Каждый ли понимает весь ужас гражданской войны? Что она представляет собой? Именно эти вопросы поднимаются в предложенном тексте. Гражданская война - это ужаснейшее явление, которое еще более омрачается тем, что в военных действиях на разных сторонах участвуют еще недавние друзья и близкие родственники. Сразу хочу заметить, что безусловно признаю ужасность гражданской войны, но не считаю, что она в разы хуже войны обычной - моя мысль заключается в том, что война в любом своем обличии - это зло. Убийство своего соотечественника или врага из-за границы все равно является убийством. Нельзя прикрывать антигуманное отношению к врагам в любом из случаев конфликта.
Б. Л. Пастернак в своем тексте поднимает проблему осознания сути гражданской войны. Война среди народа - это братоубийство. Гражданская война в обществе, которое позиционирует себя как гуманное не является естественной. Каждый человек должен это осознавать.
Авторская позиция выражена в том, что ничто не может оправдать убийств происходящих среди людей одной нации в гражданской войне.
Я полностью с ним согласен. В моем понимании убийство человека вообще сложно чем-либо оправдать будь-то убийство человека из своей страны или нет. Деление людей на нации уместно лишь в разговорах о культуре, но не о ценности человеческой жизни. Гражданская война лишь тем ужаснее, что демонстрирует всю грязь данного процесса и позволяет качественно проследить изменение отношения людей друг к другу под действием пропаганды.
В качестве примера высказанного тезиса хочется привести произведение М. Шолохова «Тихий Дон». Центральной проблемой данного романа является гражданская война - вся ее абсурдность и неуместность. Автор талантливо демонстрирует как изменяется привычная жизнь для людей в этот период - свободные казаки вдруг становятся заложниками ситуации и также вынуждены вступать в навязанную им борьбу. «Моим рукам работать надо, а не воевать» - такой вывод делает главный герой по исходу всех событий.
Другим литературным примером может являться роман А. Фадеева «Разгром». Здесь также находят отражение события гражданской войны. Автор обращает внимание читателей на людей попавших в отряды случайным образом - война буквально перемалывает их, заставляет меняться, подстраиваться, терпеть. Война буквально является жерновами для человеческой нравственности, духовности и плоти.
Таким образом, гражданская война - то событие, которое является одним из самых ужаснейших в мире. Действительно ничем нельзя оправдать таких ошибок государства и неосознания самой сути данного процесса.
(3)Завязавшаяся стычка застала его на поле и заставила разделить судьбу сражающихся
и отстреливаться. (4)Белые шли, наступая. (5)Доктор хорошо их видел, каждого в лицо. (6)Это были мальчики и юноши из невоенных слоёв столичного общества и люди более пожилые, мобилизованные из запаса. (7)Но тон задавали первые, молодёжь, студенты-первокурсники и гимназисты-восьмиклассники, недавно записавшиеся в добровольцы.
(8) Их выразительные, привлекательные физиономии казались близкими, своими.
(9) Служение долгу, как они его понимали, одушевляло их восторженным молодечеством, ненужным, вызывающим. (10)Они шли рассыпным редким строем, выпрямившись во весь рост, превосходя выправкой кадровых гвардейцев, и, бравируя опасностью, не прибегали к перебежке и залеганию на поле, хотя на поляне были неровности, бугорки и кочки, за которыми можно было укрыться. (11)Пули партизан почти поголовно выкашивали их.
(12)Доктор лежал без оружия в траве и наблюдал за ходом боя. (13)Всё его сочувствие было на стороне героически гибнувших белогвардейских детей. (14)Он от души желал им удачи. (15)Это были отпрыски семейств, вероятно, близких ему по духу, его воспитания, его нравственного склада, его понятий.
(16) Однако созерцать и пребывать в бездействии среди кипевшей кругом борьбы не на жизнь, а на смерть было немыслимо и выше человеческих сил. (17)Шёл бой.
(18) Надо было отстреливаться. (19) И когда телефонист рядом с ним в цепи забился в судорогах и потом замер, Юрий Андреевич ползком подтянулся к нему, взял его винтовку и, вернувшись на прежнее место, стал разряжать её выстрел за выстрелом.
(20) Жалость не позволяла ему целиться в молодых людей, которыми он любовался и которым сочувствовал. (21)И, выбирая минуты, когда между ним и его мишенью не становился никто из нападающих, он стал стрелять в цель по обгорелому дереву. (22) Наконец белое командование, убедившись в бесполезности попытки, отдало приказ отступить.
(23) Фельдшер привёл на опушку двух санитаров с носилками. (24)Доктор велел им заняться ранеными, а сам подошёл к лежавшему без движения телефонисту.
(25)Он смутно надеялся, что тот, может быть, ещё дышит и его можно будет вернуть к жизни. (26)Юрий Андреевич расстегнул на груди у него рубашку и стал слушать его сердце. (27)Оно не работало.
(28) На шее у убитого висела ладанка на шнурке. (29)Юрий Андреевич снял её. (30) В ней оказалась зашитая в тряпицу, истлевшая и стёршаяся по краям сгибов бумажка. (31)Она содержала извлечения из девяностого псалма с теми изменениями и отклонениями, которые вносит народ в молитвы, постепенно удаляющиеся от подлинника. (32)Отрывки церковнославянского текста были переписаны в грамотке по-русски.
(33)В псалме говорится: «Живый в помощи Вышнего». (34)В грамотке это стало заглавием заговора: «Живые помощи». (35)Стих псалма: «Не убоишися... от стрелы летящия во дни» — превратился в слова ободрения: «Не бойся стрелы летящей войны». (36)«С ним есмь в скорби, изму его...» стало в грамотке «Скоро в зиму его».
(37)Текст псалма считался чудодейственным, оберегающим от пуль.
(38)От телефониста Юрий Андреевич перешёл на поляну к телу убитого молодого
белогвардейца. (39)На красивом лице юноши были написаны черты невинности и всё
простившего страдания. (40)«Зачем?» — подумал доктор.
(41) Он расстегнул шинель убитого и широко раскинул её полы.
(42) Сквозь пройму рубашки вывалились вон и свесились на цепочке наружу крестик, медальон и ещё какой-то плоский золотой футлярчик. (43)Футлярчик был полураскрыт. (44)Из него вывалилась сложенная бумажка. (45)Доктор развернул её и глазам своим не поверил. (46)Это был тот же девяностый псалом, но в печатном виде и во всей своей славянской подлинности.