Что такое искусство? Какую ценность оно составляет для общества? Каждый ли человек готов пойти на жертву ради искусства? Над этими вопросами заставляет задуматься И. В. Евдокимов.
Поднимая проблему отношения человека к искусству, автор показывает две совершенно противоположные личности: “молодого художника” Левитана и “беззастенчивого дельца” Ревуцкого.
Талантливые люди, такие как Левитан, готовы идти на любые жертвы ради искусства, полностью погружаясь в процесс создания шедевра. Многие из них сталкиваются с проблемами в начале своего творческого пути. Всемирно известного сегодня Исаака Левитана преследовали тяжелая нужда, унизительное нищета, постоянные болезни и рвущая сердце тоска. Но несмотря на эти преграды и трудности, он продолжал писать картины. Даже в “лютый мороз” он жертвует своим здоровьем ради высокого искусства. Левитан испытывал “страшную тоску” и “отвращение” к самозваным “мастерам”, которые мнили себя великими. Ему было тяжело видеть, как такие люди “глумились над чистым и священным”, над тем, что является произведением искусства.
В любом обществе всегда есть, те кто не достиг высокого духовного развития. Для них чужды понятие искусства, любви, доброты и милосердия. Таким человеком является Ревуцкий. Для него искусство - это товар, на котором этот “беззастенчивый делец” наживался. Ему не важен смысл, вложенный художником в произведение искусства. Мошенника с “упитанным сладким лицом” волнует лишь материальный вопрос, будет ли картина “ходким мотивчиком” у покупателя. Притом сам Ревуцкий ни на что не способен, кроме как “подписывать своим именем картины” и критиковать труды других художников. Сам себя он считает единственным, кто “беззаветно служит искусству”, мнит себя великим мастером, хотя на деле он лишь “самодовольный бездарь”, такой же “неприветливый, чёрствый, скопидомный”, как и Москва в его представлении.
Автор уверен, что искусству нужны самоотверженные, достойные люди, которые отдаются своему делу полностью, погружаясь с головой в создание шедевров, а не “самодовольные бездари”, извлекающие выгоду из творчества.
С мнением автора невозможно не согласиться, ведь понять искусство дано не каждому. Только человеку, который достиг вершин духовного развития, это под силу понять. Творец полностью погружается в процесс создания шедевров, не требуя ничего взамен. Создатель вкладывает всю свою душу, эмоции, наполняя произведение смыслом. Это требует ним неимоверных усилий, но истинного творца не остановят никакие преграды на пути к своей цели.
Искусство — это мастерство, упорный труд, талантливое воплощение авторской задумки, создание новых образов, вызванных духовными потребностями человека. Только истинный творец может пожертвовать всем ради искусства.
(12)– А-а-а, – протянул он насмешливо, – я думал, вы забыли, в каком арбатском переулке проживает человек, спасающий художников от голодной смерти... – (13)Москва, ведь она неприветливая, чёрствая, скопидомная... (14)Один Ревуцкий готов беззаветно служить искусству.
(15)– Давайте тему, – перебил его Левитан.
(16)– Ах, что вы! – выкрикнул «меценат» манерно.
(17)– Ах, дерзну ли признанному мастеру докучать подсказками!..
(18)– Предупреждаю: плата у меня та же. (19)Левитан сказал резко и прямо:
(20)– Платите, что хотите. (21)Давайте тему!
(22)Он торопливо скинул своё пальто, размотал шарф с шеи и начал тереть руки, разогревая их с мороза. (23)Ревуцкий задумался, поднял глаза на старинную хрустальную люстру.
(24)– Слушайте, – приказал наниматель, – речка, на бережку домик, вокруг домика плетень, развешано разноцветное белье, сушится на солнышке, кругом лес... (25)Ах да, по воде плывет лебедь с лебедятами! (26)Это ходкий мотивчик у моих покупателей... (27)Нанимаю на три дня. (28)Размер – аршин с четвертью на три четверти. (29)Да, да... (30)Небо делайте фиолетовое, воду тёмную...
(31)– Эй, Стёпка, – крикнул он прислуживающему в мастерской рыжему веснушчатому парню, – принеси господину Левитану из кладовой подрамник с натянутым холстом. (32)Да осторожнее, гляди, дуралей, не продави холст лапой, как с тобой это бывает.
(33)...В конце третьего дня Левитан закончил картину. (34)По привычке он чуть не подписал её и, морщась, остановился. (35)Заказчик мельком взглянул, стал искать свою кисть и недовольно забормотал:
(36)– Какая несмелая рука! (37)Эх вы, молодо-зелено, никакого размаха! (38)Раньше писали более подходяще. (39)Вот я сейчас «пройдусь» по ней, и всё заиграет. (40)Смотрите-ка, молодой человек, что значит опытность. (41)Левитан не смотрел, испытывая страшную тоску и отвращение к этой самодовольной бездари, мнящей себя великим мастером. (42)Такие минуты для молодого художника были самыми тяжёлыми, потому что на его глазах глумились над чистым и священным, а он, беспомощно опустив голову, обречённо ждал обещанной платы.