Можно ли подавить природу и заставить ее подчиниться? В чем проявляется насилие над ней в современном мире? Именно этими вопросами задается В. П. Астафьев, русский советский писатель, в своем тексте.
Автор повествует о проблеме, приводя в пример глухаря из обычного городского зоопарка. С виду животное выглядело ужасно подавленно и болезненно, но, по мнению автора, дух его был могуч, а голос и зов природы никогда не угасали в теле. Автор считает, что неволя не погасила в глухаре <вешней страсти и не истребила стремления к продлению рода своего>, ведь он, по В. П. Астафьеву, пел <песню любви>, несмотря ни на что.
Еще писатель рассказывает о том, как этот глухарь смотрел в сторону свободы. Он, по словам автора, вглядывался в дальнюю пустоту, не обращая внимания на стоящих перед клеткой людей, и жил светлой памятью о недосягаемой тайге. Это, как говорит В. П. Астафьев, и спасало его.
Позиция писателя по данной проблеме мне ясна и понятна. Автор считает, что хоть человек очень сильно хочет уничтожить природу, <да не может свалить под корень все живое>, так как она слишком сильна и подавить ее просто невозможно.
Не согласиться с точкой зрения В. П. Астафьева, по моему мнению, невозможно, ведь природа-это единая и могучая система, частью которой, несомненно, является человек, и если он захочет победить ее полностью, то может причинить вред даже самому себе.
Читая этот текст, я сразу же вспоминаю новеллу В. П. Астафьева <Царь-рыба>. В ней Игнатьич, главный герой произведения, очень удачливый рыбак, зажиточный крестьянин и самый богатый человек в селе. Всем своей деревне готов помочь и поделиться опытом. Но очень часто он злоупотребляет своей профессией и занимается браконьерством. Однажды главный герой ловит на крючок царь-рыбу и в одиночку пытается справиться с ней, но, понимая, что не может победить ее, раскаивается и просит прощения. Игнатьич был уверен в себе, но побороть природу невозможно, уж слишком она сильна.
Также, чтобы подтвердить свою точку зрения, приведу такой пример, как произведение Чингиза Айтматова <Плаха>. В нем семья волков Ташчайнар и Акбара, как олицетворение природы, очень много страдает из-за людей. Несколько раз по вине человека животные теряют своих детенышей. В последний раз, когда пьяница Базарбай уносит маленьких волчат, чтобы продать, волчица решает отомстить. Она крадет ребенка невиновного и честного Бостона, который в погоне за Акбарой случайно убивает своего сына. Это произведение показывает, что с природой нужно соседствовать, а не пытаться победить ее, ведь в конечном итоге хуже будет только тебе.
Таким образом, В. П. Астафьев, несомненно, прав, что поднял такую важную проблему. Ведь человек со временем все чаще и чаще истребляет и уничтожает природу и думает, что должен окончательно победить ее, но это, по мнению автора, неправильно, так как человек-это часть природы, и достигнуть благополучия он может только сожительствуя с ней.
(5)Глухарь в неволе иссох до петушиного роста и веса, перо в неволе у него не обновлялось, только выпадало, и в веером раскинутом хвосте не хватало перьев, светилась дыра, шея и загривок птицы были словно в свалявшейся шерсти. (6)И только брови налились красной яростью, горели воинственно, зоревой дугою охватив глаза, то и дело затягивающиеся непроницаемой, слепой пленкой. (7)Перепутав время и место, не обращая внимания на скопище любопытных людей, пленный глухарь исполнял назначенное ему природой — песню любви. (8)Неволя не погасила в нем вешней страсти и не истребила стремления к продлению рода своего. (9)Он неторопливо, с достоинством бойца, мешковато топтался на тряпично-вялой траве меж кочек, задирал голову и, целясь клювом в небесную звезду, взывал к миру и небесам, требовал, чтоб его слышали и слушали. (10) И начавши песню с редких, отчетливых щелчков, все набирающих силу и частоту, он входил в такое страстное упоение, в такую забывчивость, что глаза его снова и снова затягивало пленкой, он замирал на месте, и горло его, раскаленное ещё, продолжало перекатывать, крошить камешки на осколки.
(11)В такие мгновения птичий великан глохнет и слепнет, и хитрый человек, зная это, подкрадывается к нему и убивает его. (12) Убивает в момент весеннего пьянящего торжества, не давши закончить песню любви.
(13)Глядя на невольника-глухаря, я подумал, что когда-то птицы-великаны жили и пели на свету, но люди загнали их в глушь и темень, сделали отшельниками, теперь вот и в клетку посадили. (14)Оттесняет и оттесняет человек все живое в тайге газонефтепроводами, электротрассами, нахрапистыми вертолетами, беспощадной, бездушной техникой дальше, глубже. (15)Но велика у нас страна, никак до конца не добить природу, хотя и старается человек изо всех сил, да не может свалить под корень все живое и под корень же свести не лучшую ее частицу, стало быть, себя. (16)Обзавелся вот «природой» на дому, приволок её в город — на потеху и для прихоти своей. (17)Зачем ему в тайгу, в холодную ночь, по колено, а где и по пояс в воде переть на ток. (18)Он здесь получит удовольствие, за два гривенника насмотрится на зверей, наслушается рёву, песен и стона. (19)Обойдя огромный зоопарк, я возвращался в подавленном настроении — звери в неволе были болезненно вялы, полуоблезлы, в свалявшейся шерсти и проплешинах. (20)Самые вольные и грозные звери выглядели совсем жалко. (21)Волки смотрели сквозь решетки отстраненными глазами, в которых была такая бездонная тоска, что и не выразить её человеческими словами…
(22)А меня всё что-то тянуло и тянуло к клетке глухаря. (23)Он «оттоковал», сложил свой дырявый хвост, без интереса порылся в кормушке, наполненной хвоей, смесью семян, песком и какой-то скорлупой. (24)Зрители и слушатели, большей частью дети, набросали на пол клетки уличному певцу е и кедровых шишек да орешков, будто в уплату. (25) Глухарь взял в клюв орешек, подержал его и выронил, не раскусив. (26) Посмотрел на людей без осуждения или сквозь них, в пустоту, и поковылял в угол, за искусственно сделанную из коряги засидку…
(27)И угадывалось, явно угадывалось — он все еще видел дальним зрением и неугасшей памятью недосягаемую тайну, разгорающееся за лесистым болотом небо, нарядных невест, шатающих меж сосен и кочек, осыпанных прошлогодней клюквой. (28)Клёкнул токовник, огляделся, вспомнил, где он, по-стариковски устало опустился на подогнувшиеся лапы, поправил что-то в крыле и задремал…