Может ли личность в век «могущества вещей» уберечь себя от обеднения чувств? — такова проблема, которая волнует Евгения Михайловича Богата, автора представленного текста. Позиция писателя заключается в следующем: научно-техническая революция сама по себе не ведёт к духовному оскудению человека; её воздействие на личность определяется социальными условиями, а способность задавать «вечные» вопросы о любви, смысле жизни и оставаться человеком — главное условие сохранения богатства чувств в любую эпоху.
Чтобы обосновать свою точку зрения, Богат обращается к нескольким примерам. Во-первых, он цитирует английских литературоведов-марксистов, которые «устами Шекспира» отвечают на вопрос о последствиях научно-технической революции. Автор напоминает строки из «Тимона Афинского»: «Тут золота довольно для того, / Чтоб сделать все чернейшее — белейшим, / Все гнусное — прекрасным...». Затем он развивает эту мысль: «И вот сегодня в мире частной собственности можно наблюдать новое великое “братание невозможностей”: человеческий гений, заключенный в новейших достижениях науки и техники, и дегуманизация социальной и личной жизни оказались парадоксально соединенными, как “ум и глупость, добродетель и порок”». Этот пример показывает, что в буржуазном обществе научно-технический прогресс действительно порождает «нравственное одичание», но причина кроется не в технике, а в деньгах и частной собственности.
Во-вторых, публицист приводит опровержение этой ложной связи. Он ссылается на Карла Маркса, который в «Капитале» писал: «Не подлежит сомнению, что машины сами по себе не ответственны за то, что они “освобождают рабочего от жизненных средств”». И далее сам Богат утверждает: «Не ответственна и научно-техническая революция за бездуховность жизни на Западе, за наркоманию, самоубийства, вакханалию секса. Это по-прежнему — лишь в новых, колоссальных масштабах — ворожит алхимия, а точнее, антиалхимия (золото — в олово!) денег, капитала». Этот пример-иллюстрация поясняет, что истинная причина обеднения чувств — капиталистическое устройство, а не техника.
Между приведёнными примерами устанавливается смысловая связь — противопоставление. В первом случае описано ошибочное представление о том, что научно-техническая революция якобы неизбежно ведёт к дегуманизации, а во втором — дано научное и философское опровержение этого заблуждения: машины и технологии нейтральны, их последствия зависят от целей общества. Именно благодаря такому противопоставлению формируется правильное понимание проблемы: человек может сохранить богатство чувств, если общество ставит во главу угла не прибыль, а развитие личности.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, сам по себе прогресс не опасен для духовности. Вред приносит лишь его использование в антигуманных целях. Например, в годы индустриализации в нашей стране строительство заводов и электростанций сопровождалось массовым подъёмом образования, культуры и искусства. Люди, работавшие у станков, одновременно читали классику, ходили в театры и задавали себе те же «детские» вопросы о любви и смысле жизни, о которых пишет Богат. Значит, не техника обедняет чувства, а отсутствие человеческого измерения в её применении.
Итак, каждый из нас в эпоху стремительных перемен должен помнить, что именно мы, а не машины, определяем своё существование. Только способность задавать себе вопросы о вечном и отвечать на них позволяет личности уберечь себя от обеднения чувств и остаться человеком.
(5)Английские литературоведы-марксисты делают остроумную попытку «устами Шекспира» ответить на вопрос, волнующий сегодня всех мыслящих людей Земли: куда ведет человечество научно-техническая революция? (6)Логика этого ответа утверждает: отношения человека и техники целиком зависят от экономической структуры общества, от той основной силы, которая одушевляет его развитие. (7)Для общества, основанного на частной собственности, это, как известно, капитал, деньги. (8)Шекспир писал в «Тимоне Афинском»:
Тут золота довольно для того,
Чтоб сделать все чернейшее - белейшим,
Все гнусное - прекрасным, всякий грех -
Правдивостью, все низкое - высоким,
Трусливого - отважным храбрецом,
А старика - и молодым и свежим.
(9)И вот сегодня в мире частной собственности можно наблюдать новое великое «братание невозможностей»: человеческий гений, заключенный в новейших достижениях науки и техники, и дегуманизация социальной и личной жизни оказались парадоксально соединенными, как «ум и глупость, добродетель и порок». (10)Наше время - эпоха научно-технической революции - добавило к классическому шекспировскому перечню - НТР и нравственное одичание.
(11)Эти невозможности в мире капитала побратались тоже с помощью денег. (12)Цель НТР в буржуазном обществе - не развитие человека, человеческой силы, а новые баснословные прибыли... (13)Идеологи этого общества склонны видеть «братание невозможностей» не в формуле «великий ум и великая безнравственность», а в формуле «человек и техника».
(14)Подобная точка зрения не нова и не оригинальна. (15)
Ее блестяще опровергал Маркс, когда писал в «Капитале»: «Не подлежит сомнению, что машины сами по себе не ответственны за то, что они ,освобождают рабочего от жизненных средств"». (16)Не ответственна и научно-техническая революция за бездуховность жизни на Западе, за наркоманию, самоубийства, вакханалию секса. (17) Это по-прежнему - лишь в новых, колоссальных масштабах - ворожит алхимия, а точнее, антиалхимия (золото - в олово!) денег, капитала. (18)Меня волнует вопрос: «Что я значу в меняющемся мире?» (19)И, да извинят меня бессмертные и почитатели их, он кажется мне не менее важным, чем «Шекспир...», «Брейгель... или «Гете...». (20)Разве не говорит он о богатстве духовной жизни и плодотворном самопознании, которые научно-техническая революция в наших социальных условиях лишь углубляет?
(21)Что изменилось во мне в сопоставлении с людьми минувших эпох? (22)Что осталось неизменным? (23)Доступна ли мне любовь, которую испытывают герои Шекспира? (24)
Возможна ли для меня великая сосредоточенность на тайнах мира и человека, которой отмечены мысли и сердце Гете?
(25)Эти вопросы «трезвым» реалистам могут показаться детскими, не имеющими ни малейшего отношения к тем четким, будничным, неотложным делам, которыми заполнено наше «обыденное» существование. (26)Но опыт убеждает, что от ответа на них зависит наше понимание смысла жизни, высших целей человеческого существования, а стало быть, и состояние будничных, земных, казалось бы, бесконечно далеких от «философских тонкостей» дел. (27)Не машины и роботы, а человек определяет свое существование на земле, остается человеком, если способен задавать эти вопросы и отвечать на них.
(По Е.М. Богату*)
* Евгений Михайлович Богат (1923–1985) — советский журналист, писатель, публицист, очеркист «Литературной газеты», автор книг о нравственно-философских проблемах современности.