Как относились к пленным немцам русские солдаты? Ответ на этот вопрос можно найти в тексте Виктора Петрович Астафьева.
В предоставленном для анализе тексте, автор показывает события, которые происходили во временя войны с немцами.
Автор пишет о том, как из оврага вырвался солдат в масхалате, измазанной глиной. Солдат стремительно прошёл улицей и свернул в огород , где сидели пленные немцы. Далее, солдат поднял автомат и начал производить выстрелы. Стоит обратить внимание не предложения 20-26, которые показывают негатив солдата к немцам. Он хотел их смерти.
Второй пример противопоставлен первому. Автор подробно описывает действия военного врача, который оказывал помощь раненым, не спрашивая и не гладя - свой или чужой. Также стоит отметить , что не только врач так относился, но и легкораненый немец, должно быть из медиков, который тоже услуживо обихаживал раненых.
Примеры противопоставлены друг другу. Первый пример показывает, как человек может относиться к тем людям, которые причинили боль. А во втором примере автор помогает увидеть, как человек спасает других, сохраняя жизнь другим.
Я частично согласна с автором, а именно со вторым примером. Немало потверждений этому можно найти в наше время.
Личным примером служат воспоминания моей прабабушки, которая ощутила на себе тяготы военного времени. Моя прабабушка была в плену у немцев. к пленным детям они относились по-человечески. Давали покушать и разрешали гулять.
Таким образом, хочется верить, что читатели будут задумываться о своих поступках по отношению к другим людям. Ведь самое главное оставаться человеком в любой ситуации.
(2)Но не всё ещё перевидел он сегодня.
(3)Из оврага выбрался солдат в маскхалате, измазанном глиной. (4)Лицо у него было будто из чугуна отлито: черно, костляво, с воспалёнными глазами. (5)Он стремительно прошёл улицей, не меняя шага, свернул в огород, где сидели вокруг подожжённого сарая пленные немцы, жевали чего-то и грелись.
(6)— Греетесь, живодёры! (7)Я вас нагрею! (8)Сейчас, сейчас... — солдат поднимал затвор автомата срывающимися пальцами.
(9)Борис кинулся к нему. (10)Брызнули пули по снегу... (11)Будто вспугнутые вороны, заорали пленные, бросились врассыпную, трое удирали почему-то на четвереньках. (12)Солдат в маскхалате подпрыгивал так, будто подбрасывало его землёю, скаля зубы, что-то дикое орал он и слепо жарил куда попало очередями.
(13)— Ложись! - Борис упал на пленных, сгребая их под себя, вдавливая в снег.
(14)Патроны в диске кончились. (15)Солдат всё давил и давил на спуск, не переставая кричать и подпрыгивать. (16)Пленные бежали за дома, лезли в хлев, падали, проваливаясь в снегу. (17)Борис вырвал из рук солдата автомат. (18)Тот начал шарить на поясе. (19)Его повалили. (20)Солдат, рыдая, драл на груди маскхалат.
(21)— Маришку сожгли-и-и! (22)Селян в церкви сожгли-и-и! (23)Мамку! (24)Я их тыщу... (25)Тыщу кончу! (26)Гранату дайте!
(27)Старшина Мохнаков придавил солдата коленом, тёр ему лицо, уши, лоб, грёб снег рукавицей в перекошенный рот.
(28)— Тихо, друг, тихо!
(29)Солдат перестал биться, сел и, озираясь, сверкал глазами, всё ещё накалёнными после припадка. (30)Разжал кулаки, облизал искусанные губы, схватился за голову и, уткнувшись в снег, зашёлся в беззвучном плаче. (31)Старшина принял шапку из чьих-то рук, натянул её на голову солдата, протяжно вздохнув, похлопал его по спине.
(32)В ближней полуразбитой хате военный врач с засученными рукавами бурого халата, напяленного на телогрейку, перевязывал раненых, не спрашивая и не глядя — свой или чужой.
(33)И лежали раненые вповалку — и наши, и чужие, стонали, вскрикивали, плакали, иные курили, ожидая отправки. (34)Старший сержант с наискось перевязанным лицом, с наплывающими под глазами синяками, послюнявил цигарку, прижёг и засунул её в рот недвижно глядевшему в пробитый потолок пожилому немцу.
(35)— Как теперь работать-то будешь, голова? — невнятно из-за бинтов бубнил старший сержант, кивая на руки немца, замотанные бинтами и портянками. (36)— Познобился весь. (37)Кто тебя кормить-то будет и семью твою? (38)Фюрер? (39)Фюреры, они накормят!..
(40)В избу клубами вкатывался холод, сбегались и сползались раненые. (41)Они тряслись, размазывая слёзы и сажу по ознобелым лицам.
(42)А бойца в маскхалате увели. (43)Он брёл, спотыкаясь, низко опустив голову, и всё так же затяжно и беззвучно плакал. (44)3а ним с винтовкой наперевес шёл, насупив седые брови, солдат из тыловой команды, в серых обмотках, в короткой прожжённой шинели.
