Правильно выбрать свою профессию для человека очень важно, ведь он будет связан с ней всю свою жизнь. Именно о проблеме выбора жизненного пути пишет в своём тексте Антон Павлович Чехов.
Человек, выбравший себе профессию не по душе, обречён терпеть её всю свою оставшуюся жизнь, ведь работа для него будет тягостной. Чехов в тексте описывает юношу, который просидел пять лет, не занимаясь учёбой, и попросил профессора поставить зачёт. А после отказа и предложения уйти из института возмутился, сетуя на потерянные годы. Это нам говорит о том, что он выбрал не ту профессию, которую следовало бы. Какой же из него получится работник, если он даже уже сейчас не желает учиться?
Так же автор показывает нам докторанта, который уже отучился и просит профессора дать ему тему для диссертации. Этим Чехов хотел нам сказать, что этот человек тоже выбрал и даже уже отучился на профессию далеко не близкую к сердцу, ведь если бы он любил своё дело и хотел им заниматься, то тему для написания диссертации точно смог бы найти и сам. А профессор в итоге даёт ему тему, на которую будет написана "никому не нужная диссертация".
Позиция автора заключается в том, что каждый должен самостоятельно, ответственно и взвешенно подойти к вопросу выбора жизненного пути, чтобы потом, в дальнейшем, не заниматься нелюбимым делом.
Не могу не согласиться с мнением автора. Человек, занимаясь делом, которое не любит, не будет получать от него удовольствие, наоборот, это будет его только тяготить, и, как результат, он будет делать его всё хуже и хуже. И с этим придётся смириться на всю оставшуюся жизнь.
В литературе писатели часто обращались к этой проблеме. Например, в рассказе Куприна "Чудесный доктор" у семейства всё было плохо: больной ребёнок, отсутствие денег. Но отец этого семейства случайно встречается с доктором, который безвозмездно помог им финансово и выписал лекарство. Доктор ничего не попросил взамен и оторвался от собственных дел, чтобы помочь, потому что он по-настоящему любит своё дело: помогать людям.
Или, например, Александр Суворов, великий русский полководец, рос слабым и поэтому отец готовил его к гражданской службе. Но он с детства пристрастился к военному делу, стал закаляться и упражняться и в итоге построил военную карьеру, не проиграл ни одного сражения. Таких высот он достиг благодаря трудолюбию и искренней любви к своему делу.
В заключние хотелось бы сказать, что каждому нужно взвешенно, серьёзно и осознанно выбирать профессию, ведь в будущем она определит не только материальное, но и духовное состояние человека.
— (7)Садитесь, — говорю я гостю. — (8)Что скажете?
— (9)Извините, профессор, за беспокойство... — начинает он, заикаясь и не глядя мне в лицо. — (10)Я бы не посмел беспокоить вас, если бы не... (11)Я держал у вас экзамен уже пять раз и... и срезался. (12)Прошу вас, будьте добры, поставьте мне удовлетворительно, потому что...
(13)Аргумент, который все лентяи приводят в свою пользу, всегда один и тот же: они прекрасно выдержали по всем предметам и срезались только на моём, и это тем более удивительно, что по моему предмету они занимались всегда очень усердно и знают его прекрасно; срезались же они благодаря какому-то непонятному недоразумению.
— (14)Извините, мой друг, — говорю я гостю, — поставить вам удовлетворительно я не могу. (15)Подите ещё почитайте лекции и приходите. (16)Тогда увидим.
(17)Пауза. (18)Мне приходит охота немножко помучить студента за то, что пиво и оперу он любит больше, чем науку, и я говорю со вздохом:
— По-моему, самое лучшее, что вы можете теперь сделать, это совсем оставить медицинский факультет. (19)Если при ваших способностях вам никак не удаётся выдержать экзамена, то, очевидно, у вас нет ни желания, ни призвания быть врачом.
(20)Лицо сангвиника вытягивается.
— (21)Простите, профессор, — усмехается он, — но это было бы с моей стороны по меньшей мере странно. (22)Проучиться пять лет и вдруг... уйти!
