Как влияют военные события и связанные с ними человеческие трагедии на душевное состояние людей? Эту проблему рассматривает Леонид Николаевич Андреев в прочитанном тексте.
Размышляя над данной проблемой, известный писатель рассказывает о возвращении героя в родной дом после нахождения на войне и про события, которые смогли очень сильно повлиять на него. Леонид Андреевич Андреев обращает наше внимание на горе близких, встретивших своего родного человека. Жена плачет и жалеет самого близкого ей человека. «Как жестоки люди» в нашем мире, они готовы причинить другим боль и страдания ради личной выгоды, а у большинства даже нет понимания, что такое быть участником открытых убийств, голода и других ужасающих ситуаций. Следует отметить, что автор подчеркивает такие до невозможности противоположные детали, вселяющие в душу человека тихое счастье, как «чистенькая, со взбитыми подушками, с завернутым одеялом, стояла кровать, которая была куплена четыре года назад.».
Позиция автора однозначна и выражена довольно четко. Он убеждает в том, что война калечит судьбы людей, приносит в семьи боль, горе и страдание. Такие потери невосполнимы. Они меняют людей до неузнаваемости и становятся решающими в судьбе человека.
Я полностью разделяю позицию автора. Тема текста близка и понятна мне. Действительно, нет ничего хуже войны и тех мук, которые она приносит в жизни людей. Люди, которые, так или иначе, связаны с войной, никогда не смогут смотреть на многие вещи иначе, потому что война ломает и разрушает их жизни, не щадя никого. Приведу примеры из художественной литературы.
Во-первых, в качестве аргумента можно привести произведение М. А. Шолохова «Судьба Человека». Трагическая судьба Андрея Соколова заставляет задуматься каждого из нас о влиянии войны на жизни людей. Человек потерял всех родных и близких ему людей, прошел через многие трудности, которые не каждый смог бы пережить. Предательства и убийства нанесли огромный ущерб главному герою. Война предопределила дальнейший путь развития событий в его жизни. И самое страшное, что после всего пережитого, он должен идти вперед к туманному будущему, стремиться к победе и знать, что все потери были не напрасны.
Во-вторых, давайте вспомним замечательное произведение «Тихий Дон», написанное М. А. Шолоховым. Перед нами Григорий Мелехов – человек вспыльчивый и независимый. Его жизнь тоже обернулась неожиданным образом. Привыкший к постоянной сельской жизни, главный герой считает, что война за свою Родину - это долг человека. Но находясь в центре огня, он понимает бессмысленность произошедших действий. Люди выступают в качестве «пешек», которыми играют люди свыше. Здесь человеческая жизнь приравнивается к нулю, и судьба оборачивается совершенно иным образом. Военные действия не имеют оправданий, а люди, оказавшиеся в центре событий, лишь несут в себе душевные страдания и пытаются выжить в таком ужасном положении.
Итак, можно сделать вывод, что военные события приносят огромную боль и нескончаемые страдания людям. Они выживают в таких условиях и несут тяжкое бремя на своих плечах. Влияние войны в жизни людей настолько велико, что никогда и ни с чем не сможет сравниться.
— (4)Неужели все уцелели? — недоверчиво спросил я, мешая сахар в стакане серебряной чистой ложечкой.
— (5)Одна разбилась, — ответила жена рассеянно: она в это время держала отвёрнутым кран, и оттуда красиво и легко бежала горячая вода.
(6)Я засмеялся.
— (7)Чего ты? — спросил брат.
—(8)Так. (9)Ну, отвезите-ка меня ещё разок в кабинетик. (10)Потрудитесь для героя! (11)Побездельничали без меня, теперь баста, я вас подтяну, — и я в шутку, конечно, запел: «Мы храбро на врагов, на бой, друзья, спешим...»
(12)Они поняли шутку и тоже улыбнулись, только жена не подняла лица: она перетирала чашечки чистым вышитым полотенцем. (13)В кабинете я снова увидел голубенькие обои, лампу с зелёным колпаком и столик, на котором стоял графин с водою. (14)И он был немного запылён.
—(15)Налейте-ка мне водицы отсюда, — весело приказал я.
—(16)Ты же сейчас пил чай.
— (17)Ничего, ничего, налейте. (18)А ты, — сказал я жене, — возьми сынишку и посиди немножко в той комнате. (19)Пожалуйста.
(20)И маленькими глотками, наслаждаясь, я пил воду, а в соседней комнате сидели жена и сын, и я их не видел.
— (21)Так, хорошо. (22)Теперь идите сюда. (23)Но отчего он так поздно не ложится спать?
— (24)Он рад, что ты вернулся. (25)Милый, пойди к отцу.
