Почему нужно беречь чистоту родного языка? Этот вопрос волнует филологов и лингвистов вот уже не один век. Свой ответ на него дал автор предложенного для анализа текста Корней Иванович Чуковский, русский советский поэт и писатель.
Чтобы раскрыть проблему, он обращается к высказываниям «гениального ученого» В. Гумбольда и историка Карамзина, которые были уверены, что губительные языковые процессы – «самовластны», их невозможно предотвратить или избежать. Автор приводит рассуждения этих учёных с целью выразить своё несогласие с отношением к языку «как к некой слепой стихией». Он использует прием иронии, описывая бездействие крупных языковедов и их нежелание бороться с массовыми «языковыми ошибками». Несомненно, автор видит в этой «философии несопротивления злу» непонимание языковедами всей опасности речевого загрязнения.
Вот почему Чуковский говорит о «сверхмощных рычагах просвещения» - средствах массовой информации, которые способны излечить русский язык от «массовых, эпидемических уродств». Он призывает не только языковедов, но и всю страну сплотиться для защиты родной речи. Автор понимает, что сберечь чистоту языка можно только общими усилиями, так как культура речи непосредственно связана с общей культурой народа. Он видит причину языковых проблем: низкий уровень просвещения, необразованность людей и их непонимание своей культуры.
Эти примеры, дополняя друг друга, показывают, что отрицание возможности защитить язык и отсутствие почвы для языковой культуры мешают понять важность чистоты родной речи.
Позиция К. И. Чуковского такова: необходимо беречь язык и внимательно следить за его состоянием, так как языковые проблемы отражают «худосочную душевную жизнь», культурную бедность людей. Поэтому общая борьба за правильную речь – это и борьба за духовное здоровье нации.
Я полностью согласна с автором текста. Действительно, язык определяет национальную идентичность людей, их менталитет и мировоззрение, поэтому проблемы, появившиеся в речи, говорят о проблемах в культуре в целом. В нашей действительности можно найти тому немало примеров. Так, по опросам социологов, большинство школьников не знают фразеологизмов, пословиц и поговорок, зато почти все используют нецензурную лексику; взрослые, использующие в своей речи большое количество ненужных заимствований, с легкостью могут продолжить уродливый рекламный слоган, но не помнят стихи Пушкина. Наш язык стал грубее, потому что сами мы стали беднее духовно.
Прочитанный текст заставляет по-другому посмотреть на наш язык. Он является отражением наших душ, поэтому необходимо не только следить за своей речью, но и обогащаться духовно. Недаром Ф. Достоевский писал: «Чем богаче материал, формы для мысли, тем буду я … понятнее себе и другим».
(2)Одним из первых утвердил эту мысль гениальный учёный В. Гумбольдт. (3)«Язык, — писал он, — совершенно независим от отдельного субъекта... (4)Перед индивидом язык стоит как продукт деятельности многих поколений и достояние целой нации, поэтому сила индивида по сравнению с силой языка незначительна».
(5)Это воззрение сохранилось до нашей эпохи. (6)«Сколько ни скажи разумных слов против глупых и наглых слов, они — мы это знаем — от того не исчезнут, а если исчезнут, то не потому, что эстеты или лингвисты возмущались», — так писал один даровитый учёный. (7)«В том и беда, — говорил он с тоской, — что ревнителей чистоты и правильности родной речи, как и ревнителей добрых нравов, никто слышать не хочет... (8)3а них говорят грамматика и логика, здравый смысл и хороший вкус, благозвучие и благопристойность, но из всего этого натиска грамматики, риторики и стилистики на бесшабашную, безобразную, безоглядную живую речь не выходит ничего». (9)Приведя образцы всевозможных речевых «безобразий», учёный воплотил свою печаль в безрадостном и безнадёжном афоризме: «Доводы от разума, науки и хорошего тона действуют на бытие таких словечек не больше, чем курсы геологии на землетрясение».
(10)В прежнее время такой пессимизм был совершенно оправдан. (11)Нечего было и думать о том, чтобы дружно, планомерно, сплочёнными силами вмешаться в совершающиеся языковые процессы и направить их по желанному руслу. (12)Старик Карамзин очень точно выразил это общее чувство смиренной покорности перед стихийными силами языка: «Слова входят в наш язык самовластно».
(13)С тех пор крупнейшие наши языковеды постоянно указывали, что воля отдельных людей, к сожалению, бессильна сознательно управлять процессами формирования нашей речи.
(14)Все так и представляли себе: будто мимо них протекает могучая речевая река, а они стоят на берегу и с бессильным негодованием следят, сколько всякой дребедени несут на себе её волны.
— (15)Незачем, — говорили они, — кипятиться и драться. (16)До сих пор ещё не было случая, чтобы попытка блюстителей чистоты языка исправить языковые ошибки сколько-нибудь значительной массы людей увенчалась хотя бы малейшим успехом.
(17)Но можем ли мы согласиться с такой философией бездействия и непротивления злу? (18)Неужели мы, писатели, педагоги, лингвисты, можем только скорбеть, негодовать, ужасаться, наблюдая, как портится русский язык, но не смеем и думать о том, чтобы мощными усилиями воли подчинить его коллективному разуму?
(19)Пусть философия бездействия имела свой смысл в былые эпохи, когда творческая воля людей так часто бывала бессильна в борьбе со стихиями — в том числе и со стихией языка. (20)Но в эпоху завоевания космоса, в эпоху искусственных рек и морей неужели у нас нет ни малейшей возможности хоть отчасти воздействовать на стихию своего языка?
(21)Всякому ясно, что эта власть у нас есть, и нужно удивляться лишь тому, что мы так мало пользуемся ею. (22)Ведь существуют же в нашей стране такие сверхмощные рычаги просвещения, как радио, кино, телевидение, идеально согласованные между собой во всех своих задачах и действиях. (23)Я уже не говорю о множестве газет и журналов — районных, областных, городских, — подчинённых единому идейному плану, вполне владеющих умами миллионов читателей.
(24)Стоит только всему этому целенаправленному комплексу сил дружно, планомерно, решительно восстать против уродств нашей нынешней речи, громко заклеймить их всенародным позором — и можно не сомневаться, что многие из этих уродств если не исчезнут совсем, то, во всяком случае, навсегда потеряют свой массовый, эпидемический характер...
(25)Правда, я очень хорошо понимаю, что всех этих мер недостаточно.
(26)Ведь культура речи неотделима от общей культуры. (27)Чтобы повысить качество своего языка, нужно повысить качество своего сердца, своего интеллекта. (28)Иной и пишет, и говорит без ошибок, но какой у него бедный словарь, какие заплесневелые фразы! (29)Какая худосочная душевная жизнь отражается в них!
(30)Между тем лишь та речь может по-настоящему называться культурной, у которой богатый словарь и множество разнообразных интонаций. (31)Этого никакими походами за чистоту языка не добьёшься. (32)3десь нужны другие, более длительные, более широкие методы. (33)Для подлинного просвещения создано столько библиотек, школ, университетов, институтов и т. д. (34)Поднимая свою общую культуру, народ тем самым поднимает и культуру своего языка.
(35)Но, конечно, это не освобождает любого из нас от посильного участия в борьбе за чистоту и красоту нашей речи.