ЕГЭ по русскому

Проявление человеческих качеств на войне

📅 24.04.2020
Автор: sikeketka

Владимир Алексеевич Солоухин — известный русский писатель. Его волнуют многие проблемы. Одна из них – проявление человеческих качеств в условиях военного времени.

Рассуждая над данным вопросом, автор описывает тяжелую жизнь студентов в военные годы. Солоухин обращает внимание на главного героя текста,который, несмотря на нелегкое положение, не утратил своих человеческих качеств. Он проявляет добродушие и щедрость, когда решает облегчить жизнь своих товарищей и принести им каравай. Герой не обращает внимания на возможную метель и стужу, на то, что путь был очень не близким. Автор подчеркивает его решимость: »Но я поставил себе задачу принести ребятам хлеб». Противоположностью главного героя является Мишка Елисеев. Его отличают жадность, неуважение к своим товарищам. Тумбочка Мишки всегда была полна, но ему не было дела до того, что другие люди голодают. Даже в момент болезни своего соседа по общежитию, он не просто остается равнодушным к чужой беде, но и нагло врет: »Нет у меня ничего в тумбочке, можете проверить. Разрешается».

Владимир Солоухин считает, что именно в тяжелых жизненных условиях, продиктованных войной, раскрывается истинная человеческая натура, только тогда мы узнаем человека таким, какой он есть самом деле.

Я согласен с мнением автора. Действительно, сложные ситуации срывают все маски с людей и показывают, насколько крепок их внутренний стержень.

Во многих произведениях художественной литературы поднимается данная проблема. Так, в произведении «Матерь человеческая» Виталий Закруткин повествует о женщине Марии, которая оказалась одна в сожжённом фашистами дотла хуторе. Потеряв семью, родной дом, она проявляет великодушие и милосердие, когда помогает раненому юному немецкому солдату. В своем произведении Закруткин демонстрирует, что, даже оказавшись в тяжелейшей ситуации, человек способен творить добро и проявлять сострадание.

Вспоминается произведение Альберта Лиханова «Последние холода». В нём повествуется о жизни небольшого тылового города во время ВОВ. Главным героем является мальчик Коля. Он не смог остаться равнодушным к страданиям Вадима и его младшей сестры, которым из-за потери карточек было негде добыть еды. Коля старается накормить их, отдает свою куртку, рассказывает маме о несчастных детях. Он понимает, что в такое тяжелое время для страны время нельзя оставаться равнодушным к чужой беде.

Таким образом, Владимир Солоухин не случайно поднимает актуальную и сегодня проблему. Он подчеркивает, что люди никогда не должен терять своих человеческих качеств.

Исходный текст
(1)Шла война, на которую мы, шестнадцатилетние мальчишки, пока ещё не попали. (2)Время было голодное. (3)По студенческим карточкам нам давали всего по четыреста граммов хлеба.



(4) А между тем даже сливочное масло, окорок, яйца, сметана существовали в нашей комнате в общежитии — в тумбочке Мишки Елисеева, отец которого работал на складе и каждое воскресенье приходил к сыну и приносил свежую обильную еду.



(5) На Мишкиной тумбочке висел замок. (6)Мы даже не подходили к ней: неприкосновенность чужого замка вырабатывалась у человека веками и была священна во все времена, исключая социальные катаклизмы — стихийные бунты или закономерные революции.



(7)Как-то зимой у нас получилось два выходных дня, и я решил, что пойду к себе в деревню и принесу каравай чёрного хлеба. (8)Ребята меня отговаривали: далеко — сорок пять километров, на улице стужа и возможна метель. (9)Но я поставил себе задачу принести ребятам хлеб.



(10)Утром, несмотря на разыгравшуюся метель, я добрался до родительского дома. (11)Переночевав и положив драгоценный каравай в заплечный мешок, я отправился обратно к своим друзьям в студёном, голодном общежитии.



(12)Должно быть, я простудился, и теперь начиналась болезнь. (13)Меня охватила невероятная слабость, и, пройдя по стуже двадцать пять километров, я поднял руку проходящему грузовику.

— (14)Спирт, табак, сало есть? — грозно спросил шофёр. — (15)Э, да что с тобой разговаривать!

— (16)Дяденька, не уезжайте! (17)У меня хлеб есть.



(18)Я достал из мешка большой, тяжёлый каравай в надежде, что шофёр отрежет часть и за это довезёт до Владимира. (19)Но весь каравай исчез в кабине грузовика. (20)Видимо, болезнь крепко захватила меня, если даже само исчезновение каравая, ради которого я перенёс такие муки, было мне уже безразлично.



(21)Придя в общежитие, я разделся, залез в ледяное нутро постели и попросил друзей, чтобы они принесли кипятку.

— (22)А кипяток-то с чем?.. (23)Ты из дома-то неужели совсем ничего не принёс?

(24)Я рассказал им, как было дело.

— (25)А не был ли похож тот шофёр на нашего Мишку Елисеева? — спросил Володька Пономарёв.

— (26)Был, — удивился я, вспоминая круглую красную харю шофёра с маленькими серыми глазками. — (27)А ты как узнал?

— (28)Да все хапуги и жадюги должны же быть похожи друг на друга!

(29)Тут в комнате появился Мишка, и ребята, не выдержав, впервые

обратились к нему с просьбой.

— (30)Видишь, захворал человек. (31)Дал бы ему хоть чего-нибудь поесть.



(32)Никто не ждал, что Мишку взорвёт таким образом: он вдруг начал орать, наступая то на одного, то на другого.

— (33)Ишь, какие ловкие — в чужую суму-то глядеть! (34)Нет у меня ничего в тумбочке, можете проверить. (35)Разрешается.

(36)При этом он успел метнуть хитрый взгляд на свой тяжёлый замок .



(37)Навалившаяся болезнь, страшная усталость, сердоболие, вложенное матерью в единственный каравай хлеба, бесцеремонность, с которой у меня забрали этот каравай, огорчение, что не принёс его, забота ребят, бесстыдная Мишкина ложь — всё это вдруг начало медленно клубиться во мне, как клубится, делаясь всё темнее и страшнее, июльская грозовая туча. (38)Клубы росли, расширялись, застилали глаза и вдруг ударили снизу в мозг тёмной волной.



(39)Говорили мне потом, что я спокойно взял клюшку, которой мы крушили списанные тумбочки, чтобы сжечь их в печке и согреться, и двинулся к тумбочке с замком. (40)Я поднял клюшку и раз, и два, и вот уже обнажилось сокровенное нутро «амбара»: покатилась стеклянная банка со сливочным маслом, кусочками рассыпался белый-белый сахар, сверточки побольше и поменьше полетели в разные стороны, на дне под свёртками показался хлеб.



— (41)Всё это съесть, а тумбочку сжечь в печке, — будто бы распорядился я, прежде чем лёг в постель. (42)Самому мне есть не хотелось, даже подташнивало. (43)Скоро я впал в забытьё, потому что болезнь вошла в полную силу.



(44)Мишка никому не пожаловался, но жить в нашей комнате больше не стал. (45)Его замок долго валялся около печки, как ненужный и бесполезный предмет. (46)Потом его унёс комендант общежития.