Николай Иванович Пирогов затрагивает в своем тексте одну из вечных проблем человечества, которая заключается в выполнении морального долга по отношению к близким людям. Какие же поступки заслуживают выражения сильнейшей благодарности? И возникает ли чувство сожаления за упущенную возможность проявить уважение и вернуть этот неоплатный долг?
«Но я не был благодарным по отношению к ним, о чем сейчас сожалею». Это слова человека, прожившего годы с чувством долга перед самыми близкими родственниками, которыми автор подводит итог его действиям. Да, после осознания пришло раскаяние, «но, увы, поздно!». Мать и сестры содержали героя «своими трудами», не прося ничего взамен, потому что это был посыл от чистого любящего сердца, который в будущем нашел отклик и в сердце главного действующего лица. Жаль, что его благим намерениям не суждено сбыться.
Безусловно, ответной благодарности заслуживают добрые дела, которые помогают в самом главном: ставят человека на ноги и избавляют его от проблем. Таким примером в тексте Николая Пирогова является отдача имеющихся средств на материальное обеспечения героя, занимавшегося учебой. «Ты будешь, — говорилось, — чужой хлеб заедать; пока хоть какая-нибудь есть возможность, живи на нашем». Если не это, то что может вызывать столь сильное чувство сожаления по неоплаченному долгу?
Николай Иванович Пирогов прежде всего говорит о ценности добрых поступков, заслуживающих большой благодарности и уважения, которые учат нас полнее чувствовать свой долг перед теми, чье поведение мы нередко считаем само собой разумеющимся. Именно такие примеры, иллюстрирующие старание семьи ради ее члена, стали теми, что научили героя и всех нас быть благодарными.
Я полностью согласна с позицией автора, так как ничто не вызывает большего чувства морального долга, как благодарность за помощь родных, превышающую их собственные возможности. В такие моменты ты сам можешь увидеть, как им непросто, отчего ценность их помощи только растет.
Произведение Александра Сергеевича Пушкина «Станционный смотритель» подтверждает ранее рассмотренные позиции. Небогатый Самсон Вырин в одиночку вырастил дочь, научил всему, что сам умел, одним словом заслужил хотя бы узнать из уст Дуняши об ее свадьбе. Дуня сбежала из родного дома, позже осознала ошибку, вернулась, но отдать долг было некому, ее отец умер. Сидя перед могилой единственного близкого человека, она испытала глубочайшее сожаление об упущенной возможности позаботиться о своем старике.
В завершение можно сказать, что близкие, отдающие частичку себя и того, что имеют, ради своих родных, бесспорно заслуживают величайшей благодарности, а их бескорыстные дела заставляют быть морально обязанными и чувствовать глубочайшее сожаление, если возможность проявить ответную доброту была упущена.
(5)Правда, во всей моей жизни не так много случаев такого долга.
(6)Я имел твердое намерение отблагодарить — и не однажды, — но судьба не дала мне этого сделать. (7)Один случай касается целого периода моей жизни; здесь я скажу только, что я считал себя обязанным благодарностью почтенному семейству профессора Мойера, и именно его почтеннейшей теще Екатерине, урожденной Буниной (сестре по отцу Василия Андреевича Жуковского). (8)Я был принят в этом семействе как родной и мечтал о женитьбе на его дочери. (9)Мечтам юности не суждено было осуществиться, и я поневоле остался в долгу у незабвенной Екатерины Афанасьевны.
(10)Наконец, самый священный долг, оставшийся не так выполненным, — как бы мне теперь (но, увы, поздно!) хотелось это сделать, — был долг благодарности моей матери и двум старшим сестрам. (11)Со смерти отца, с 1824 по 1827 год, эти три женщины содержали меня своими трудами. Кое-какие крохи, оставшиеся после разгрома отцовского состояния, недолго тянулись; и мать, и сестры принялись за мелкие работы; одна из сестер поступила на работу в какое-то благотворительное детское заведение в Москве и своим крохотным жалованьем поддерживала существование семьи.
(13)Уроков я не мог давать: одна ходьба в университет с Пресненских прудов брала взад и вперёд часа четыре времени, да мать и не хотела, чтобы я работал.
-(14)Ты будешь, — говорилось, — чужой хлеб заедать; пока хоть какая-нибудь есть возможность, живи на нашем.
(15)Так и перебивались. (16)К счастью нашему, в то блаженное время не платили за лекции, не носили мундиров, и даже когда введены были мундиры, то мне сшили сёстры из старых вещей какую-то мундирную куртку с красным воротником, и я, чтобы не обнаружить несоблюдения формы, сидел на лекциях в шинели, выставляя на вид только светлые пуговицы и красный воротник.
(17)Как мы выжили в Москве во время моего студенчества, для меня осталось загадкою. (18)Квартира и отопление были, правда, даровые у дяди в течение года. (19)А содержание? (20) А платье? (21) Две сестры, мать и две служанки, и я на прибавку. (22)Сестры работали; продавались кое-какие остатки, но как до этого доставало — не понимаю. (23) Иногда, только иногда, в торжественные праздники, помогал мой крестный отец, Семен Андреевич Лукутин; помогали иногда кое-какие старые знакомые. (24)Но я не был благодарным по отношению к ним, о чем сейчас сожалею.