Культурное наследие – это прошлое, настоящее и будущее народа, в нем исторические корни и истоки нации. Так как же мы относимся к культурному наследию? Сохраняем ли уважение к великим ценностям искусства нашего государства или все постепенно забываем? Этими вопросами задается культуролог И. Т. Будылин в своем тексте.
Писатель рассказывает историю Гареева Загида Ходжеевича, который волею судьбы оказывается в местах, где когда-то жил и творил Пушкин. Увидев могильный памятник великому поэту, герой не может скрыть восторга от встречи со «старым другом», творчество которого было знакомо ему еще с детских лет. Этот пример показывает, что искренняя любовь героя к искусству, зародившаяся еще в детстве, сохранилась в нем на всю жизнь, и даже спустя годы он с уважением относится к личности Пушкина и чтит память о нем.
В дальнейшем, посетив Михайловское и увидев разрушенный дом писателя, Гареев твердо решает восстановить хотя бы домик няни. «С того момента судьба Михайловского не выходила у меня из головы», - говорит герой. Реставрация становится для него делом чести и долга, так как он понимает, что обязан сделать все возможное для сохранения культурного наследия своей страны, чтобы следующие поколения тоже могли узнать о жизни великого поэта. Поступок героя позволяет понять чувства Гареева: он гордится достояние Родины, чувствует свою причастность к судьбе исторического памятника и не может оставаться равнодушным к его разрушениям.
Сопоставляя данные примеры, автор приходит к выводу о том, что сохранение культурного наследия начинается с человеческого неравнодушия, поэтому Гареев не просто восхищался местами, в которые прибыл, но и внес свой вклад в сохранение истории страны.
Позиция автора очевидна: культурное наследие необходимо беречь, так как оно хранит в себе память прошлых поколений, является источником духовных сил и вдохновения. За сохранение культурных ценностей своей страны отвечает каждый человек, и каждый может внести в это свой вклад.
Я согласна с И. Т. Будылиным в том, что культурное достояние является отправной точкой в развитии нашего общества, оно наделяет смыслом прошлое и становится основой для будущего. На мой взгляд, эстетические, художественные, этические ценности воспитывают в людях высокие нравственные качества, учат видеть и понимать настоящую красоту мира.
В нашей великой русской литературе мы можем найти немало примеров, подтверждающих эту точку зрения.
Например, в книге советского писателя Е. И. Осетрова «Живая Древняя Русь» в главе «Деревянная сказка» рассказывается об удивительном историческом и архитектурном памятнике – деревянных церквях в Кижах. Писатель называет сам остров «прошлым, живущим в настоящем» и говорит, что Кижи – наказ потомкам любить свою страну. Осетров рассказывает и о древних мастерах, которые строили эти удивительные церкви не только для себя, но и для новых поколений, завещая нам уметь видеть красоту, создавать ее самим, а главное - беречь национальные богатства своей Родины.
Советский писатель- пушкинист С. С. Гейченко в книге «Пушкиногорье» рассказывает историю музейной смотрительницы Михайловского Александры Федоровны Федоровой, которая была настоящей хранительницей великого русского наследия. Она любила все пушкинское особой, материнской любовью, а дом поэта был для нее подобен храму. «Заботливым дозором ходила она по усадьбе» и все в музее «оживало, преображалось», - пишет Гейченко. Рассказывая об Александре Федоровой, писатель обращает внимание на любовь и доверие к Пушкину не только самой смотрительницы, но и всего народа. Ведь творчество поэта очищает душу, привносит в жизнь радость и веселье.
Подводя итог, хочу сказать культурное наследие – это история народа, в котором переданы его переживания и жизнь. Поэтому необходимо сохранять памятники культуры, являющиеся символами искусства, частью истории государства и воплощениями истинной красоты.
Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовёт меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык.
(5)Эта легенда считалась образцом народного сказового творчества. (6)Но вдруг 18 февраля 1932 года ленинградский пушкинист Якубович получил необычное письмо.
