Какую роль играет мать в формировании личности ребёнка? Именно эту важную проблему поднимает Фрида Абрамовна Вигдорова в предложенном тексте. Позиция автора заключается в том, что истинное воспитание происходит не в назидательных беседах, а в повседневных, незаметных поступках, в атмосфере любви, доверия и уважения, которую создаёт мать. Писательница убеждена, что мудрое материнское влияние, основанное на чуткости, терпении и личном примере, способно научить ребёнка самым главным человеческим качествам: умению видеть красоту, быть честным, сострадать и радоваться жизни.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Фрида Вигдорова рассказывает о том, как мать учила маленького Андрея чувствовать мир. Она говорит ему: «Послушай, как тихо», и он понял, что тишину можно слушать. Она просит: «Не зажигай света, посидим так», и он узнал, как хорошо «помолчать и помолчать вместе». Этот пример свидетельствует о том, что мать не просто давала сыну знания, а открывала ему тонкие, неосязаемые стороны бытия, учила его внутренней сосредоточенности и умению ценить мгновения покоя и близости. Поступок матери показывает, что воспитание начинается с умения обратить внимание ребёнка на то, что обычно ускользает от взгляда.
Кроме того, автор акцентирует внимание на другом показательном эпизоде. Когда учительница поручила Андрею записывать фамилии плохо ведущих себя учеников, мать, вместо того чтобы одобрить или осудить, с мягкой иронией предлагает: «Да ты только всегда одну фамилию — свою собственную». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что мать учит сына не ябедничать, не быть исполнительным «стукачом», а сохранять чувство собственного достоинства и честность. Она не читает нотаций, а своим неожиданным, остроумным советом показывает абсурдность ситуации и формирует у ребёнка правильные нравственные ориентиры. Этим автор подводит нас к мысли о том, что истинное воспитание часто происходит через иронию и уважение к личности ребёнка.
Смысловая связь между приведёнными примерами — это дополнение. Первый эпизод раскрывает способность матери научить сына тонкому, поэтическому восприятию мира. В то время как второй пример показывает, как она же учит его практической нравственности, умению выходить из сложных ситуаций с чувством собственного достоинства. Именно благодаря такому сочетанию — умению видеть прекрасное и оставаться порядочным человеком — формируется гармоничная, глубокая личность.
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, самое сильное воспитательное воздействие оказывают не громкие слова, а ежедневные, незаметные поступки близких людей. Например, в романе Льва Николаевича Толстого «Война и мир» Наташа Ростова выросла в атмосфере искренней любви и душевной открытости, которую создавала её мать, графиня Ростова. Именно эта атмосфера, а не строгие правила, сформировала в Наташе ту живость, отзывчивость и способность к сопереживанию, которые так ценны в ней.
Итак, Фрида Вигдорова на примере одной семьи убедительно показывает, что воспитание ребёнка — это не система наказаний и поощрений, а ежедневный, кропотливый труд души, в котором главное — любовь, терпение и уважение к маленькому человеку. Именно мать, действуя ненавязчиво и мудро, закладывает в ребёнке основы его будущей личности.
(4)Когда приходила весна, весь дом наполнялся запахами земли, листвы, сада. (5)Комнаты были прохладные, полы крашеные, чисто вымытые, а в раскрытые окна бежал ветер.
(6)И теперь, когда Андрей стал взрослым, каждая новая весна несла ему эти незабываемые запахи его детства — земли, травы, ветра.
(7)Всё в мире открывала Андрею мать.
(8)«Послушай, как тихо», — говорила она. (9)И он понял, что тишину можно слушать.
(10)«Не зажигай света, посидим так», — просила она. (11)И он узнал, как хорошо посумерничать и помолчать вдвоём.
(12)Однажды поздней осенью они шли по лесу, по жёлтым лесным дорожкам. (13)Только выпал первый снег — тонкий, редкий, словно не снег, а изморось. (14)И вдруг мама сказала:
— Посмотри, берёзовые листья как золотые пятаки на снегу. (15)Верно? (16)А кленовые — как будто след птичьей лапки. (17)А вот дубовый, распластанный, погляди.