— (23)Ну да! (24)Лучше потерять даром пять лет, чем потом всю жизнь заниматься делом, которого не любишь.
(25)Но тотчас же мне становится жаль его, и я спешу сказать:
— Впрочем, как знаете. (26)Итак, почитайте ещё немножко и приходите.
— (27)Когда? — глухо спрашивает лентяй.
— (28)Когда хотите. (29)Хоть завтра.
(30)И в его добрых глазах я читаю: «Прийти-то можно, но ведь ты опять меня прогонишь!»
— (31)Конечно, — говорю я, — вы не станете учёнее оттого, что будете у меня экзаменоваться ещё пятнадцать раз, но это воспитает в вас характер. (32)И на том спасибо.
(ЗЗ)Наступает молчание. (34)Я поднимаюсь и жду, когда уйдёт гость, а он стоит, смотрит на окно, теребит свою бородку и думает. (Зб)Становится скучно.
(Зб)Голос у сангвиника приятный, сочный, глаза умные, насмешливые, лицо благодушное, несколько помятое от частого употребления пива и долгого лежанья на диване; по-видимому, он мог бы рассказать мне много интересного про оперу, про свои любовные похождения, про товарищей, которых он любит, но, к сожалению, говорить об этом не принято. (37)А я бы охотно послушал.
— (38)Профессор! (39)Даю вам честное слово, что если вы поставите мне удовлетворительно, то я...
(40)Как только дело дошло до «честного слова», я махаю руками и сажусь за стол. (41)Студент думает ещё минуту и говорит уныло:
— В таком случае прощайте... (42)Извините.
— (43)Прощайте, мой друг. (44)Доброго здоровья.
(45) Он нерешительно идёт в переднюю, медленно одевается там и, выйдя на улицу, вероятно, опять долго думает; ничего не придумав, кроме «старого чёрта» по моему адресу, он идёт в плохой ресторан пить пиво и обедать, а потом к себе домой спать.
(46) Звонок. (47)Входит молодой докторант в новой чёрной паре, в золотых очках и, конечно, в белом галстуке. (48)Рекомендуется. (49)Прошу садиться и спрашиваю, что угодно. (50)Не без волнения молодой жрец науки начинает говорить мне, что в этом году он выдержал экзамен на докторанта и что ему остаётся теперь только написать диссертацию. (51)Ему хотелось бы поработать у меня, под моим руководством, и я бы премного обязал его, если бы дал ему тему для диссертации.
— (52)Очень рад быть полезным, коллега, — говорю я, — но давайте сначала споёмся относительно того, что такое диссертация. (53)Под этим словом принято разуметь сочинение, составляющее продукт самостоятельного творчества. (54) Не так ли? (55)Сочинение же, написанное на чужую тему и под чужим руководством, называется иначе... (бб)Докторант молчит. (57)Я вспыхиваю и вскакиваю с места.
— (58)Что вы все ходите, не понимаю? — кричу я сердито. — (59)Лавочка у меня, что ли? (60)Я не торгую темами! (61)В тысячу первый раз прошу вас всех оставить меня в покое! (62)Извините за неделикатность, но мне, наконец, это надоело!
(бЗ)Докторант молчит, и только около его скул выступает лёгкая краска. (64)Лицо его выражает глубокое уважение к моему знаменитому имени и учёности, а по глазам его я вижу, что он презирает и мой голос, и мою жалкую фигуру, и нервную жестикуляцию. (65)В своём гневе я представляюсь ему чудаком.
— (66)У меня не лавочка! — сержусь я. — (67)И удивительное дело! (68)Отчего вы не хотите быть самостоятельными? (69)Отчего вам так противна свобода?
(70)Говорю я много, а он всё молчит. (71)В конце концов я мало-помалу стихаю и, разумеется, сдаюсь. (72)Докторант получит от меня тему, которой грош цена, напишет под моим наблюдением никому не нужную диссертацию, с достоинством выдержит скучный диспут и получит ненужную ему учёную степень.