Почему происходит убыль милосердия в современной жизни? Как можно это остановить? Над этими и другими вопросами размышляет советский и российский писатель Д. А. Гранин.
Ещё одним эпизодом, важным для понимания проблемы, является момент, когда рассказчик вспоминает свое детство. Каждый раз, когда он шел с отцом и встречал нищих, отец давал ему медяк, чтобы тот подал его нуждающимся. Преодолевая свои страхи, он отдавал монету нищему, делая человека счастливее. Спустя время рассказчик осознал, что «это была практика милосердия, то необходимое упражнение в милосердии, без которого это чувство не может жить». Безусловно, каждый человек рождается с умением помогать другим, но если не тренировать в себе это качество, то со временем оно пропадет.
Эти два примера важны для понимания проблемы: автор показывает, что милосердие самое важное качество, которое должно быть у каждого человека. Оно подавляет жестокость и зло, именно поэтому, во времена раскулачивания, это понятие исчезло из лексикона многих людей.
Авторская позиция выражена ясно. Д. А. Гранин считает, что милосердие – это самое доброе и светлое чувство, которое есть у каждого человека с самого рождения, но если не развивать его, то со временем оно утратится.
Я согласна с позицией автора. Действительно, способности сочувствовать и сострадать, данные нам природой, должны всегда поддерживаться и развиваться. Чтобы подтвердить свою точку зрения приведу пример их художественной литературы. В произведении Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» проявление милосердие Сонечки к Раскольникову не было внезапным. Это один из ее милосердных поступков, которому предшествовали множество других. Соня всегда сочувствовала нуждающимся. Она всегда помогала своему отцу, пожертвовала собой ради спасения детей, тем самым она поддерживала в себе чувство сострадания, не позволяя ему угаснуть.
Таким образом, убыль милосердия не будет происходить, когда люди научатся сострадать и помогать другим. Человек, который проявляет милосердие по отношению к другим людям, тем самым практикуя его, никогда не утратит свои способности.
(4)Одно из таких чувств — чувство милосердия. (5)Термин несколько устаревший, непопулярный сегодня и даже как будто отторгнутый нашей жизнью. (б)Нечто свойственное лишь прежним временам. (7)«Сестра милосердия», «брат милосердия» — даже словарь даёт их как «устар.», то есть устаревшие понятия.
(8)В Ленинграде, в районе Аптекарского острова, была улица Милосердия.
(9)Сочли это название отжившим, переименовали в улицу Текстилей.
(10)Изъять милосердие — значит лишить человека одного из важнейших действенных проявлений нравственности. (11)Это древнее необходимое чувство свойственно всему животному сообществу, птичьему: милость к поверженным и пострадавшим. (12)Как же так получилось, что чувство это у нас заросло, заглохло, оказалось запущенным? (13)Мне можно возразить, приведя немало примеров трогательной отзывчивости, соболезнования, истинного милосердия. (14)Примеры такие есть, и тем не менее мы ощущаем, и давно уже, убыль милосердия в нашей жизни. (15)Если бы можно было произвести социологическое измерение этого чувства...
(16)Милосердие изничтожалось неслучайно. (17)Во времена раскулачивания, в тяжкие годы массовых репрессий никому не позволяли оказывать помощь семьям пострадавших, нельзя было приютить детей арестованных, сосланных. (18)Людей заставляли высказывать одобрение смертным приговорам. (19)Даже сочувствие невинно арестованным запрещалось. (20)Чувства, подобные милосердию, расценивались как подозрительные, а то и преступные. (21)Из года в год чувство это осуждали, вытравливали: оно-де аполитичное, не классовое, в эпоху борьбы мешает, разоружает... (22)Его сделали запретным и для искусства. (23)Милосердие действительно могло мешать беззаконию, жестокости, оно мешало оговаривать, нарушать законность, сажать, избивать, уничтожать. (24)Тридцатые годы, сороковые — понятие это исчезло из нашего лексикона. (25)Исчезло оно и из обихода, ушло как бы в подполье. (26)"Жалость к падшим" оказывали таясь и рискуя...
(27)Уверен, что человек рождается со способностью откликаться на чужую боль. (28)Уверен, что это врождённое, данное нам вместе с инстинктами, с душой. (29)Но если это чувство не используется, не упражняется, оно слабеет. (30)И исчезает.
(31)Упражняется ли милосердие в нашей жизни?.. (32)Есть ли постоянная принуда для этого чувства? (33)Толчок, призыв к нему?
(34)Вспомнилось мне, как в детстве отец, когда мы проходили мимо нищих — а нищих было много в моём детстве: слепых, калек, просто просящих подаяние в поездах, на вокзалах, на рынках, — отец всегда давал медяк и говорил: поди подай. (35)И я, преодолевая страх, — нищенство нередко выглядело довольно страшновато, — подавал. (36)Иногда преодолевал и свою жадность — хотелось приберечь деньги для себя, мы жили довольно бедно. (37)Отец никогда не рассуждал: притворяются или не притворяются эти просители, в самом деле они калеки или нет. (38)В это он не вникал: раз нищий — надо подать.
(39)И как теперь я понимаю, это была практика милосердия, то необходимое упражнение в милосердии, без которого это чувство не может жить.