Стихотворение посвящено назначению поэта и роли творчества. Лирический герой стихотворения считает творчество «нерукотворным памятником», его поэзия - «душа в заветной лире» - позволит ему не исчезнуть совсем из этого мира после смерти тела («нет, весь я не умру»).

В первой строфе стихотворения наблюдается противопоставление нерукотворного и рукотворного памятников: поэтического творчества и государственного управления, вечного духовного и кратковременного земного существования и пр. Но вокруг того, что называет Пушкин «Александрийским столпом», до сих пор не утихают споры исследователей. Вот только несколько вариантов толкования:
Александрийский столп — об Александровской колонне.
Аргументы «за»:
Пушкин исказил словоформу (Александрийский вм. Александровский по законам русского языка), чтобы «уместиться» в четырехстопный ямб.
Пушкин исказил форму, чтобы замаскировать выпад против власти.
Форма «Александрийский» возникает потому, что Петербург 1830-х гг в духе позднего классицизма назывался Александрией.

Главный аргумент «за» - нормы русского языка: Александр, Александровский, Александрия, Александрийский.
Поэт верит в силу искусства. Для него творчество — попытка оставить свой след, не умереть совсем, не быть забытым потомками: тело умрет, но душа, оставшаяся в стихах, «тленья убежит».
Сила и достоинство искусства в том, что оно способно пробуждать «чувства добрые», восславлять «Свободу» в «жестокий век», позволяет «милость к падшим призывать». Поэзия помогает выразить свои мысли и чувства и вызвать отклик у читателя. При этом поэтическое слово оказывается мощным оружием, что имеет свои побочные стороны: откровенность поэта обращается не только хвалой и «незарастающей народной тропой», но и клеветой, обидой, получением «венца» лишь после смерти.
«Милость к падшим» (тем более, что стоит в одном ряду с восславлением Свободы) подразумевает, вероятно, отношение к декабристам, идеи которых разделял Пушкин, его товарищам, восставшим в 1925 году на Сенатской площади и затем сосланным в Сибирь. «В своих стихах Пушкин неоднократно писал о необходимости вернуть декабристов из Сибири»1.
К памятникам, символизирующим государственную власть, народная тропа зарастает, поскольку одним страхом к власти народной любви не вызовешь. Иное дело — поэзия. Никого не заставишь читать или не читать, сочувствовать поэту или нет. Обращение читателя к стихам — это и есть «незарастающая народная тропа».
Глаголы употреблены в трех формах:
прошедшего времени (5 употреблений - в этом выразился своеобразный итог жизни поэта: воздвиг, вознесся, пробуждал, восславил, призывал);
будущего времени (9 употреблений — в этом отразились ожидания поэта, его уверенность, что после смерти «справедливость» восторжествует: не зарастет, не умру, переживет, убежит и др.);
повелительного наклонения (3 употребления — когда поэт обращается к музе, дает ей наставления: будь послушна, приемли, не оспоривай).
Пушкин отказывается от воспроизводимой в поэзии классицистов концепции полного умирания, обращаясь к концепции вечной жизни. Слово «вознесся» («Вознесение господне») вызывает аллюзию к Христу, муки которого в земной жизни имели глубинный смысл и были поняты только после распятия; аллюзию к христианству вызывает и слово «нерукотворный» («Нерукотворный Спас»). В христианском духе звучит и само противопоставление кратковременного земного вечному «нерукотворному». В стихотворении Пушкина при этом нет самовлюбленности, сравнения себя с Богом. Свое творчество он воспринимает как крест, возможность быть понятым через творчество после смерти — это утешающая мысль, поскольку в настоящем он глубоко несчастлив.
Непокорность поэта в первой строфе связана с неприятием государственной власти и царя. Покорность, к которой призывает поэт свою музу, в последней — это смирение с божественным промыслом. Первое не противоречит второму. Борьба словом с несправедливостью и жестокостью царя — это и есть тот крест, который должен нести лирический герой пушкинского стихотворения. И этому сопутствуют обиды, клевета, нападки со стороны глупцов и т. д., с чем поэту и его музе приходится мириться.
