Как Шолохов показывает отношение казаков к крестьянскому труду? – такова проблема, которая интересует Михаила Александровича Шолохова, автора предложенного текста. Его позиция заключается в следующем: крестьянский труд, в частности сенокос, изображается не как тяжкая повинность, а как радостное, торжественное событие, к которому казаки относятся с глубоким уважением и любовью, видя в нём неотъемлемую часть своей жизни, традицию, объединяющую весь хутор.
Чтобы обосновать точку зрения автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Шолохов повествует о том, что на покос выходили всем хутором, причём это событие имело почти праздничный характер. Он отмечает: «Выходили на покос всем хутором сразу. Косцы и гребельщицы одевались будто на годовой праздник. Так повелось исстари». Этот пример свидетельствует о том, что для казаков сенокос – не просто работа, а устоявшаяся веками традиция, важное общественное действо, к которому готовятся с особой тщательностью, надевая лучшую одежду. Это подчёркивает почтение к труду, отношение к нему как к чему-то значимому и светлому.
Кроме того, Шолохов акцентирует внимание на деталях, показывающих внутреннее, личное переживание труда главным героем – Пантелеем Прокофьевичем. Автор неслучайно показывает, что старик перед началом работы крестится на колокольню: «Пантелей Прокофьевич перекрестился на беленький стручок далекой колокольни, взял косу». Затем следует описание его состояния: «Он улыбнулся, разом обнажив в вороной бороде несчетное число белых, частых зубов, и занес косу, поворачивая морщинистую шею вправо». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что для казака труд – это не только обязанность, но и источник радости, удовольствия. Жест крещения освящает работу, придаёт ей высший смысл, а улыбка и уверенное движение косой показывают, что герой испытывает от процесса искреннюю отраду.
Смысловая связь между приведёнными примерами – дополнение. В первом примере автор создаёт общую картину коллективного, обрядового восприятия труда всем хутором, подчёркивая его традиционность и торжественность. Во втором примере эта картина конкретизируется через показ личного, почти сакрального отношения отдельного человека к работе. Именно благодаря этому дополнению формируется полное представление о том, что труд для казаков – это не тягость, а естественная и радостная часть жизни, пронизанная уважением и даже поэзией.
Я согласен с точкой зрения Михаила Александровича Шолохова. Действительно, подобное отношение к крестьянскому труду характерно для русской литературы и культуры в целом. Например, в романе Льва Николаевича Толстого «Война и мир» эпизод сенокоса у Ростовых также изображается как светлое, объединяющее всех действо. Когда Наташа Ростова наблюдает за косцами, она чувствует гармонию с природой и людьми, а сам процесс покоса описан как органичный, естественный ритуал, дающий людям силу и радость. Этот пример подтверждает мысль Шолохова о том, что в традиционной крестьянской среде труд воспринимается не как наказание, а как источник душевного подъёма и единения с миром.
Итак, Михаил Александрович Шолохов в своём тексте мастерски показывает, что крестьянский труд для донских казаков – это не просто необходимость, а праздник, традиция и источник радости, что выражается и в коллективном выходе на покос, и в личном, благоговейном отношении каждого человека к работе на земле. Это отношение формирует особый уклад жизни, где труд и быт неразрывно связаны с духовными ценностями.
(2)С троицы начался луговой покос. (3)С самого утра зацвело займище праздничными бабьими юбками, ярким шитвом завесок, красками платков.
(4)Выходили на покос всем хутором сразу. (5)Косцы и гребельщицы одевались будто на годовой праздник. (6)Так повелось исстари. (7)От Дона до ольховых зарослей шевелился и вздыхал под опустошаемый луг.
(8)Мелеховы припозднились. (9)Выехали на покос, когда уже на лугу была чуть не половина хутора.
(10)Долго зорюешь, Пантелей Прокофьич! (11)— шумели припотевшие косари
(12)Не моя вина, бабья! (13)— усмехался старик и торопил быков плетенным из сырца кнутом.
(14)Доброе здоровье, односум
(15)8. (16)Припозднился, браток, припозднился...
(17)Высокий казак в соломенной шляпе качал головой, отбивая у дороги косу.
(18)Аль трава пересохнет?
(19)- Рысью поедешь — успеешь, а то и пересохнет. (20)Твой улеш в каком месте?
(21)А под Красным яром.
(22)- Ну погоняй рябых, а то не доедешь ноне.
(23)Позади на арбе сидела Аксинья, закутавшая от солнца платком все лицо. (24)Из узкой, оставленной для глаз щели она смотрела на сидевшего против нее Григория равнодушно и строго. (25)Дарья, тоже укутанная и принаряженная, свесив между ребер арбы ноги, кормила длинной, в прожилках, грудью засыпавшего на руках ребенка. (26)Дуняшка подпрыгивала на грядушке, счастливыми глазами разглядывая луг и встречавшихся по дороге людей. (27)Лицо ее, веселое, тронутое загаром и у переносицы веснушками, словно говорило: «Мне весело и хорошо оттого, что день, подсиненный безоблачным небом, тоже весел и хорош; оттого, что на душе вот такой же синий покой и чистота. (28)Мне радостно, и больше я ничего не хочу».
(29)Пантелей Прокофьевич, натягивая на ладонь рукав бязевой рубахи, вытирал набегавший из-под козырька пот. (30)Согнутая спина его, с плотно прилипшей рубахой, темнела мокрыми пятнами. (31)Солнце насквозь пронизывало седой каракуль туч, опускало на далекие серебряные обдонские горы, степь, займище и хутор веер дымчатых преломленных лучей.
(32)День перекипал в зное. (33)Обдерганные ветром тучки ползли вяло, не обгоняя тянувшихся
(34)8 сослуживец по полку по дороге быков Пантелея Прокофьевича. (35)Сам он тяжело поднимал кнут, помахивая им. словно в нерешительности: ударить по острым бычьим кострецам или нет. (36)Быки, видно. понимая это, не прибавляли шагу, так же медленно, ощупью переставляли клешнятые ноги, мотали хвостами. (37)Пыльно-золотистый с оранжевым отливом слепень кружился над ними.
(38)Луг, скошенный возле хуторских гумен, светлел бледно-зелеными пятнами; там, где еще не сняли травы, ветерок шершавил зеленый с глянцевитой чернью травяной шелк.
(39)Вон наша делянка. (40)— Пантелей Прокофьевич махнул кнутом.
(41)- От лесу будем зачинать? (42)— спросил Григорий.
(43)Можно и с этого краю. (44)Тут я глаголь вырубил лопатой.
(45)Григорий отпряг занудившихся быков. (46)Старик, посверкивая серьгой, пошел искать отметину
(47)??вырубленный у края глаголь.
(48)??Бери косы!
(49)??вскоре крикнул он, махая рукой.
(50)Григорий пошел, уминая траву. (51)От арбы по траве потек за ним колыхающийся след.
(52)Пантелей Прокофьевич перекрестился на беленький стручок далекой колокольни, взял косу.
(53)Горбатый нос его блистал, как свежелакированный, во впадинах черных щек томилась испарина. (54)Он улыбнулся, разом обнажив в вороной бороде несчетное число белых, частых зубов, и занес косу, поворачивая морщинистую шею вправо.
(55)Саженное полукружье смахнутой травы легло под его ногами.
(По М.А. Шолохову*)
* Михаил Александрович Шолохов (1905–1984) — русский советский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе, общественный деятель.