Что такое мужество? Какого человека можно назвать героем? Ответить на эти волнующие вопросы нам поможет предложенный для анализа текст русского советского писателя В. А. Каверина. Он ставит проблему проявления героизма.
Размышляя над данной проблемой, автор вспоминает, как во время Великой Отечественной войны люди отважно защищали родную землю, не давая врагам зайти на их территорию. Двенадцать бойцов мертвы, а тринадцатый — Петя Данилов — тяжело ранен. Единственный, кто уцелел — Лев Никольский. Он являлся кандидатом филологических наук и «лишь неделю назад он защищал диссертацию», а сейчас Никольский в одиночку продолжает стрелять по фашистам, которые приближались к траншее. В его голове мелькали разные мысли: скоро закончатся патроны, гранаты, и он попадет в плен. Но в конце «первым снарядом из уже заряженного оружия» герой убивает двадцать немцев. Описанная ситуация заслуживает особого внимания, потому что Лев Никольский — истинный пример смелости и патриотизма.
В качестве второго примера бесстрашия автор приводит Петю Данилова, человека, любившего читать и писать стихи. Он был серьёзно ранен и не мог продолжать бой. Но не смотря на свои раны, разведчик вызвался помочь лейтенанту. Читая громко свои стихи, герой отвлекает внимание врага, чтобы Лев смог добраться до оружия. Он жертвует своей жизнью ради того, чтобы оказать помощь товарищу. Этот пример показывает, что героизм живёт в каждом человеке независимо от рода его деятельности.
Оба примера, дополняя друг друга, позволяют увидеть, как трудно приходилось людям во время войны. Ведь благодаря стойким и решительным людям, готовым идти на жертву ради других людей, завоевывается победа.
Позиция автора скрыта, но понятна: героизм заключается не в страхе, а в умении его преодолеть, забывая о собственной смерти защищая свою Родину.
Я согласна с точкой зрения В. А. Каверина. Действительно, героем можно назвать человека, который не боится смотреть опасности в глаза и который готов отдать жизнь за жизни других людей и за спасение Отчизны. Хочу подтвердить свою мысль литературным аргументом. В повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка» Иван Кузьмич Миронов проявил доблестность при защите Белогорской крепости. Когда его захватили бунтовщики, комендант остался непреклонным, верным присяге, не признавая Пугачёва. Воинское признание заставило Ивана Кузьмича пойти на подвиг. Жертвуя собой, Миронов пытался спасти свою Родину. Он совершил выдающийся поступок во имя жизни других людей и процветания родной земли.
Таким образом, героизм — это способность жертвовать собой, любовь и патриотизм Родине и народу. Он исходит из души. А истинный герой — это тот, кто, рискуя своей жизнью, совершает подвиги.
(4)По одну сторону этого куска земли лежали, спрятавшись за глинистыми буграми, гитлеровцы, пришедшие в чужую, далёкую страну по приказу своего фюрера, уничтожающие, сжигающие всё на своем пути. (5)Неподалёку от них, по эту сторону мёртвого ржаного поля, лежал только один — кандидат филологических наук, младший лейтенант Лев Никольский.
(6)Он был окружён и по всем правилам войны должен был положить оружие и сдаться в плен победителям. (7)Но он не считал себя побеждённым: пулемёт ещё работал, а если бы он замолчал, в ход пошли бы винтовка и гранаты. (8)Впрочем, он был не один. (9)Двенадцать мёртвых товарищей, которые ещё вчера вместе с ним защищали этот голый кусок земли с одинокой берёзой, лежали вдоль траншеи.
(10)Тринадцатый оказался живым. (11)Это был разведчик Петя Данилов, любимец всего полка, талантливый и умный парень, писавший стихи и читавший их вслух в самые горячие минуты боя. (12)Теперь он лежал, раненный в грудь навылет, и смотрел в небо, осеннее, но ясное, с редкими, освещёнными снизу облаками. (13)Берёза вздрагивала от выстрелов, и жёлтые листья время от времени падали на раненого. (14)Один лист упал Пете на лицо, но Петя не смахнул его, не пошевелился.
(15)В одну из редких пауз тишины Никольский подполз к Пете и, смахнув лист,
взял его за руку.
— (16)Ну как ты, а?
— (17)Ничего, — чуть слышно ответил Петя, — дышать трудно. (18)Послушай... — он помолчал, потом стал с трудом вынимать из кармана гимнастёрки бумаги.
— (19)Тут мои стихи остались, пошли их вместе с письмом, ладно?
(20)Должно быть, не больше пяти минут он провёл с Петей, а уж немцы,воспользовавшись тем, что пулемёт замолчал, намного продвинулись к траншее.
(21)Никольский дал очередь, другую — они залегли. (22)Потом снова стали приближаться, прячась между редкими пучками ржи, торчавшей в поле. (23)Плохо было то, что слева, метрах в двухстах от берёзы, стояло орудие. (24)Правда, оно стреляло не по траншее, а в глубину, туда, где на горизонте были видны тёмные, ещё дымящиеся развалины сгоревшей деревни. (25)Но в любую минуту оно могло ударить и по траншее, которую защищало подразделение, состоящее из двенадцати убитых, одного серьёзно раненного и одного живого. (26)Эх, подобраться бы к этому орудию! (27)И тропка была — вот там, где за выходами взрытой бурой земли начиналось болотце с высокой травой. (28)Но нечего было и думать! (29)Он понимал, что немцы захватят траншею, едва только замолчит пулемёт...
(30)Никольский прислушался, и в первый раз его сердце дрогнуло, и он крепко сжал зубы, глаза, всё лицо, чтобы справиться с невольным волнением. (31)Петя читал стихи, он бредил, но голос был ясный, звонкий:
Есть улица в нашей столице,
Есть домик, и в домике том
Ты пятую ночь в огневице
Лежишь на одре роковом..
(32)Петя читал, закрыв глаза, и каждое слово доносилось отчетливо и плавно. (33)У него было потемневшее страшное лицо, когда, сунув в кружку с водой руку, он начал водить ею по лицу, по глазам. (34)Потом вылил воду на голову и, тяжело опершись на Никольского, пополз к пулемёту.
—(35)Есть! (З6)Иди, — сказал он, схватившись за ручки пулемёта...
(37)Пробираясь по тропке к болотцу, Никольский услышал звонкий Петин голос,
читавший стихи между пулемётными очередями:
Не снятся ль тебе наши встречи
На улице, в жуткий мороз.
Иль наши любовные речи
И ласки, и ласки до слёз?
(38)Втянув голову в плечи, он мягко опустился в траву и бесшумно пополз, скорее угадывая, чем видя чуть примятую, пересекавшую болото тропинку. (39)Он подобрался к орудию сзади и некоторое время лежал, слушая, как немцы разговаривали резкими уверенными голосами. (40)Он ждал, когда весь расчёт соберётся возле орудия...
(41)Немцы, занявшие траншею, были захвачены врасплох, и первым снарядом из уже заряженного орудия Никольский убил сразу же человек двадцать. (42)3а стихи, которые Петя читал между пулемётными очередями!(43)3а дымящиеся развалины сожжённой деревни! (44)3а ограбленных женщин и детей, бродящих по лесам без крова и пищи. (45)3а горе каждой семьи, за разлуку с близкими, за Аню с маленьким сыном, которых он, может быть, больше никогда не увидит...