(45)Санитар, помогавший врачу, не успевал раздевать раненых, пластать на них одежду, подавать бинты и инструменты. (46)Корней Аркадьевич, из взвода Костяева, включился в дело, и легкораненый немец, должно быть из медиков, тоже услужливо, сноровисто начал обихаживать раненых.
(47)Рябоватый, кривой на один глаз врач молча протягивал руку за инструментом, нетерпеливо сжимал и разжимал пальцы, если ему не успевали подать нужное, и одинаково угрюмо бросал раненому:
— Не ори! (48)Не дёргайся! (49)Ладом сиди! (50)Кому я сказал... (51)Ладом!
(52)И раненые, хоть наши, хоть исчужа, понимали его, послушно, словно в парикмахерской, замирали, сносили боль, закусывая губы.
(53)Время от времени врач прекращал работу, вытирал руки о бязевую онучу, висевшую у припечка на черенке ухвата, делал козью ножку из лёгкого табака.
(54)Он выкуривал её над деревянным стиральным корытом, полным потемневших бинтов, рваных обуток, клочков одежды, осколков, пуль. (55)В корыте смешалась и загустела брусничным киселём кровь раненых людей, своих и чужих солдат. (56)Вся она была красная, вся текла из ран, из человеческих тел с болью. (57)«Идём в крови и пламени, в пороховом дыму».
(По В. П. Астафьеву)
Это пустое вступление, не содержащее позиции автора. Сюда нужно вставить отдельное предложение с формулировкой ПА: «По мнению Астафьева, на войне сталкиваются два отношения к врагу — мстительная ненависть и сострадательное милосердие; подлинно человеческое — это милосердие, не отделяющее своих от чужих».
Проблема сформулирована, автор представлен, но позиция автора в работе НЕ сформулирована: нет ни одного предложения с формулировкой «По мнению автора, …» / «Авторская позиция такова: …». Без сформулированной ПА по правилам ФИПИ-2026 К1 = 0, и обнуляются К2 и К3.
Согласиться можно с позицией автора, а не «со вторым примером»: пример — это иллюстрация в исходнике, а не тезис автора.
Личный пример (воспоминания прабабушки) есть, согласие выражено, но согласие сформулировано в воздух: с КАКОЙ именно позицией автора согласен ученик — не сказано, поскольку ПА не сформулирована. При К1 = 0 К3 тоже обнуляется.
Опечатка: «во время войны».
Стоит обратить внимание не предложения 20-26
Опечатка «не» вместо «на». Плюс ссылка на номера предложений — формат ОГЭ; в ЕГЭ-27 не используется.
не спрашивая и не гладя
Опечатка: «не глядя» (деепричастие от «глядеть»), а не «гладя» (от «гладить»).
услуживо обихаживал раненых
Пропуск «л». Правильно: «услужливо» (как у Астафьева).
Немало потверждений этому можно найти в наше время.
Пропуск «д» в корне. Правильно: «подтверждений».
Моя прабабушка была в плену у немцев. к пленным детям они относились по-человечески.
Строчная буква после точки. Правильно: «К пленным детям…».
7 орфографических ошибок: «масхалате» (-> маскхалате), «во временя» (-> во время), «не предложения» (-> на предложения), «не гладя» (-> не глядя), «услуживо» (-> услужливо), «потверждений» (-> подтверждений), «к пленным» со строчной после точки (-> «К пленным»).
Пропуск тире между подлежащим и сказуемым-инфинитивом. Правильно: «самое главное — оставаться человеком».
Лишняя запятая после обстоятельства «В предоставленном для анализе тексте,»; пропуск тире между подлежащим и сказуемым-инфинитивом «самое главное оставаться человеком».
Смешение падежей: «Виктора» (Р. п.) + «Петрович» (И. п.). Правильно: «Виктора Петровича Астафьева».
В предоставленном для анализе тексте
Неверный падеж: «для анализе» (Пр. п.) -> «для анализа» (Р. п.).
солдат в масхалате, измазанной глиной
Двойная ошибка: 1) орфография — «маскхалате» (пропуск «к»); 2) грамматика — рассогласование причастия в роде: «маскхалат» (м. р.) -> «измазанном», а не «измазанной».
3 грамматические ошибки: «Виктора Петрович Астафьева» (смешение падежей), «для анализе» (-> для анализа), «в маскхалате, измазанной глиной» (-> измазанном).
Канцеляризм. Норма: «начал стрелять», «открыл огонь».
Давали покушать и разрешали гулять.
Разговорно-просторечное «покушать». Норма: «кормили», «давали еду».
негатив солдата к немцам
Слово «негатив» в книжной речи неуместно. Норма: «ненависть», «вражда», «озлобление».
человек спасает других, сохраняя жизнь другим
Лексический повтор «других / другим» в одном предложении. Лучше: «человек спасает раненых, сохраняя им жизнь».
Канцеляризм «начал производить выстрелы»; разговорное «давали покушать»; неуместное «негатив»; лексический повтор «других / другим» в одном предложении.