Родительская любовь… Наверное, во всем мире нельзя найти чувства более сильного, возвышенного, прекрасного, чистого. А в чем заключается сила родительской любви? Именно над этой проблемой размышляет русский прозаик и драматург Мамин-Сибиряк в своем тексте.
Раскрывая данную проблему, автор рассказывает небольшую историю о Гришутке и его дедушке Емеле. Так, зная, что его внук тяжело болен, видя, что с каждым днем ему только хуже, Емеля решает пойти на охоту, чтобы добыть для своего единственного, дорогого внука теленочка. Как нелегко было нашему герою выследить в лесу олениху с олененком, сколько трудностей пришлось испытать, но ничто не смогло остановить его: ни знойный день, ни палящее солнце, ни усталость (предложения 28-30). Ведь Емеля понимал, что всё это он делает для своего любимого внука, верил, что теленочек порадует Гришутку, а, может быть, и поможет ему выздороветь. Тем самым, можно сделать вывод, что любовь Емели к своему внуку была безгранична. Он всегда был готов помочь ему, стремился сделать всё для его счастья и благополучия, несмотря на все трудности и неудобства.
Кроме этого, автор обращает наше внимание на ещё один интересный случай. Так, спустя некоторое время Емеле все же удалось выследить олененка и оленя-самку. Удивительно, но олениха, несмотря на угрозу для жизни, не бросила детеныша. Она старалась всячески защитить олененка: бесстрашно вышла вперед и, оказавшись на виду у охотника, пыталась как можно дальше увести его и собаку от малыша (предложения 40-42, 44). Это также говорит нам о том, как велика сила родительской любви, о готовности родителей отдать всех себя ради безопасности своего дитя.
Таким образом, автор считает, что сила родительской любви безгранична. Она состоит в готовности родителей ради своих детей пойти на любые испытания и трудности, а, если будет нужно, то даже на риск и жертвы.
Что касается меня, то я не могу не согласиться с автором. Действительно, родительская любовь – это одно из самых преданных, нерушимых чувств во всем мире. А сила его в том, что настоящие родители готовы отдать всех себя, сделать все возможное и невозможное ради того, чтобы их дети были живы, здоровы и счастливы.
В заключение хочется сказать, что родительская любовь – это одно из самых сильных чувств, которое может испытывать не только человек, но и животное. Настоящие родители никогда не оставят своих детей в беде. Ради них они преодолеют непреодолимые преграды, пойдут на любые трудности, а если будет нужно, то даже рискнут собственной жизнью. Вот в этом и заключается великая сила родительской любви.
В избушке у самого леса живёт старый охотник Емеля с маленьким внучком Гришуткой. Ни забора, ни ворот, ни сарая — ничего нет у Емелиной избушки. Только под крыльцом из неотёсанных брёвен воет по ночам голодный Лыско — одна из лучших охотничьих собак в Тычках. — Дедко, а дедко, теперь олени ходят с телятами? — с трудом спросил маленький Гришутка однажды вечером. — С телятами, Гришук, — ответил Емеля, доплетая новые лапти. — Вот бы, дедко, телёночка добыть... — Погоди, добудем... Жары наступили, олени с телятами в чаще прятаться будут от оводов, тут я тебе и телёночка добуду, Гришук! Гришутке всего было шесть лет, и он лежал теперь второй месяц на широкой деревянной лавке под тёплой оленьей шкурой. (Ю)Мальчик простудился ещё весной, когда таял снег, и всё не мог поправиться. Его смуглое личико побледнело и вытянулось, глаза сделались больше, нос обострился. Емеля видел, как внучонок таял не по дням, а по часам, но не знал, чем помочь горю. Стояли последние дни июня месяца. Емеля вышел из своей избушки с кремневой винтовкой в руке, отвязал Лыска и направился к лесу. — Ну, Гришук, поправляйся без меня... — говорил Емеля внуку на прощанье. — 3а тобой приглядит старуха Маланья, пока я за телёнком схожу. — А принесёшь телёнка-то, дедко? — Принесу, сказал. — Жёлтенького? — Жёлтенького... — Ну, я буду тебя ждать... Смотри не промахнись, когда стрелять будешь... Три дня бродил Емеля по лесу с Лыском, и всё напрасно: оленя с телёнком не попадалось. Только на четвёртый день, когда и охотник, и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя с телёнком. «Мать с телёнком, — думал Емеля, разглядывая на траве следы больших и маленьких копыт. — Сегодня утром были здесь... Лыско, ищи, голубчик!..» День был знойный. Солнце палило нещадно. Собака обнюхивала кусты и траву с высунутым языком; Емеля едва таскал ноги. Но вот знакомый треск и шорох... Лыско упал на траву и не шевелился. В ушах Емели стоят слова внучка: «Дедко, добудь телёнка, и непременно, чтобы был жёлтенький». Вон и мать... Это был великолепный олень-самка. Он стоял на опушке леса и пугливо смотрел прямо на Емелю. «Нет, ты меня не обманешь...» — думал Емеля, выползая из своей засады. Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями. «Это мать меня от телёнка отводит», — думал Емеля, подползая всё ближе и ближе. Когда старик хотел прицелиться в оленя, он осторожно перебежал несколько сажен далее и опять остановился. Емеля снова подполз со своей винтовкой. Опять медленное подкрадывание, и опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять. — Не уйдёшь от телёнка, — шептал Емеля, терпеливо выслеживая зверя в течение нескольких часов. Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера. Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от спрятавшегося оленёнка; старый Емеля и сердился, и удивлялся смелости своей жертвы. Ведь всё равно не уйдёт от него олень... Сколько раз приходилось ему убивать таким образом жертвовавшую собою мать. Лыско, как тень, ползал за хозяином и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим горячим носом. Старик оглянулся и присел. В десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял тот самый жёлтенький телёнок, за которым он бродил целых три дня. Это был прехорошенький оленёнок, всего нескольких недель, с жёлтым пушком и тоненькими ножками; красивая головка была откинута назад, и он вытягивал тонкую шею вперёд, когда старался захватить веточку повыше. Охотник с замирающим сердцем взвёл курок винтовки и прицелился в голову маленькому, беззащитному животному... Ещё одно мгновение, и маленький оленёнок покатился бы по траве с жалобным предсмертным криком; но именно в это мгновение старый охотник припомнил, с каким геройством защищала телёнка его мать, припомнил, как мать его Гришутки спасла сына от волков своей жизнью. Точно что оборвалось в груди у старого Емели, и он опустил ружьё. Оленёнок по-прежнему ходил около куста, общипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. (5б)Емеля быстро поднялся и свистнул, — маленькое животное скрылось в кустах с быстротой молнии. — Ишь какой бегун... — говорил старик, задумчиво улыбаясь. — Только его и видел: как стрела... Ведь убежал, Лыско, наш оленёнок-то? Ну, ему, бегуну, надо расти... Ах ты, какой шустрый!.. Старик долго стоял на одном месте и всё улыбался, припоминая бегуна.