Как проявляется любовь к профессии? И важно ли любить свою профессию? Именно эти вопросы возникают при чтении текста русского писателя Антона Павловича Чехова.
Рассуждая об отношении человека к своей профессии, автор рассказывает об одном лекторе, который много лет читал лекции студентам. Работа вызывает у героя особенное чувство, которое он не в силах описать. Слова лекций «вылетают из его души», быстро, страстно, и ничто не может остановить этот поток знаний, которыми герой делится со студентами. Несомненно, преподаватель отлично справляется со своей работой, ведь его лекции интересны и полезны, потому что они исходят из самого сердца.
Кроме того, чтобы показать профессионализм героя, А. П. Чехов сравнивает его с дирижером, которому приходится делать двадцать дел одновременно. То же самое делает и преподаватель, читая лекции. Его цель – «победить эту многоголовую гидру» из учеников, привлечь внимание аудитории, преподнести всю информацию просто и точно, проследить, чтобы никто не скучал. «Одним словом, работы немало», но ведь это совсем не трудно для человека, который так преданно отдается своему делу, уходит в него с головой. И герой признаётся, что ничто не доставляет ему такого наслаждения, как чтение лекций.
Оба примера, дополняя друг друга, доказывают, что такое трепетное и серьезное отношение к работе – истинный показатель любви к своей профессии.
В ходе повествования автор подводит нас к мысли о том, что человек, любящий свою профессию, по-настоящему счастлив, ведь он может полностью реализовать свой внутренний потенциал, получая при этом удовольствие. Любить свою профессию очень важно, потому что иначе труд не принесет пользы ни тому, кто работает, ни окружающим.
Не могу не согласиться с мнением автора, затронувшего эту актуальную и очень значимую для общества проблему. Я считаю, что каждый человек должен выбирать для себя ту профессию, которая будет приносить ему моральное удовлетворение, а не только давать большой заработок. Нелюбимая работа лишь отнимает жизненные силы, и никакие деньги не могут это окупить.
Но, к сожалению, не всем людям в начале профессиональной карьеры важно, чтобы труд обогащал их внутренний мир, если он позволяет зарабатывать много денег. Только спустя годы эти люди осознают, насколько они были не правы, начав заниматься нелюбимым делом, которое не принесло им ничего, кроме обиды за неправильный выбор.
Таким образом, данный текст заставил меня еще раз убедиться в том, что, если человек занимается своим любимым делом, он может достичь гармонии с собой и окружающим миром, ведь труд не только сделает его счастливым, но и принесёт пользу другим людям.
(5)При моем появлении студенты встают, потом садятся, и шум моря внезапно стихает.(6)Наступает штиль. (7)Я знаю, о чём буду читать, но не знаю, как буду читать, с чего начну и чем закончу. (8)В голове нет ни одной готовой фразы. (9)Но стоит мне только оглядеть аудиторию и произнести стереотипное «в прошлой лекции мы остановились на...»,как фразы длинной вереницей вылетают из моей души и — пошла писать губерния! (10)Говорю я неудержимо быстро, страстно и, кажется, нет той силы, которая могла бы прервать течение моей речи. (11)Чтобы читать хорошо, то есть нескучно и с пользой для слушателей, нужно, кроме таланта, иметь ещё сноровку и опыт, нужно обладать самым ясным представлением о своих силах, о тех, кому читаешь, и о том, что составляет предмет твоей речи. (12)Кроме того, надо быть человеком себе на уме, следить зорко и ни на одну секунду не терять никого из поля зрения.
(13)Хороший дирижёр, передавая мысль композитора, делает сразу двадцать дел: читает партитуру, машет палочкой, следит за певцом, делает движение в сторону то барабана, то валторны. (14)То же самое и я, когда читаю. (15)Предо мною полтораста лиц, непохожих одно на другое, и триста глаз, глядящих мне прямо в лицо. (16)Цель моя — победить эту многоголовую гидру. (17)Если я каждую минуту, пока читаю, имею ясное представление о степени её внимания и о силе разумения, то она в моей власти. (18)Другой мой противник сидит во мне самом. (19)Это — бесконечное разнообразие форм, явлений и законов и множество ими обусловленных своих и чужих мыслей. (20)Каждую минуту я должен иметь ловкость выхватывать из этого громадного материала самое важное и нужное и так же быстро, как течёт моя речь, облекать свою мысль в такую форму, которая была бы доступна разумению гидры и возбуждала бы её внимание, причём надо зорко следить, чтобы мысли передавались не по мере их накопления, а в известном порядке, необходимом для правильной компоновки картины, какую я хочу нарисовать. (21)Далее я стараюсь, чтобы речь моя была литературна, определения кратки и точны, фраза возможно проста и красива. (22)Каждую минуту я должен осаживать себя и помнить, что в моём распоряжении имеются только час и сорок минут. (23)Одним словом, работы немало. (24)В одно и то же время приходится изображать из себя и учёного, и педагога, и оратора, и плохо дело, если оратор победит в вас педагога и учёного, или наоборот. (25)Читаешь четверть, полчаса и вот замечаешь, что студенты начинают поглядывать на потолок, один полезет за платком, другой сядет поудобнее, третий улыбнётся своим мыслям... (26)Это значит, что внимание утомлено. (27)Нужно принять меры. (28)Пользуясь первым удобным случаем, я говорю какой-нибудь каламбур. (29)Все полтораста лиц широко улыбаются, глаза весело блестят, слышится ненадолго гул моря... (30)Я тоже смеюсь. (31)Внимание освежилось,и я могу продолжать.
(32)Никакой спорт, никакие развлечения и игры никогда не доставляли мне такого наслаждения, как чтение лекций. (33)Только на лекции я мог весь отдаваться страсти и понимал, что вдохновение не выдумка поэтов, а существует на самом деле. (34)Это было прежде. (35)Теперь же на лекциях я испытываю одно только мучение. (36)Не проходит и получаса, как я начинаю чувствовать непобедимую слабость в ногах и в плечах; сажусь в кресло, но сидя читать я не привык; через минуту поднимаюсь, продолжаю стоя, потом опять сажусь. (37)Во рту сохнет, голос сипнет, голова кружится... (38)Чтобы скрыть от слушателей своё состояние, я то и дело пью воду, кашляю, часто сморкаюсь, точно мне мешает насморк, говорю невпопад каламбуры и в конце концов объявляю перерыв раньше, чем следует. (39)Но главным образом мне стыдно.(40)Мои совесть и ум говорят мне, что самое лучшее, что я мог бы теперь сделать, — это прочесть мальчикам прощальную лекцию, сказать им последнее слово, благословить их и уступить своё место человеку, который моложе и сильнее меня.
(41)Но у меня не хватает мужества поступить по совести. (42)К несчастию, я не философ и не богослов. (43)Как 20-30 лет назад, так и теперь, меня интересует одна только наука. (44)Испуская последний вздох, я всё-таки буду верить, что наука — самое важное, самое прекрасное и нужное в жизни человека, что она всегда была и будет высшим проявлением любви и что только ею одною человек победит природу и себя. (45)Вера эта, быть может, наивна и несправедлива в своём основании, но я не виноват, что верю так, а не иначе;
победить же в себе этой веры я не могу.