Развивая сюжетную линию, русский советский писатель обращает внимание читателя на мысли Тумика о самопожертвовании после того, как он вспоминает о своей жизни. Вениамин Александрович Каверин замечает, что для одного из лучших разведчиков самопожертвование - это жизненное предназначение.
Так автор показывает, что воспоминания придают человеку силы в годы войны.
Я согласен с мнением русского советского писателя: действительно, воспоминания о мирной жизни помогают человеку не лишиться рассудка на войне.
Таким образом, воспоминания в военные годы помогают человеку не потерять себя.
В чем заключается сила доброты? На этот вопрос пытается найти ответ русская детская писательница Лидия Алексеевна Чарская в предложенном для анализа тексте.
Проследим, как автор раскрывает поставленную проблему. В центре внимания русской детской писательницы размышления об опричниках и их начальника Малюты Скуратова. Как замечает Лидия Алексеевна Чарская, они "собирали всевозможные клеветы про … бояр и доносили … о несуществующих винах…" . Этим примером автор демонстрирует: Малюта - жестокий человек.
Развивая сюжетную линию, русская детская писательница обращает внимание читателя на причину изменения отношения Малюты к семье одного из представителей бояр. Лидия Алексеевна Чарская подчеркивает, что этой причиной было радушное отношение Матреши к "злодею". Так автор показывает: Матреша с помощью доброты смогла растопить сердце Малюты.
Русская детская писательница, приводя примеры, которые дополняют друг друга, помогает понять, в чем на самом деле проявляется сила доброты.
Позиция Лидии Алексеевны Чарской ясна. Автор считает, что сила доброты заключается в способности доброты растопить сердце жестокого человека.
— (2)Мы несём от неё немалые потери, — сказал он, — и, кроме того, она мешает одной задуманной операции. (3)Нужно эту батарею уничтожить.
(4)Потом он спросил, что они думают о самопожертвовании, потому что иначе её нельзя уничтожить. (5)Он спросил не сразу, а начал с подвига двадцати восьми панфиловцев, которые отдали за Отчизну свои молодые жизни. (6)Теперь этот вопрос стоит перед ними — Корневым и Тумиком — как лучшими разведчиками, награждёнными орденами и медалями. (7)Тумик первый сказал, что согласен. (8)Корнев тоже согласился, и решено было высадиться на берег в девять часов утра. (9)По ночам немцы пускали ракеты, хотя стоял декабрь и днём было так же темно, как и ночью. (10)Времени вдруг оказалось много, и можно было полежать и подумать, тем более что это, наверно, уже в последний раз, а больше, пожалуй, не придётся. (11)Тумик воевал уже полтора года и дважды был ранен. (12)Он участвовал в захвате знаменитой сопки «Колпак», когда восемьдесят моряков семь часов держались против двух батальонов, и боезапас кончился, и моряки стали отбиваться камнями. (13)Как вчера, он видел перед собой маленький дом, крыльцо с провалившейся ступенькой и отца в саду — коротко стриженного, седого, с худым носом и ещё такого стройного, ловкого, когда он быстро шёл навстречу гостям, опираясь на трость, в своей кубанке набекрень и со своими тремя орденами. (14)Когда началась война, он прислал Тумику письмо: «Воюй и за себя, и за меня». (15)Тут Тумик вспомнил всю свою жизнь, самое главное, самое интересное в жизни. (16)Отец — это был родной дом, детство и школа, девушка Шура — это была любовь, а Миша Рубин — друг, который всегда говорил, что, может быть, и есть на свете любовь, но верно то, что на свете есть настоящая дружба навеки. (17)Они были с ним всю войну — отец, та девушка и Миша — и были теперь, когда он лежал на своей койке под иллюминатором и слышно было, как волна, плеща, набегает на борт. (18)Это была его Отчизна! (19)И вдруг всё стало так ясно для него, что он даже присел на койке, обхватив руками колени. (20)«Недаром же я жил на земле», — сказал он себе. (21)Он видел, как при свете огарка Корнев пишет письмо, и ему хотелось сказать Корневу, что нет для них смерти и что для них пришла эта торжественная, последняя ночь, когда замер весь свет и только под лёгким ветром волна, плеща, набегает на борт. (22)Но он ничего не сказал. (23)У Корнева были жена и маленький сын. (24)Он писал им, и кто знает, о чём он думал сейчас, хмуря крупные чёрные брови... (25)Утром они с первого взгляда поняли, что нельзя заложить тол и уйти: батарея работала, и кругом было слишком много народу. (26)Можно было только сделать, как сказал комиссар: подорвать её и самим подорваться. (27)И это было легко: неподалёку от батареи штабелями лежали снаряды. (28)Они стали тянуть жребий, потому что достаточно было подорваться одному, а другой мог вернуться к своим. (29)Они условились: вернётся тот, кто вытащит целую спичку. (30)И Тумик взял в обе руки две целые спички и сказал шёпотом:
— Ну, Корнев, тащи.
(31)У Корнева были жена и маленький сын... (32)Они обнялись, поцеловались. (33)На прощание Тумик отдал Корневу свою фотографию, где был снят с автоматом, лёжа, прицеливаясь, — ребята говорили, что вышел отлично. (34)И Корнев ушёл. (35)Он был метрах в сорока от батареи, когда раздался взрыв и пламя метнулось до самого неба, осветив пустынный край — снег и тёмные ущелья между скал, диких скал Отчизны...
(По В. А. Каверину*)
* Вениамин Александрович Каверин (1902—1989) — русский советский писатель, драматург и сценарист, автор приключенческого романа «Два капитана».