— (18)Как след медведя! — сказал Андрей. (19)Мать ответила радостным смехом:
— Да, да! (20)Как будто медведь прошёл!
(21)Да, видеть это, радоваться этому тоже научила его она.
(22)Он не мог бы рассказать, как она воспитывала его, он и не знал, что его «воспитывают». (23)Однажды, вернувшись из школы, он сказал:
— Мама, Елена Фёдоровна говорит: «Москвин, ты ведёшь себя примерно, я поручаю тебе после уроков приносить мне фамилии ребят, которые плохо ведут себя на перемене». (24)Что же мне делать? (25)Не стану я записывать.
(26)Мать ответила:
— Отчего же? (27)Пиши! (28)Да только всегда одну фамилию — свою собственную.
(29)Андрею стало весело — в самом деле, как хорошо и просто она придумала.
(30)А в другой раз было так. (31)Мать работала в саду — она сама выращивала цветы: ранней весной — незабудки, анютины глазки, летом — розы и флоксы, осенью — астры и георгины.
(32)Вернувшись из городского сада, где он играл с ребятами в казаки-разбойники, Андрей стоял и задумчиво глядел, как, сидя на корточках, она копается в земле. (33)Оба молчали.
(34)И вдруг, вскинув на него глаза, она спросила с мягкой насмешкой:
— А ты не устал стоять?
(35)Ему было тогда лет семь. (36)Пожалуй, никакой самый беспощадный укор не запечатлелся бы в его памяти так глубоко, как эти насмешливые слова.
(37)Однажды она рассказала Андрею историю английского капитана Скотта, который открыл Южный полюс на пятнадцать дней позже норвежца Амундсена. (38)Андрея долго не оставляла мысль о том, как они шли обратно — пятеро друзей по снежной пустыне на отяжелевших лыжах, обманутые в своей надежде, в своей мечте. (39)Подумать только: опоздать на пятнадцать дней!
(40)Он видел капитана, который, лёжа в палатке, окоченевшей рукой выводил на бумаге последние слова друзьям и родным. (41)Их нашли мёртвыми. (42)Кажется, через год. (43)Они лежали так, как их застала смерть, — обманутые, обессиленные, но не сдавшиеся. «(44)Тогда не было самолётов, — думал Андрей. — (45)Я бы сел на самолёт и полетел бы к ним. (46)Я приземлился бы и — вот она, палатка, я бегу, бегу туда, ноги вязнут в снегу…»
— (47)Капитан Скотт, — говорил он дрогнувшим голосом, — вы спасены! (48)Я советский лётчик! (49)Я прилетел за вами!
— (50)Как я рад! — отвечала за капитана Скотта мама. (51)Этот ответ казался Андрею легкомысленным, он ожидал слов более высоких, красивых, торжественных, а всё же он радовался, что она так быстро, так легко вошла в игру, не придирается, не говорит: «Тогда ещё не было советских лётчиков», — нет, ей ничего не надо объяснять.
— (52)Помогите моим друзьям, — говорит она. — (53)Они вели себя мужественно!
(54)Да, да! (55)Именно так должен был отвечать капитан! (56)Первое его слово не о себе — о друзьях!
(57)И Андрей давал отважным исследователям лекарства, сажал их в самолёт, и они летели высоко над бескрайней снежной равниной.
(58)Проснувшись утром, Андрей слышал:
— Здравствуй, милый!
(59)Так говорила она и проводила рукой по его щеке. (60)И звук этого голоса он вызывал в своей памяти всякий раз, когда ему бывало трудно, уже много времени спустя после её смерти. (61)«Здравствуй!» — это слово означало, что начинался день, что они будут вместе. (62)И сейчас, уже взрослым, увидев чашку с молоком, он вспоминал ту, белую в красных горошинах чашку, которая ждала его когда-то на кухонном столе. (63)Придя из школы, он останавливался у порога и переобувался, чтобы не наследить в комнатах. (64)И горячая плита, и потрескиванье дров, и чашка с молоком, и простое слово «Здравствуй!» — всё это наполняло его ощущением покоя.
(По Ф.А. Вигдоровой*)
* Фрида Абрамовна Вигдорова (1915—1965) — советская писательница, журналист.