Слово «обыватель» в наше время не так распространено, поэтому текст В.Набокова я прочитала с большим интересом. Я узнала, что это «всемирное явление» встречается во всех классах и нациях. Писатель размышляет над вопросом: «Чем опасен обыватель?»
Первую опасность автор видит в том, что, кроме убогих мыслей, у обывателя ничего нет. Он мало читает, его не интересует искусство (предложения 9-10). Во-вторых, его подчас трудно обнаружить, потому что он искусно маскируется: цитирует классиков, «престижа ради» вешает в гостиной картину модного художника. Но главное – в обывателе нет ничего духовного, поэтому и есть в русском языке лучшее слово для обозначения «самодовольного величественного обывателя» — пошлость. Пошлость, по мнению писателя, предполагает внешнюю, поддельную красоту, которая не имеет никакого отношения к внутренней. Поэтому вину за распространение обывательщины публицист возлагает на рекламу.
Позиция В.Набокова абсолютно ясна: «Всё подлинное, честное, прекрасное не может быть пошлым». Поэтому надо вовремя распознавать обывателя и выносить ему нравственный приговор, иначе все по-настоящему ценное скроется за внешним лоском.
Я согласна с мнением автора текста в том, что обывателей становится все больше, а пошлость, вульгарность надо искоренять.
Борьбу с этим явлением начали еще в 19 веке известные русские писатели. Н.В.Гоголь в поэме «Мертвые души» создал яркие образы помещиков, души которых мертвы. Особенно мне запомнился Манилов. Вначале он даже казался мне привлекательным: гостеприимный, любезный, обходительный, стремится к изящному. И только потом я увидела, как мастерски писатель разоблачает внешний лоск героя. Вспомним кресла, обитые рогожей, рядом с теми, которые покрыты шелковой материей. А книга, два года открытая на 14 странице говорит о том, что интерес к чтению героя показной.
Пошлость окружающей жизни захватила в плен и Ионыча, героя одноименного произведения А.П.Чехова. В начале рассказа перед нами молодой перспективный врач, который, чтобы помочь больным, работает даже в праздники. В конце – просто Ионыч, человек, которого заботит лишь материальное.
Таким образом, проблема, которую поднял в своем тексте В.Набоков, важна в наше время. Нельзя стремиться лишь к внешнему благополучию, к обладанию какими-либо престижными вещами только ради принадлежности к определенному кругу общества. Надо развиваться духовно, читать то, что любишь, а не то, что модно, спорить о том, в чем разбираешься, а не для того, чтобы придать вес собственной личности. Да и личности-то значительной под этим внешним лоском и нет. А хочется, чтобы была.
(5)Истинный обыватель весь соткан из заурядных, убогих мыслей; кроме них, у него ничего нет.
(6)Истинный обыватель, с его неизменной страстной потребностью приспособиться, приобщиться, пролезть, разрывается между стремлением поступать как все и приобретает ту или иную вещь потому, что она есть у миллионов, и страстным желанием принадлежать к избранному кругу, ассоциации, клубу. (7)Соседство с главой компании и европейским аристократом может вскружить ему голову. (8)Богатство и титул приводят его в восторг.
(9)Истинный обыватель не отличает одного автора от другого; читает он мало и всегда с определённой целью, но может вступить в общество библиофилов и смаковать прелестные книги: винегрет из Симоны де Бовуар, Достоевского, Сомерсета Моэма, «Доктора Живаго» и мастеров эпохи Возрождения. (10)Его не очень интересует живопись, но престижа ради он охотно повесит в гостиной репродукции Ван Гога, втайне предпочитая ему другого художника.
(11)В своей приверженности к утилитарным, материальным ценностям он легко превращается в жертву рекламного бизнеса. (12)А реклама всегда играет на обывательской гордости обладания вещью, будь то комплект нижнего белья или набор столового серебра. (13)Я имею в виду определённый тип рекламы. (14)Глубочайшая пошлость, источаемая рекламой, не в том, что она придаёт блеск полезной вещи, но в самом предположении, что человеческое счастье можно купить и что покупка эта в какой-то мере возвеличивает покупателя.
(15)Конечно, сотворённый в рекламе мир сам по себе безвреден — каждый знает, что сотворён он продавцом, которому всегда подыгрывает покупатель. (16)Самое забавное не в том, что здесь не осталось ничего духовного, кроме экстатических улыбок людей, поглощающих божественные хлопья, не в том, что игра чувств ведётся по законам буржуазного общества. (17)Нет, самое забавное, что это — теневой, иллюзорный мир, и в его реальное существование втайне не верят ни продавцы, ни покупатели.
(18)У русских есть, вернее, было специальное название для самодовольного величественного обывателя — пошлость. (19)Это главным образом ложная, поддельная значительность, поддельная красота, поддельный ум, поддельная привлекательность. (20)Припечатывая что-то словом «пошлость», мы не просто выносим эстетическое суждение, но и творим нравственный суд. (21)Всё подлинное, честное, прекрасное не может быть пошлым. (22)Я утверждаю, что простой, не тронутый цивилизацией человек редко бывает пошляком, поскольку пошлость предполагает внешнюю сторону, фасад, внешний лоск.
(23)В прежние времена Гоголь, Толстой, Чехов в своих поисках простоты и истины великолепно изобличали вульгарность, так же как показное глубокомыслие. (24)Но пошляки есть всюду, в любой стране — и в Америке, и в Европе. (25)И всё же в Европе их больше, несмотря на старания американской рекламы.