Можно ли назвать счастливой мирную жизнь людей, которые стали участниками войны? Какая участь ожидает человека, прошедшего годы полные страданий и лишений? Этими и многими другими вопросами задается в своем тексте Л. Андреев, рассуждая над проблемой влияния военных событий на жизнь людей.
Автор изображает первую встречу солдата, вернувшегося с фронта со своей семьей. Писатель показывает, что война искалечила бывшего бойца, лишила его возможности самостоятельно передвигаться. Л. Андреев обращает внимание на то, что, хоть офицер и не показывал своего расстройства, не говорил своём горе, даже велосипед напомним герою о том, что многие любимые занятия теперь недоступны, перед ним теперь закрыты многие пути, в конце каждого из которых, возможно, было его счастье. Естественно, вернувшись с фронта, он просто был рад тому, что сумел выжить вновь увидеться с родными, однако автор убеждён в том, что война нанесла солдату не только физический, но и душевный вред, приковала его к инвалидному креслу до конца жизни.
Кроме того, писатель указывает на то, что близким главного героя также очень нелегко видеть любимого человека, изуродованного «жёсткими людьми». Л. Андреев показывает, что им особенно трудно принять сам факт того, что их родственник уже в 30 лет стал инвалидом. Особенно ярко автор описывает горечь и непонимание, застывшие на губах каждого члена семьи. Примечательна фраза жены офицера: «кому это нужно было?». Так, писатель акцентируют внимание на том, что женщину сильно огорчает бессмысленность всех кровопролитных боев, в одном из которых у неё забрали прежнего красавца-мужа. Автор убеждён в том, что для родственников главный герой стал будто бы совсем другим человеком, беспомощным, обречённым на несчастную жизнь.
Авторская позиция такова: Л. Андреев уверен в том, что война калечит судьбы всех людей, приносит много боли и страданий. Даже сумевшее выжить в эти страшные годы, не смогут забыть всего, что пришлось перенести, огорчая при этом близких людей своим тяжелым и безрадостным положением.
Трудно не согласиться с писателем. Действительно, война оказывает на человека пагубное влияние не только физически. Кровопролития, жестокость, смерть близких и товарищей уничтожает изнутри, коренным образом изменяет мировоззрение бойца, оставляя на всю оставшуюся жизнь тяжелый груз войны за то, что убивал и не смог кого-либо сберечь и спасти. Докажу свою мысль примерами.
Вспоминается рассказ М. Шолохова «Судьба человека». Андрей Соколов мирно жил со своей семьёй до наступления военных лет. На фронте герою пришлось столкнуться со многими трудностями, перенести и страшные невзгоды, и приятные победы. Однако судьба оказалась всё-таки слишком жестокой по отношению к Соколову. Так, война забрала всю его семью. Несмотря на это, герой не озлобился на мир, даже взял на воспитание мальчика Ванюшку, который также потерял своих родных. Как видим, военные годы оказали большое влияние на судьбу двух одиноких, но стойких сердец. Однако вместе они сумели преодолеть отчаяние и горе и продолжили свою послевоенную жизнь.
В романе Э.М. Ремарка «На западном фронте без перемен» изображены судьбы молодых немцев, вчерашних школьников, пошедших на фронт добровольцами. Автор обращает внимание на то, что юноши, как и большая часть участников войны, не столько воюют, героически отстаивая интересы родной страны, сколько пытаются спастись от смерти и не превратиться в бесчувственных убийц. Даже отпуск, данный Паулю Боймеру, главному герою произведения, его погружение в мир иной жизни, убеждает героя в том, что такие, как он - «потерянное поколение», они уже никогда не смогут вернуться в родной дом, забыть о том, что с ними происходило. Для людей старшего поколения, имеющих какие-либо связи, опыт и цельную, крепкую психику, война, естественно, болезненный, но всё-таки временный перерыв, в то время как для молодых людей это моральное уничтожение. Чего стоит только окончание романа, в котором автор акцентирует внимание на то, что Пауль Боймер погиб с выражением лица полным удовлетворения, даже радости от того, что все позади, и он сумел освободиться от этого кошмара.
Таким образом, для человека нет ничего страшнее и губительнее, чем война. Она калечит и физически, и духовно всех своих участников, оказывает пагубное влияние на их судьбы. Некоторым удается продолжить прежний образ жизни после окончания войны, однако многие так и вынуждены до конца жизни страдать, с горечью ожидая прихода смерти.
— (4)Неужели все уцелели? — недоверчиво спросил я, мешая сахар в стакане серебряной чистой ложечкой.
— (5)Одна разбилась, — ответила жена рассеянно: она в это время держала отвёрнутым кран, и оттуда красиво и легко бежала горячая вода.
(6)Я засмеялся.
— (7)Чего ты? — спросил брат.
—(8)Так. (9)Ну, отвезите-ка меня ещё разок в кабинетик. (10)Потрудитесь для героя! (11)Побездельничали без меня, теперь баста, я вас подтяну, — и я в шутку, конечно, запел: «Мы храбро на врагов, на бой, друзья, спешим...»
(12)Они поняли шутку и тоже улыбнулись, только жена не подняла лица: она перетирала чашечки чистым вышитым полотенцем. (13)В кабинете я снова увидел голубенькие обои, лампу с зелёным колпаком и столик, на котором стоял графин с водою. (14)И он был немного запылён.
