В предложенном для анализа тексте известный русский советский писатель и участник Великой Отечественной войны Б.Л.Васильев поднимает важную проблему нравственного выбора человека.
Автор раскрывает этот вопрос на примере случая из жизни своего героя. Писатель обращает особое внимание на дилемму, преставшую перед Плужниковым: проявить милосердие и пощадить немца, который «не своей охотой забрел… в эти страшные развалины, пропахшие…человеческой гнилью», или застрелить старика. Васильев подчеркивает, что герой не в силах совершить убийство по соображениям совести, «которая хотела остаться чистой». Писатель стремится донести до нас мысль о том, что при любых обстоятельствах надо оставаться Человеком с большой буквы, сострадательным и гуманным даже по отношению к врагу.
Позиция автора предельно ясна и понятна. Васильев убеждает нас в том, что в любой ситуации необходимо прислушиваться к голосу совести и руководствоваться принципами человеколюбия.
Нельзя не согласиться с точкой зрения писателя. Несомненно, принимая решение, каждый должен следовать нормам морали.
Существует несколько примеров из художественной литературы, подтверждающих это мнение. Так, в романе «Капитанская дочка» А.С.Пушкина лейтмотивом выступает тема нравственного выбора. «Береги платье снову, а честь смолоду», - вот тот завет, который дает молодому Петру Гриневу его отец. По мере развития сюжета мы видим, что главный герой не сходит с начертанного родителем пути: в качестве благодарности за помощь он отдает незнакомцу «заячий тулуп», под угрозой ссылки и позора после донесения Швабрина персонаж не называет имени возлюбленной, готовый понести отнюдь не заслуженное наказание. При этом впоследствии милостью императрицы и стараниями Маши Мироновой Гринев очищает свое имя.
Главная тема в поэме М.Ю. Лермонтова «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» - нравственная. «Статный молодец», живущий по закону божьему: «А я родился от честного отца, / И жил по закону господнему…», вступает в конфликт с опричником, наделенным царем вседозволенностью. В нравственном аспекте главный герой произведения побеждает – в поединке он защищает честь своей жены и «святую правду-матушку», однако в физическом плане купец проигрывает – царь приказывает публично казнить его.
Итак, вопрос нравственного выбора неоднократно поднимался в русской литературе. На основании текста Васильева и приведенных мною аргументов мы приходит к выводу о том, что никогда не стоит забывать о таких значимых составляющих, как сострадание к ближнему и человечность.
(5)А второго немца спасла случайность, которая могла стоить Плужникову жизни. (6)Его автомат выпустил короткую очередь, первый немец рухнул на кирпичи, а патрон перекосило при подаче. (7)Пока Плужников судорожно дёргал затвор, второй немец мог бы давно прикончить его или убежать, но вместо этого он упал на колени. (8)И покорно ждал, пока Плужников вышибет застрявший патрон.
— (9)Комм, — сказал Плужников, указав автоматом, куда следовало идти.
(10)Они перебежали через двор, пробрались в подземелья, и немец первым влез в тускло освещённый каземат. (11)И здесь вдруг остановился, увидев девушку у длинного дощатого стола.
(12)Немец заговорил громким плачущим голосом, захлёбываясь и глотая слова. (13)Протягивая вперёд дрожавшие руки, показывая ладони то Мирре, то Плужникову.
— (14)Ничего не понимаю, — растерянно сказал Плужников. — (15)Тарахтит.
— (16)Рабочий он, — сообразила Мирра, — видишь, руки показывает?
— (17)Дела, — озадаченно протянул Плужников. — (18)Может, он наших пленных охраняет?
(19)Мирра перевела вопрос. (20)Немец слушал, часто кивая, и разразился длинной тирадой, как только она замолчала.
— (21)Пленных охраняют другие, — не очень уверенно переводила девушка. — (22)Им приказано охранять входы и выходы из крепости. (23)Они — караульная команда. (24)Он — настоящий немец, а крепость штурмовали австрияки из сорок пятой дивизии, земляки самого фюрера. (25)А он — рабочий, мобилизован в апреле...
(26)Немец опять что-то затараторил, замахал руками. (27)Потом вдруг торжественно погрозил пальцем Мирре и неторопливо, важно достал из кармана чёрный пакет, склеенный из автомобильной резины. (28)Вытащил из пакета четыре фотографии и положил на стол.
— (29)Дети, — вздохнула Мирра. — (30)Детишек своих кажет.
(31)Плужников поднялся, взял автомат:
— Комм!
(32)Немец, пошатываясь, постоял у стола и медленно пошёл к лазу.
(33)Они оба знали, что им предстоит. (34)Немец брёл, тяжело волоча ноги, трясущимися руками все обирая и обирая полы мятого мундира. (35)Спина его вдруг начала потеть, по мундиру поползло тёмное пятно.
(36)А Плужникову предстояло убить его. (37)Вывести наверх и в упор шарахнуть из автомата в эту вдруг вспотевшую сутулую спину. (38)Спину, которая прикрывала троих детей. (39)Конечно же, этот немец не хотел воевать, конечно же, не своей охотой забрёл он в эти страшные развалины, пропахшие дымом, копотью и человеческой гнилью. (40)Конечно, нет. (41)Плужников всё это понимал и, понимая, беспощадно гнал вперёд.
— (42)Шнель! (43)Шнель!
(44)Немец сделал шаг, ноги его подломились, и он упал на колени. (45)Плужников ткнул его дулом автомата, немец мягко перевалился на бок и, скорчившись, замер...
(46)Мирра стояла в подземелье, смотрела на уже невидимую в темноте дыру и с ужасом ждала выстрела. (47)А выстрелов всё не было и не было...
(48)В дыре зашуршало, и сверху спрыгнул Плужников и сразу почувствовал, что она стоит рядом.
— (49)3наешь, оказывается, я не могу выстрелить в человека.
(50)Прохладные руки нащупали его голову, притянули к себе. (51)Щекой он ощутил её щеку: она была мокрой от слёз.
— (52)Я боялась. (53)Боялась, что ты застрелишь этого старика. — (54)Она вдруг крепко обняла его, несколько раз торопливо поцеловала. — (55)Спасибо тебе, спасибо, спасибо. (56)Ты ведь для меня это сделал?
(57)Он хотел сказать, что действительно сделал это для неё, но не сказал, потому что он не застрелил этого немца всё-таки для себя. (58)Для своей совести, которая хотела остаться чистой. (59)Несмотря ни на что.