Передо мною текст российской писательницы Дины Ильиничны Рубиной. В нём она поднимает немаловажную проблему в современном обществе- проблему отношения к старым вещам, предметам быта.
Дина Ильинична своим текстом заставляет задуматься о многом. К примеру, как одна и та же вещь может быть чем-то родным и поистине важной для одного человека, а в то же время являться какой-то безделушкой для другого. Данная проблема относится к нравственной категории. Она появилась давно, примеры мы можем наблюдать и в наши дни. Бабушки бережно хранят вещи своей молодости, а молодёжь не понимает такой привязанности. Автор рассуждает о душевных переживаниях женщины, увидевшей ковёр, который был похож на гобелен её детства. О, чудесный гобелен, который был так ценен для героини нашего текста. «Бабушка кормит её кашей прямо в постели», рядом с этим прекрасным гобеленом. И в болезни, и в здравии он всегда находился рядом. Думаю, что вспоминая его, в голове так же всплывают тёплые воспоминания о бабушке, ведь он «висел на стене много лет», главная героиня «спала под ним чуть ли не всю жизнь». Автор подводит нас к пониманию, что вещи идут с нами бок о бок по жизни. Стареют с нами, и роль их для нас велика.
Автор данного текста считает, что обычные старые вещи для одних- ненужный хлам, а для других- символ прошлого. Старый предмет может вызвать в душе человека волну нежных воспоминаний, заставить вновь почувствовать себя ребёнком. При чтении данного текста читатель получит много противоречивых эмоций, возможно, осознает какие-то ошибки при общении с людьми, которых обидели так же, как и главную героиню текста Рубиной.
Я полностью поддерживаю позицию автора и тоже считаю, что к старым вещам относятся как к хламу, что является неуважением к людям, которым они были так дороги десятилетия назад. Произведение Дины Ильиничны тронет как взрослых людей, так и подрастающее поколение. Действительно, автор прав в том, что вещи могут унести в прошлое. Человеческий мозг настолько превосходен, что может мысленно переносить нас в моменты, когда мы были счастливы и с лица не сходила улыбка. Разделяя негодование автора, хочу сказать, что каждый человек должен уважительно относиться к вещам ближнего. Дочь главной героини не заметила доброй грусти на лице и в словах матери, её волновала лишь еда в доме. Мать была расстроена после её слов до такой степени, что «у неё вдруг сжалось сердце, щемящая обида подкатила к горлу». Я с удовольствием прочитала текст Дины Ильиничны, который заставил и меня задуматься о вещах, которые дороги моим родным людям. Проблема актуальна по сей день в нашем обществе. Отец словами: «Это твои детство и юность, вот и люби их на здоровье», обидел жену ещё больше, ведь от любимого человека хочется получать поддержку и видеть, что человек действительно понимает причину переживаний.
Познакомившись с данной статьёй, любой читатель ещё раз задумается о том, какое в нынешнее время отношение к старым вещам и предметам быта. Мы должны быть толерантными, хоть не у всех это получается. Видя, как человек погружён в воспоминания, что он будто снова переживает те эмоции и чувства, нужно лишь поддержать улыбкой, а не упрекать. Дина Ильинична данным текстом затронула многие умы. Важно беречь старые вещи, чтобы никогда не забыть «проросшего, как трава, давно ушедшего детства».
(5)Она достала из сумки очки, всмотрелась… (6)Точно такой тканый гобелен с бахромой висел над её топчаном в родительской квартире на протяжении многих, многих лет — семья оленей, спустившихся к водопою, мельница на ручье, далёкие зовущие горы и…
(7)Она никак не могла сосредоточиться. (8)Вид гобелена, спутника её детства и юности, мешал ей следить за актёрами. (9)Вдруг вспомнился целый веер давно позабытых картинок. (10)Бабушка кормит её кашей прямо в постели. (11)Новенький гобелен на стенке, вернее, вышитые на нём персонажи присутствуют здесь весьма активно — и как декорации, и как участники действа…
(12)А потом, в школьные годы, — как сладко было болеть под её гобеленом! (13)Вся эта тёплая пастораль была противопоставлена школе. (14)Но вот с утра — благословенная боль в горле, температура, — ура, ура, ура! (15)Главное, можно было лежать в обнимку с книжкой или даже несколькими книжками, меняя их попеременно, ведь всё знаешь наизусть, и это особенно сладко: тогда голоса Сани из «Двух капитанов» перекликаются с голосами Портоса и Арамиса… (16)Какое это счастье — читать, попивая себе горячий чай с лимоном и малиновым листом или наливая из термоса шиповник!
