была возможность с другими солдатами уйти из казематов. Девушка передвигалась на протезе, и было понятно, что с ней уйти от немцев не будет возможности. Впоследствии оставшись один, он находил боеприпасы и до конца сражался с немцами. Николай вышел из казематов только тогда, когда немцы послали человека и поставили условие ему: если русский солдат не выйдет, то его уничтожат. Вышел на свет мужчина неопределенного возраста, ослепший, с длинными седыми волосами, с окровавленными ногами. Женщины, работавшие в крепости и разбиравшие завалы, стали падать перед ним на колени, а немцы по приказу начальства отдавали своему врагу почести.
Итак, война испытывает людей. Поведение человека на войне бывает разным. Люди проходят через физическую боль, через испытания страхом. Они находятся в постоянном физическом и нравственном напряжении. Солдаты проходят самый трудный и страшный жизненный экзамен.
(6)«Наверное, кость раздробило...»
(7)Он попытался вытащить руку из рукава, но она не поддавалась. (8)Алька зажал её между колен, потянул – боли не было, но рука не двигалась. (9)Решив, что она держится на каком-нибудь случайно не перебитом сухожилии, Алька стал неторопливо снимать шинель. (10)Расстёгивать крючки одной рукой было неудобно, он пыхтел, вставал во весь рост; он не замечал свиста пуль и разрывов мин. (11)Он был раненый, выбывший из игры!
(12)Наконец он сбросил шинель, закатал рукава гимнастёрки и нательной рубахи – чуть выше локтя сочилось сукровицей отверстие величиной с клюквину.
(13)Внезапно в памяти возник смех легкораненых, одновременно конфузливый и счастливый смех, и он засмеялся тоже, ругая свою поспешную решимость расстаться с рукой, и пошёл, покачивая её на весу, как младенца, будто жалея.
(14)Шёл он, не торопясь, ни о чём не думая, в умиротворении и гордости: он раненый – и может теперь на вполне законных основаниях не воевать!
(15)Миновал горящую «тридцатьчетвёрку», которая стояла чёрная, закопчённая и пустая, а вокруг пахло горелой резиной и раскалённым железом. (16)Башня, покрытая густым слоем сажи, валялась метрах в десяти: её сорвало взрывом и отбросило от танка. (17)И Степан упал где-то здесь...
(18)Степан, сжимая оружие в руках, согнувшись, лежал поодаль, у неглубокой прозрачной лужи, видимо, пытался ползти, причём не в сторону лазарета...
(19)Стыд огнём ударил Альке в лицо! (20)Он оглянулся воровато и тут же осознал, что он открыт для пуль и осколков.
(21)Алька бросился на землю. (22)В лужу тут же шлёпнулась мина, продолговатая, небольшая мина с перистым грубым хвостом и блестящим ободком у головки.
(23)Алька смотрел на неё зачарованно, а мина висела в некоем остановившемся пространстве – времени.
(24)Неожиданно что-то грубо-живое разрушило это жуткое очарование – это Степановы руки дёрнулись, поползли из воды к голове, бороня пальцами мокрую землю.
(25)Алька встал на ноги, огляделся, и душа его вдруг вскипела, распахнув все его чувства и белому небу, и мокрой земле, разрываемой пулями, но особенно Степану, лежащему рядом...
(26)Оглянувшись, Алька вновь увидел свою роту, залёгшую перед новым броском шагах в пятидесяти от него, увидел и поднявшегося уже капитана Польского.
(27)Услышал, как он закричал: «Вперёд!»
– (28)Степан, потерпи, я сейчас... – сказал Алька Степану твёрдым уверенным голосом, левой рукой поднял пулемёт, уложил его ствол на правую, неподвижную и согнутую в локте, и побежал на фланг роты: там – теперь он их видел отчётливо – за соломенным плетнём залегли немцы.
(29) Алька бежал, не помня себя, не чувствуя боли, стрелял на бегу и кричал, кричал слова, которые кричат все солдаты во время атаки и которые почему-то так помогают в бою.
(30)Удар! (31)И как будто резинкой пропахали по волосам ото лба к темени...
(32)Очнулся Алька в госпитальной палате. (33)Над ним склонилась знакомая медсестра, взгляд её был упругим и ласковым, как поглаживание.
– (34)Степана доставили? (35)Сержанта Елёскина?..
(36)Медсестра ответила неторопливым кивком.
– (37)То-то, – назидательно и удовлетворённо прошептал Алька и попросил пить.