Искусство — это способ самовыражения человека при помощи системы образов. В творчестве автору не столько ценен конечный продукт, сколько процесс его создания. В своём тексте Л. Тишков поднимает проблему роли творчества в жизни человека.
В качестве первого примера автор показывает нам Ефросинью Кереновскую,автора двенадцати общих тетрадей с рисунками. Ефросинья, выйдя из лагерей без гроша в кармане, сразу же начала творить: рисовала далёкую Бессарабию, Румынию, Сибирь; рисовала своё детство, плен и серые лагерные дни настолько правдиво, что у автора каждый раз захватывает дух. Её желание творить можно объяснить так: она искала путь освобождения от прошлого, искала путь домой. Она обращалась к матери, хотя прекрасно понимала, что слова, остающиеся в пределах тетрадных листов, адресат не получит. Творчество помогло Ефросинье не сдаться, уживаясь со своей судьбой.
Пример о следующих двух художниках дополняет пример Ефросиньи. Борис Свешников и Михаил Соколов, оказавшиеся в неволе, также искали спасения в творчестве. Но они освещали не реальные картинки. Наоборот — они сбегали от суровой действительности при помощи ярких красок и несуществующих форм. Для Соколова его малюсенькие рисунки были настолько личным, что он прятал их от лишних глаз под подушкой. Автор снова подчёркивает, что человек, оставшись один на один со своим горем, со своей бедой, ищет свободу и спасение в творчестве. Автор сравнивает эти рисунки с полотнами, написаными в комфортной матерской, и приходит к выводу, что рисунки на клочкахз бумаги более грандиозны. мы понимаем, что это происходит потому, что в них вложено больше сложных человеческих чувств, и потому, что они в своё время спасли людей от отчаяния.
Авторская позиция ярко выражена в начале и конце текста (предложения 1-2 и 29-32): для Л. А. Тишкова творчество – это «не только способ самовыражения, но и та спасительная соломинка… Оно просто живёт в человеке, ищет выхода и всегда готово бескорыстно помочь ему».
Я не могу не согласиться с автором. «Бумага всё стерпит» — так говорил ещё Цицерон. Я знаю, что на бумаге можно выместить любые эмоции, чувства и мысли, поэтому я беру карандаш, когда мне тяжело на душе, и начинаю выводить буквы, становящиеся словами, формы, становящиеся картиной. В процессе творчества я действительно исцеляюсь и чувствую себя лучше.
В конце своего сочинения я хочу сказать, что мы не должны бояться творить, но и не должны заставлять себя творить. Любое искусство должно идти изнутри, поэтому истинному служителю пера и кисти приходится выносить, выстрадать каждое своё творение.
(4) Удивительная женщина, художник-любитель Евфросинья Антоновна Керсновская много лет провела в сталинском лагере, после чего начала зарисовывать всю свою жизнь с самого начала: детство в Бессарабии, как была арестована в Румынии, как её в Сибирь сослали. (5)Много лет она изображала быт, детали и комментировала свои рисунки.
(6) Вот что она пишет маме:
(7) «Я их рисовала для тебя, думая о тебе... (8)Я начала рисовать там, в Норильске, сразу после того, как вышла из лагеря. (9)Не было ещё ни тюфяка, ни простыни, не было даже своего угла. (10)Но я уже мечтала нарисовать что-то красивое, напоминающее прошлое — то прошлое, которое
неразрывно было связано с тобой, моя родная! (11)И единственное, что я могла придумать, это — рисовать...»
(12) И вот Евфросинья в картинках создаёт историю своей жизни, всех своих злоключений, чтобы освободиться от тех тяжёлых воспоминаний, что окружали её после выхода из двенадцатилетнего ада. (13)Она рисовала чем придётся: цветными карандашами, ручкой, иногда подкрашивала акварелью.
(14) И эти незамысловатые, но такие подробные, правдивые рисунки поражают своей убедительностью и внутренней свободой. (15)Целых двенадцать общих тетрадей были сочинены-нарисованы ею в 60-х годах прошлого века. (16)В 1991 году они вышли отдельной книгой, названной «Наскальная живопись». (17)И по сей день я, глядя на эти рисунки, которые появились на свет так давно, где-то глубоко внутри ощущаю, насколько сильно искусство помогло этому потрясающему художнику и просто благородной женщине выжить.
(18)Вот ещё одна история. (19)Художник Борис Свешников также долгое время находился в заточении. (20)Альбомы его были нарисованы непосредственно там, в неволе, но они были не о лагере, не о той жизни, которой он жил тогда, — они были фантастическими. (21)Он изображал какую-то вымышленную реальность и необыкновенные города. (22)Тоненьким пёрышком, тончайшим, почти прозрачным серебряным штрихом он создавал в своих альбомах параллельную, невероятно загадочную, волнующую жизнь. (23)И впоследствии эти альбомы стали свидетельством того, что его внутренний мир, фантазирование, творчество спасли ему жизнь в этом лагере. (24)Он выжил благодаря творчеству.
(25) Другой необыкновенный художник, Михаил Соколов, современник Свешникова, будучи посаженным в тюрьму за экстравагантный вид, тоже пытался искать свободы и спасения в творчестве. (26)Он рисовал цветными карандашами, а порой и огрызками карандашей маленькие картиночки три на три сантиметра или пять на пять сантиметров и прятал себе под подушку.
(27) И эти маленькие фантастические рисунки Соколова, по-моему, в каком-то смысле грандиозней, чем некоторые огромные картины, написанные иным художником в светлой и комфортной мастерской.
(28) Как видите, можно изображать реальность, а можно изображать фантазии. (29)И в том и в другом случае то, что ты переносишь из своей головы, из души, из сердца, из памяти на бумагу, освобождает тебя, выпускает на волю, даже если вокруг — тюремные решётки. (30)Поэтому роль искусства поистине велика. (31)И неважно, чем и как ты это делаешь: творчество не знает границ, не требует особых инструментов. (32)Оно, искреннее и правдивое, просто живёт в человеке, ищет выхода и всегда готово бескорыстно помочь ему.