(17)Спектакль шёл уже минут пятнадцать, а она всё никак не могла остыть от горячей волны нежданных воспоминаний, не могла вникнуть в действие, вслушаться в текст пьесы. (18)Высокий актёр с гитарой время от времени начинал петь песни пятидесятых, что совсем уже не давало ей отвязаться от картинок детства.
(19)Однажды, в девятом классе, она попала в дом к соученице, дочери известного в городе адвоката. (20)Выросшая в семье весьма небольшого достатка, никогда прежде она не видела такого богатства — всех этих серебряных приборов с вензелями, этой старинной тяжёлой мебели, этих огромных, нежного витиеватого рисунка ковров.
(21)Кой чёрт дёрнул её за язык сказать:
— У нас тоже есть ковёр, не такой большой…
(22)Её подруга смешно сморщила нос и проговорила мягко:
— У вас не ковёр, а гобелен с уточками… (23)Вся эта мещанская пошлость была в моде лет десять назад.
(24)Она прибежала домой и в припадке возмущённого стыда принялась срывать с гвоздиков свой гобелен.
(25)– Ты что? — спросила мать за её спиной. (26)– Что с тобой?
(27)– Потому что это — пошлость, пошлость! — запальчиво выкрикнула она.
(28)– А! — сказала мать. (29)– Ты это где сегодня подхватила?
(30)И, выслушав всё, что, задыхаясь от обиды, выпалила ей дочь, проговорила спокойно:
— Вот это и есть — пошлость. (31)Всё это семейство. (32)Повесь гобелен на место, вымой руки и иди есть.
(33)И она, бессильно всхлипывая, повесила гобелен, села под его раскидистой кроной и заплакала, сквозь злые слёзы рассматривая до миллиметра знакомые пеньки, траву и островерхие горы вдали…
(34)Спектакль был обречён на успех: публика подпевала знакомые с детства и юности песни, благосклонность её не знала пределов. (35)Во дворе совсем стемнело, песни шестидесятых отзвучали, пошли Ким, Визбор, Никитины, Галич…
(36)– Ну, как спектакль? — спросила дочь поздно вечером, вернувшись с какой-то своей тусовки.
(37)– Там, знаешь, вывесили гобелен… — тихо улыбаясь, сказала она.
(38)– Что за гобелен?
(39)– Ну, точно такой, как наш… (40)Помнишь?
(41)– Нет, не помню… (42)А пожрать в этом доме дают?
(43)– Погоди, как это — «не помню»?! (44)У бабушки висел на стене много лет, я спала под ним чуть ли не всю жизнь… (45)Мы с тобой… потом подушку твою любимую… (46)С оленем…
(47)– О го-осподи-и! (48)– Дочь вздохнула, закатила глаза, пошла ставить чайник.
(49)А у неё вдруг сжалось сердце, щемящая обида подкатила к горлу.
(50)– Ты ничего не помнишь! — воскликнула она. (51)– Вы не затрудняете себя помнить! (52)Безразличие — вот знамя вашего поколения!
(53)– Знамя?! — дочь фыркнула. (54)– Ну, мать, ты даёшь!
(55)Прихватила бутерброд с сыром и ушла к себе.
(56)– Что ты пристала к ней со своим гобеленом? — вполголоса спросил муж. (57)– Это твои детство и юность, вот и люби их на здоровье, при чём тут девочка?
(58)…Когда, промучившись часа полтора, она наконец задремала, из узорчатых теней от листвы заоконного тополя выткался залитый осенним солнцем гобеленовый рай её проросшего, как трава, давно ушедшего детства.