Проблема хамства по тексту К. Г. Паустовского «Однажды меня послали из Бреста в Москву за медикаментами. Врачи, сёстры и санитары надавали мне множество поручений и писем...» 22 вариант
📅 12.05.2020
Автор: Dasha20
Нужно ли быть порядочным, а не грубым при общении с человеком? Проблема хамства — одна из поставленных в тексте Константином Георгиевичем Паустовским.
Размышляя над данным вопросом, автор пишет об молодом человеке, которого медсестра попросила передать часы и письмо её дяде. Она попросила профессора приютить солдата на некоторое время. Когда рассказчик нашел их квартиру, ему открыла дверь недовольная профессорша. Действительно, под видом порядочности хозяйка просит дать больше денег солдату, несмотря на то что семейство отказывается приютить паренька. Члены профессорской семьи ведут себя по-хамски по отношению к чужому человеку.
Более того, солдату пришлось выслушать множество оскорблений в свой адрес. После этих высказываний молодой человек разочаровался в ученых людях: И правда, профессор, может быть, умный человек, но ведёт себя нагло и грубо. Его жена не знает границ приличия, высокомерно разговаривает с незнакомым человеком.
Дополняя друг друга, оба примера показывают хамское поведение с виду интеллигентных людей.
По мнению автора, не все умные люди умеют вести себя культурно. Многие ведут себя по-хамски по отношению к окружающим. Каждый человек, который считает себя интеллигентным, должен вести себя благородно и порядочно.
Я согласна с позицией автора так как тоже считаю, что умные люди иногда забывают об порядочности. Они становятся высокомерными и смотрят на окружающих «сверху вниз». Нужно быть культурным и благородным человеком и не хамить другим людям.
Справедливость вышесказанного подтверждает пример из художественной литературы. Обратимся к произведению Островского «Гроза». Дикой — грубый и невежественный человек, который оскорбляет всех вокруг. Ни одно событие его жизни не обходится без ругани. Больше всего он браниться на своих родных и племянника Бориса. Безнаказанность его хамства породила в Диком полнейшую разнузданность.
В заключение хочется сказать, что важно всегда оставаться порядочным человеком. Хочется верить, что хамства и невежества станет меньше в современном обществе.
Исходный текст
Однажды меня послали из Бреста в Москву за медикаментами. Врачи, сёстры и санитары надавали мне множество поручений и писем. В то время все старались переправлять письма с оказией, чтобы избежать военной цензуры. Лёля дала мне свои золотые часики и просила передать их в Москве своему дяде, профессору. Золотые эти наручные часики смущали Лёлю. Они были, конечно, совсем ни к чему в санитарном поезде. Лёля дала мне, кроме того, письмо к дядюшке. В нём она писала обо мне много хорошего и просила профессора приютить меня, если понадобится. Я разыскал в Москве квартиру уважаемого профессора и позвонил. Мне долго не открывали. Потом из-за двери недовольный женский голос расспросил меня, кто я и по какому делу. Дверь открыла пожилая горничная с косоглазым лицом. За ней стояла высокая, величественная, как памятник, старая дама в белоснежной крахмальной кофточке с чёрным галстуком-бабочкой — жена профессора. Седые её волосы были подняты надменным валиком и блестели так же, как и стёкла её пенсне. Она стояла, загораживая дверь в столовую. Там семья профессора пила, позванивая ложечками, утренний кофе. Я передал профессорше коробочку с часами и письмо. Подождите здесь, — сказала она и вышла в столовую, выразительно взглянув на горничную. Та тотчас начала вытирать в передней пыль с полированного столика, давно уже к тому времени вытертого и нестерпимо блестевшего. Кто там звонил? — спросил из столовой скрипучий старческий голос. — Что нужно? Представь, — ответила профессорша, шурша бумагой (очевидно, она вскрывала пакет), — Лёля и на войне осталась такой же сумасбродкой, какой и была. Прислала золотые часы. С каким-то солдатом. Какая всё-таки неосторожность. Вся в мать! Угу! — промычал профессор. Очевидно, рот у него был набит едой. — Ничего не стоило прикарманить. Вообще я Лёлю не понимаю, — снова сказала профессорша. — Вот пишет, просит его приютить. К чему это? Где приютить? На кухне у нас спит Паша. Только этого не хватало, — промычал профессор. — Дай ему рубль и выпроводи его. Пора Лёле знать, что я терпеть не могу посторонних людей. Неловко всё-таки рубль, — сказала с сомнением профессорша. — Как ты думаешь, Пётр Петрович? Ну, тогда вышли ему два рубля. Я распахнул дверь на лестницу, вышел и захлопнул дверь так сильно, что в профессорской квартире что-то упало и разбилось с протяжным звоном. На площадке я остановился. Тотчас дверь приоткрылась через цепочку. 3а горничной, придерживавшей дверь, стояла вся профессорская семья: надменная профессорша, студент с лошадиным лицом и старый профессор с измятой салфеткой, засунутой за манишку. На салфетке были пятна от яичного желтка. Ты чего безобразничаешь? — прокричала в щёлку горничная. — А ещё солдат с фронта! 3ащитник Отечества! Передай своим господам, — сказал я, — что они скоты. Тут в передней началась невнятная толкотня. Студент подскочил к двери и схватился за цепочку, но профессорша его оттащила. Геня, оставь! — крикнула она. — Он тебя убьёт. Они привыкли всех убивать на фронте. Тогда вперёд протолкался старый профессор. Чисто вымытая его бородка тряслась от негодования. Он крикнул в щёлку, приложив руки трубочкой ко рту: Хулиган! Я в полицию тебя отправлю! Эх вы! — сказал я. — Научное светило! Профессорша оттащила почтенного старичка и захлопнула дверь. С тех пор у меня на всю жизнь осталось недоверие к так называемым «жрецам науки», к псевдоучёным, к племени людей, которые безмерно кичатся своей учёностью, а в жизни остаются обывателями и пошляками. Есть много видов пошлости, не замечаемых нами. Даже такой безошибочный «уловитель» пошлости, как Чехов, не мог описать всех её проявлений.
Читать далее: https://4ege.ru/sochineniya/57309-sochinenie-22-sbornik-ege-2019.html