«(7)3аведующему Пушкинским Домом от бывшего начальника штаба отдельной башкирской бригады Гареева Загида Ходжеевича» — так начинался этот интересный документ. (8)Он был составлен в форме военного рапорта. (9)Но за сухими лаконичными фразами вырастало замечательное событие. (10)В этом документе Гареев рассказывал о спасении домика няни. (11)Легенда оказалась правдой!
120
(12)В архивах Пушкинского Дома нам удалось разыскать это письмо. (13)Мы готовы были опубликовать его, однако удалось разыскать и самого автора письма. (14)Гареева мы встретили в Москве и попросили его рассказать о том, как был спасён домик няни. (15)Приводим запись его рассказа.
«(16)Отгремели бои с Юденичем. (17)Нашу бригаду перебросили на границу, и штаб разместился в Свято горском монастыре, вблизи Михайловского. (18)Монахи повели нас осматривать окрестности.
(19)Перед церковной оградой на горке я заметил могильный памятник. (20)Спрашиваю:
— Кто похоронен?
(21)Монахи отвечают:
— Пушкин.
(22)С чем можно сравнить чувство, охватившее меня? (23)Так остолбенеешь вдруг, встретив в самом неожиданном месте старого, давно забытого друга. (24)Передо мной пронеслось моё детство: степной аул Верхний Ахташ, начальная школа, учительская семинария, где я с увлечением изучал произведения Пушкина. (25)Потом начались войны, бои, мне было не до Пушкина, и я забыл о нём.
(26)На следующий день я поехал в Михайловское. (27)Песчаная дорога. (28)Медные стволы сосен. (29)На дворе, заросшем травой, толпится какой-то случайный народ. (ЗО)Угольная пыль покрывает фундамент разрушенного дома.
— (31)Что здесь было? — спросил я.
— (32)Дом Пушкина.
(ЗЗ)На всём лежала печать разрушения, видны были следы огня. (34)Подошли мы к какому-то полуразрушенному срубу. (35)Это и был домик няни — всё, что сохранилось от Михайловского. (36)Я вошёл в домик. (37)Косяки сорваны, окна и двери тоже. (38)Поднял голову — крыши нет: сквозь стропила виднеется небо.
(39)С того момента судьба Михайловского не выходила у меня из головы. (40)В Святых Горах разыскал я древнюю старушку, которая знала здешние места. (41)Повезли мы старушку в Михайловское, чтобы она рассказала нам о любимых аллеях поэта, о том, где он бывал, как жил.
(42)Побывал я и в Тригорском, которое так любил посещать Пушкин. (43)На железной дороге нашёлся старичок-стрелочник, который когда-то служил у Осиповых. (44)Он мне показал старый дуб, который, по его утверждению, был описан Пушкиным в «Руслане и Людмиле».
(45)Решили мы восстановить домик няни. (46)Но как подступиться?
(47)Как-то в штаб явился человек учёного вида. (48)Он назвал себя пушкинистом Усти-мовичем и попросил нас оградить Михайловское от разрушения.
— (49)Мы делаем, что можем, — говорю я, — готовы даже реставрировать домик няни, да нет у нас представления о том, каким он был.
(50)И тогда Устимович положил передо мной на стол фотографии домика, его описания, зарисовки. (51)Сейчас же я вызвал начальника сапёрной роты Турчанинова и отдал приказ:
— Сапёрной роте выступить в Михайловское и восстановить домик няни.
(52)Сапёры с помощью Устимовича за неделю домик няни восстановили. (53)Какой это был праздник для всех нас!
(54) Политотдел бригады добился специального постановления уездного исполкома об охране домика и назначении в Михайловское сторожа.
(55) Прошли годы. (бб)Вернувшись из Средней Азии, где я прослужил десять лет, в Москву, я решил, что история о том, как был спасён домик няни, может представлять интерес. (57)Вот почему было написано письмо в Пушкинский Дом».