Допустимо ли подавление свободы ребенка? Порассуждать на этом вопрос нас и побуждает Елена Сергеевна Вентцель, скрывающаяся под литературным псевдонимом «И.Грекова» .
Наверное, у каждого был такой друг, родители которого держали его в «ежовых рукавицах». Жизнь такого ребенка была незавидна: постоянные ограничения, начиная от сластей и игр и кончая общением со сверстниками. Многие родители оправдывают чрезмерную строгость стремлением устроить чаду «лучшее будущее». Вот и в отрывке произведения И. Грековой мы видим очередной пример таких взаимоотношений: отец всячески придирается к сыну Донату («Не «Конан Дойль», а «Конан Дойл…») постоянно наставляет его в повелительном тоне («Учись себя контролировать…»), неоднократно напоминает о том, что он не должен походить на большинство («Не надо подражать «ребятам.»). Когда повествователь решила заговорить с Донатом о свободе человека в выборе своего будущего, мальчик засмеялся, как «взрослый, разочарованный человек». Из этого мы делаем вывод,что такое отношение для мальчика не просто некомфортно - оно делает его глубокого несчастным.
Мнение автора для нас ясно: Елена Сергеевна считает диктат недопустимым в воспитании ребенка, так как такое отношение делает его духовно слабым и озлобленным на весь мир человеком.
Я не могу не согласиться с автором. Душевная тирания родителей нисколько не оправдывает их стремления обеспечить ребенку лучшее будущее, так как в большинстве случаев это эгоистичная попытка воплотить свои нереализованные цели. Ни в коем случае нельзя откладывать всяческими ограничениями счастье ребенка «на потом», ибо, пройдя через серое детство, во взрослом возрасте человек будет просто лишен способности ощутить радость, что перечеркнет всю его жизнь.
Подходящим примером таких семейных взаимоотношений может стать сюжет книги «Похороните меня за плинтусом» Павла Санаева, в которой он излагает свою историю несчастливого детства. Девятилетний мальчик Саша Савельев растет в окружении бабушки и дедушки, потому что бабушка не доверяет воспитание ребенка матери. Бабушка является в семье диктатором, который избыточной заботой о внуке подчеркивает важность своей фигуры. Ее деспотическая «любовь» проистекает из желания иметь куклу, за которой можно ухаживать, попутно обвиняя ее в неблагодарности, чтобы упиваться мнимой черствостью окружающих. Саша так и не поддается давлению домашней тирании, однако ужасающие воспоминания останутся с ним на всю жизнь.
Другим пример может служить фотопроект Анны Радченко «Обратная сторона любви». Это есть серия фотографий, на которых ярко раскрывается причина подавления личности ребенка матерями – стремление родительниц воплотить свои нереализованные желания. Отсутствие хоть одного счастливого детского лица на фото наводит на размышления о пагубности таких отношений в семье.
Подытожим: никогда не нужно впадать в крайности. Да, в воспитании ребенка требуется доля строгости, но диктат чреват ужасными последствиями. Помните, что дети - это такие же свободные люди, временно требующие опеки и рамок, а вовсе не пластилиновые куклы.
(2)Мальчик достал книгу и при свете электрического корытца погрузился в чтение. (3)Мужчина спросил его:
– (4)Донат! (5)Что читаешь?
(6)Мальчик послушно ответил:
– (7)Артур Конан Дойль, «Долина ужаса».
– (8)Не «Конан Дойль», а «Конан Дойл». (9)Повтори, пожалуйста, имя автора.
– (10)Артур Конан Дойл, – с покорностью повторил мальчик.
– (11)Не понимаю, откуда у тебя это мягкое «эль» на конце?
– (12)Так ребята говорят...
– (13)Не надо подражать «ребятам». (14)Мы должны быть не хуже их, а лучше. (15)Не ниже их по развитию, а выше. (16)Понял?
– (17)Понял, – чуть слышно отозвался Донат.
– (18)Не слышу. (19)Громче.