(26)Но ребёнок заплакал и спрятался у матери в ногах.
— (27)Отчего он плачет? — с недоумением спросил я и оглянулся кругом. — (28)Отчего вы все так бледны, и молчите, и ходите за мною, как тени?
(29) Брат громко засмеялся и сказал:
— Мы не молчим.
(30) И сестра повторила:
— (31)Мы всё время разговариваем.
— (32)Я похлопочу об ужине, — сказала мать и торопливо вышла.
— (33)Да, вы молчите, — с неожиданной уверенностью повторил я. — (34) С самого утра я не слышу от вас слова, я только один болтаю, смеюсь, радуюсь. (35) Разве вы не рады мне? (36)И почему вы все избегаете смотреть на меня, разве я так переменился? (37)Да, так переменился. (38)Я и зеркал не вижу. (39)Вы их убрали? (40)Дайте сюда зеркало.
— (41)Сейчас я принесу, — ответила жена и долго не возвращалась, и зеркальце принесла горничная. (42)Я посмотрел в него, и — я уже видел себя в вагоне, на вокзале — это было то же лицо, немного постаревшее, но самое обыкновенное. (43)И они, кажется, ожидали почему-то, что я вскрикну и упаду в обморок, — так обрадовались они, когда я спокойно спросил:
— Что же тут необыкновенного?
(44)Всё громче смеясь, сестра поспешно вышла, а брат сказал уверенно и спокойно:
— Да. (45)Ты мало изменился. (46)Полысел немного.
— (47)Поблагодари и за то, что голова осталась, — равнодушно ответил я. — (48)Но куда они все убегают: то одна, то другая. (49)Повози-ка меня ещё по комнатам. (50)Какое удобное кресло, совершенно бесшумное. (51)Сколько заплатили? (52)А я уж не пожалею денег: куплю себе такие ноги, лучше... (53)Велосипед!
(54)Он висел на стене, совсем ещё новый, только с опавшими без воздуха шинами. (55)На шине заднего колеса присох кусочек грязи — от последнего раза, когда я катался. (56)Брат молчал и не двигал кресла, и я понял это молчание и эту нерешительность.
— (57)В нашем полку только четыре офицера осталось в живых, — угрюмо сказал я. — (58)Я очень счастлив... (59)А его возьми себе, завтра возьми.
— (60)Хорошо, я возьму, — покорно согласился брат. — (61)Да, ты счастлив. (62)У нас полгорода в трауре. (63)А ноги — это, право...
— (64)Конечно. (65)Я не почтальон.
(66)Брат внезапно остановился и спросил: — А отчего у тебя трясётся голова?
— (67)Пустяки. (68)Это пройдёт, доктор сказал!
—(69)И руки тоже?
— (70)Да, да. (71)И руки. (72)Всё пройдет. (73)Вези, пожалуйста, мне надоело стоять.
(74)Они расстроили меня, эти недовольные люди, но радость снова вернулась ко мне, когда мне стеши приготовлять постель — настоящую постель, на красивой кровати, на кровати, которую я купил перед свадьбой, четыре года тому назад. (75)Постлали чистую простыню, потом взбили подушки, завернули одеяло — а я смотрел на эту торжественную церемонию, и в глазах у меня стояли слёзы от смеха.
— (76)А теперь раздень-ка меня и положи, — сказал я жене. — (77)Как хорошо!
— (78)Сейчас, милый.
— (79)Поскорее!
— (80)Сейчас, милый.
— (81)Да что же ты?
— (82)Сейчас, милый.
(83)Она стояла за моею спиною, и я тщетно поворачивал голову, чтобы увидеть её. (84)И вдруг она закричала, так закричала, как кричат только на войне:
— Что же это! — (85)И бросилась ко мне, обняла, упала около меня, пряча голову у отрезанных ног, с ужасом отстраняясь от них и снова припадая, целуя эти обрезки и плача.
—(86)Какой ты был! (87)Ведь тебе только тридцать лет. (88)Молодой, красивый был. (89)Что же это! (90)Как жестоки люди. (91)3ачем это? (92)Кому это нужно было? (93)Ты, мой кроткий, мой жалкий, мой милый, милый...
(94)И тут на крик прибежали все они, и мать, и сестра, и нянька, и все они плакали, говорили что-то, валялись у моих ног и так плакали. (95)А на пороге стоял брат, бледный, совсем белый, с трясущейся челюстью, и визгливо кричал:
— Я тут с вами с ума сойду. (96)С ума сойду!
(97)А мать ползала у кресла и уже не кричала, а хрипела только и билась головой о колёса. (98)И чистенькая, со взбитыми подушками, с завёрнутым одеялом, стояла кровать, та самая, которую я купил четыре года назад — перед свадьбой...