Автор данного текста С.В.Василенко ставит важную и актуальную проблему жестокого отношения к животным.
В своем произведении писательница рассказывает о детях, которые ради первого места по заготовке шкурок «вылили» из нор двадцать два суслика и своими действиями обрекли их на мучительную смерть. Причем делали они это «со злобой и отчаянием», «весело, бесшабашно», наполняя мир «человеческой хлорированной злобой» и «ледяной ненавистью». Животные же, наоборот, напоминали существ «с детскими душами», способными радоваться окружающей их красоте, тому, что «мир цел» и что другие живы. В этот момент дети и звери словно поменялись местами, и люди стали напоминать настоящих монстров.
С.В.Василенко утверждает, что человек не должен так жестоко обращаться с животными. Писательница возмущена поведением ребят и взрослых, которые отправили их выполнять это жестокое задание. Ведь часто именно родители, учителя, окружающие люди показывают детям, как нужно относиться к миру и к животным: не со злобой и жестокостью, а с добротой и состраданием.
Трудно не согласиться с позицией автора текста. Животные – наши друзья, о которых мы должны заботиться и которых обязаны оберегать. Они часть той природы, которая нас окружает, радует и делает счастливыми. Поэтому к ней и к ее обитателям, братьям нашим меньшим, мы должны относиться с любовью и сочувствием.
В литературе есть много произведений, в которых ставится данная проблема.
Вспомним рассказ В.П.Астафьева «Зачем я убил коростеля?» В нем герой произведения вспоминает случай из детства, когда он в пылу азарта убил ни в чем не повинную птицу. Осознав случившееся, мальчик раскаялся в своем проступке. Ему стало жалко «сдуру загубленную живность». В дальнейшем герой текста часто охотился, но никогда не стрелял без надобности и не относился жестоко к животным. До конца жизни он мучился угрызениями совести и каждый год с радостью ждал прилета коростелей.
В романе Б.Васильева «Не стреляйте в белых лебедей» идет речь о Егоре Полушкине, который очень любил природу и являлся ее защитником. Всю свою жизнь он посвятил тому, что делал добро людям и с любовью относился к животным, насекомым и птицам. Героя расстраивало жестокое отношение к природе. Он горевал по поводу сожженного муравейника, переживал из-за ободранной ради лыка липовой рощи, погубленной рыбы и убитых из-за обычной прихоти лебедей. Герой произведения погиб от рук браконьеров, но его сын, Колька, в дальнейшем, как предполагает автор, продолжит его дело, так как он тоже заботится о природе и пытается ее защитить.
Таким образом, люди должны помнить, что сами являются частью природы, к которой они обязаны относиться с уважением, добротой и любовью.
В нору, черно уходящую вглубь земли, мы лили из ведер воду, и та уходила стремительно, беззвучно и насовсем. И снова налили, и снова ушла она, будто по срочному важному делу, быстро и независимо. И снова черно зиял отверстый, по-детски круглый рот земли. И уже забыв про суслика, не веря, что когда-нибудь выскочит он из норы (а если и выскочит, то в Америке, испуганно озираясь среди небоскребов, — так насквозь уходила нора), мы лили воду просто так, потом весело-бесшабашно, потешаясь над собой и этой дырой, уходящей в никуда. Потом со злостью и отчаяньем к этой глумящейся над нами, пионерами, тайне: заливали ей глотку, не давая продыху, — лили и лили, забыв, зачем льем.
И когда наша злоба и ненависть, нависнув над норой, стала огромной, молчаливой и плотной, как льющаяся тяжелой, плотной струей вода, когда воздух сгустился от этой общей злобы и стал отчетливо пахнуть хлоркой и потом — тогда вдруг из соседней норки выполз суслик.
Он выполз на божий свет мокрый, дрожащий, маленький, будто только родился у нас на глазах из чрева земли, — и застыл, очарованный.
Божий мир был цел и глядел на него.
Что ему там причудилось, в его извилистой земляной тьме, по которой, воя от ужаса, металась его детская душа и ее со всех сторон настигала наша человеческая хлорированная злоба, наша ледяная ненависть, просачиваясь во все закоулки и убежища: всемирный потоп? конец света?
Но мир был цел. Мир был целехонек. Он был даже лучше того, прежнего. Неуничтоженное солнце светило ярче, чем то, привычное. Неуничтоженное небо было голубее; и чище, серебрянней звенела в спасенном мире полынь.
Подняв свою душу на задние лапы, он молитвенно сложил свои ручки на груди и, закинув голову, блаженно, подслеповато щурясь, поглядел на солнце.
Мир был цел.
Он тихо свершил свой намаз.
И только тогда поглядел он на нас, сгрудившихся над ним людей.
Он и на нас посмотрел сначала влюбленно, радуясь за нас, что мы живы, что вышли сухими из воды, целы и невредимы после такого потопа.
И еще раз посмотрел. Но уже не так: деловито огляделся и понял — не вырваться. И обреченно залег: берите. Главное, что мир — цел. И закрыл глаза.
В тот день мы, пионеры шестого класса «Б», вылили двадцать два суслика и вышли на первое место по заготовке шкурок.