—(15)Налейте-ка мне водицы отсюда, — весело приказал я.
—(16)Ты же сейчас пил чай.
— (17)Ничего, ничего, налейте. (18)А ты, — сказал я жене, — возьми сынишку и посиди немножко в той комнате. (19)Пожалуйста.
(20)И маленькими глотками, наслаждаясь, я пил воду, а в соседней комнате сидели жена и сын, и я их не видел.
— (21)Так, хорошо. (22)Теперь идите сюда. (23)Но отчего он так поздно не ложится спать?
— (24)Он рад, что ты вернулся. (25)Милый, пойди к отцу.
(26)Но ребёнок заплакал и спрятался у матери в ногах.
— (27)Отчего он плачет? — с недоумением спросил я и оглянулся кругом. — (28)Отчего вы все так бледны, и молчите, и ходите за мною, как тени?
(29) Брат громко засмеялся и сказал:
— Мы не молчим.
(30) И сестра повторила:
— (31)Мы всё время разговариваем.
— (32)Я похлопочу об ужине, — сказала мать и торопливо вышла.
— (33)Да, вы молчите, — с неожиданной уверенностью повторил я. — (34) С самого утра я не слышу от вас слова, я только один болтаю, смеюсь, радуюсь. (35) Разве вы не рады мне? (36)И почему вы все избегаете смотреть на меня, разве я так переменился? (37)Да, так переменился. (38)Я и зеркал не вижу. (39)Вы их убрали? (40)Дайте сюда зеркало.
— (41)Сейчас я принесу, — ответила жена и долго не возвращалась, и зеркальце принесла горничная. (42)Я посмотрел в него, и — я уже видел себя в вагоне, на вокзале — это было то же лицо, немного постаревшее, но самое обыкновенное. (43)И они, кажется, ожидали почему-то, что я вскрикну и упаду в обморок, — так обрадовались они, когда я спокойно спросил:
— Что же тут необыкновенного?
(44)Всё громче смеясь, сестра поспешно вышла, а брат сказал уверенно и спокойно:
— Да. (45)Ты мало изменился. (46)Полысел немного.
— (47)Поблагодари и за то, что голова осталась, — равнодушно ответил я. — (48)Но куда они все убегают: то одна, то другая. (49)Повози-ка меня ещё по комнатам. (50)Какое удобное кресло, совершенно бесшумное. (51)Сколько заплатили? (52)А я уж не пожалею денег: куплю себе такие ноги, лучше... (53)Велосипед!
(54)Он висел на стене, совсем ещё новый, только с опавшими без воздуха шинами. (55)На шине заднего колеса присох кусочек грязи — от последнего раза, когда я катался. (56)Брат молчал и не двигал кресла, и я понял это молчание и эту нерешительность.
— (57)В нашем полку только четыре офицера осталось в живых, — угрюмо сказал я. — (58)Я очень счастлив... (59)А его возьми себе, завтра возьми.
— (60)Хорошо, я возьму, — покорно согласился брат. — (61)Да, ты счастлив. (62)У нас полгорода в трауре. (63)А ноги — это, право...
— (64)Конечно. (65)Я не почтальон.
(66)Брат внезапно остановился и спросил: — А отчего у тебя трясётся голова?
— (67)Пустяки. (68)Это пройдёт, доктор сказал!
—(69)И руки тоже?
— (70)Да, да. (71)И руки. (72)Всё пройдет. (73)Вези, пожалуйста, мне надоело стоять.
(74)Они расстроили меня, эти недовольные люди, но радость снова вернулась ко мне, когда мне стеши приготовлять постель — настоящую постель, на красивой кровати, на кровати, которую я купил перед свадьбой, четыре года тому назад. (75)Постлали чистую простыню, потом взбили подушки, завернули одеяло — а я смотрел на эту торжественную церемонию, и в глазах у меня стояли слёзы от смеха.
— (76)А теперь раздень-ка меня и положи, — сказал я жене. — (77)Как хорошо!
— (78)Сейчас, милый.
— (79)Поскорее!
— (80)Сейчас, милый.
— (81)Да что же ты?
— (82)Сейчас, милый.
(83)Она стояла за моею спиною, и я тщетно поворачивал голову, чтобы увидеть её. (84)И вдруг она закричала, так закричала, как кричат только на войне:
— Что же это! — (85)И бросилась ко мне, обняла, упала около меня, пряча голову у отрезанных ног, с ужасом отстраняясь от них и снова припадая, целуя эти обрезки и плача.
—(86)Какой ты был! (87)Ведь тебе только тридцать лет. (88)Молодой, красивый был. (89)Что же это! (90)Как жестоки люди. (91)3ачем это? (92)Кому это нужно было? (93)Ты, мой кроткий, мой жалкий, мой милый, милый...
(94)И тут на крик прибежали все они, и мать, и сестра, и нянька, и все они плакали, говорили что-то, валялись у моих ног и так плакали. (95)А на пороге стоял брат, бледный, совсем белый, с трясущейся челюстью, и визгливо кричал:
— Я тут с вами с ума сойду. (96)С ума сойду!
(97)А мать ползала у кресла и уже не кричала, а хрипела только и билась головой о колёса. (98)И чистенькая, со взбитыми подушками, с завёрнутым одеялом, стояла кровать, та самая, которую я купил четыре года назад — перед свадьбой...