– (20)Понял, – почти крикнул мальчик.
– (21)Так ты весь вагон разбудишь. (22)Повтори ещё раз, умеренным голосом: «(23)Понял тебя, папа».
– (24)Понял тебя, папа, – чуть помедлив, повторил мальчик. (25)Еле заметное раздражение скрипнуло в его голосе.
– (26)Учись себя контролировать, – резюмировал отец.
(27)Когда отец вышел умыться на ночь, Донат достал ручку и лист бумаги и стал писать. (28)С верхней полки мне было хорошо видно: аккуратным, красивым почерком он выводил, строка за строкой, одни и те же слова: «(29)Долина ужаса. (30)Долина ужаса. (31)Долина ужаса...» (32)Вдруг, услышав шум в коридоре, мальчик схватил лист и, скомкав, сунул его в карман и нырнул с головой под одеяло...
(33)Утром Доната в купе не было, отец сидел на месте. (34)В коридоре стояла очередь к единственному туалету – там увидела Доната.
– (35)Кто последний? – спросила я. (36)Донат ответил:
– (37)Я!
(38)Я встала к окну. (39)Рядом стоял мальчик, мне страх как хотелось с ним поговорить, понять, зачем он упорно писал «Долина ужаса». (40)Но между нами был забор, ограда, нет – целая полоса отчуждения... (41)Бежевые глаза Доната, сбоку почти янтарные, прилежно отслеживали бегущие за окном предметы; светлые ресницы на бледной, почти бесцветной щеке казались нематериальными.
(42)Вдруг я спросила:
– (43)Знаешь, что такое электроэнцефалограмма?
(44)Он отрицательно покачал головой, но в глазах мелькнула искра заинтересованности. (45)И я рассказала о своей работе. (46)Он слушал – сперва недоверчиво, насторожённо, но постепенно появлялся интерес.
– (47)Здорово про эти ваши биотоки, – сказал он. – (48)Записал на какую-то кривулю – и всё ясно. (49)Только не верится: наложил электроды, а другие угадали, что я чувствую?
– (50)В какой-то мере.
– (51)Даже если... если я изо всех сил скрываю?
(52)Он поднял глаза, и в друг на мгновение в них сверкнула такая неистовая ненависть, что я отшатнулась. (53)Миг – и вспышка погасла.
– (54)Тебе надо самому посмотреть опыт! (55)Приходи ко мне в лабораторию. (56)Вдруг это – твоё будущее! (57)Вот мой телефон – позвони накануне.
(58)Адрес и телефон я записала на листке из блокнота участника конференции, с которой возвращалась. (59)Он взял. (60)Потом тяжело вздохнул.
– (61)Моё будущее? – переспросил он. – (62)Это от меня не зависит.
– (63)От кого же?
– (64)Всё решено. (65)Давно.
– (66)Как это? (67)Человек сам вправе распоряжаться своим будущим. (68)Донат засмеялся. (69)Смеялся взрослый, разочарованный человек.
– (70)Вправе?.. (71)А вы знаете, что такое «Долина ужаса»?
– (72)Приблизительно.
– (73)Вы этого не знаете и не узнаете никогда… (74)Смотрите: туалет освободился. (75)Теперь я вам уступлю очередь. (76)Видите, какой я воспитанный, – добавил он с горечью. (77)Когда я вышла, Доната и его отца в купе уже не было. (78)Поезд прибывал в Москву, и пассажиры пробирались к выходу.(79)Тут я заметила на своём чемодане листок бумаги. (80)Это оказалась моя записка с адресом института и номером телефона...
(81)Может быть, ещё не всё пропало? (82)Может быть, мне удастся отыскать в безднах Москвы мальчика со странным, редким именем Донат?
(83)Мальчика, который оказался лишён детства. (84)И своего собственного, выбранного душой будущего. (85)Непонятого и закрытого ребёнка.
(86)Живущего в своей, никому не ведомой «долине ужасов».