Самое страшное, что может случиться в судьбе человека и всей страны – это война. Душераздирающие стоны раненых. Грохот орудий. Кровь. Всюду боль, ненависть и смерть. В такой обстановке очень тяжело психологически. Но человек должен оставаться человеком всегда.
Даниил Александрович Гранин, русский советский писатель и общественный деятель, в данном отрывке хочет обратить внимание читателей на проблему проявления слабости в годы военных действий. Эта проблема всегда будет оставаться самой острой в истории каждой войны.
В тексте повествуется о захвате крепости Орешек. Петр Первый, великий русский полководец, видя, как один за другим умирают его лучшие бойцы, не смог справиться с минутной душевной тревогой. «Его губы дрожали, когда он отдал приказ отступать». В этот момент Петр посчитал невозможным захватить крепость, его охватывала тревога. И, если бы не Михаил Голицын, который не хотел сдаваться, когда потеряно столько солдат, крепость была бы оставлена шведам. Эта слабость, проявленная Петром, могла изменить ход истории, так как именно эта крепость, была важной стратегической точкой.
Автор считает, что недопустимо проявлять слабость на войне, когда от тебя зависят жизни других людей и исход всего сражения.
Я полностью согласен с ним. Для хорошего командира важна каждая человеческая душа. Нельзя ими просто так разбрасываться!
Есть множество примеров в российской истории, когда генералы, не справляясь с душевной слабостью, оставляли на произвол судьбы огромные армии. Таким полководцем был и известный Наполеон. В ходе отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года Наполен отдает приказ маршалу Мюрату взять на себя командование над всей армией, а сам уезжает в Париж. В итоге, целая армия повержена и взята в плен. Что послужило причиной для такого решения? Конечно, трусость за свою жизнь – слабость.
С течением времени, сколько бы об этом не писали, слабость руководителя всегда будет оставаться причиной поражения всей армии. Так, в годы Великой Отечественной войны погибла вторая ударная армия.
Генерал Власов был отправлен командовать второй ударной армией. Он не смог справиться с такой ответственностью. Он хотел славы и получил ее, только, так называемую, черную. Андрей Андреевич самовольно сдался в плен к немцам, оставив полмиллиона человек умирать от голода в «мешке». Мясной Бор знаменит и тем, что когда образовывался узкий коридор. Под перекрестным огнём противника он превращался в «Долину смерти»: немецкие пулемётчики расстреливали наших солдат. Так бесполезно гибли наши солдаты, а могло все быть иначе...
Заканчивая своё сочинение, я хочу обратиться ко всему молодому поколению: «Чтобы не повторилась эта страшная война, не гибли просто так миллионы людей, чтобы жизнь на земле не содрогнулась от разрывов бомб, снарядов, чтобы не плакали матери, помните – какой ценой досталась Победа! Сколько предателей и подвигов содержала она! Берегите мир! Берегите память!».
…Из–за бездорожья обозы отстают от войск, так же как и осадные пушки. Северная война началась в распутицу, в сентябре 1700 года под Нарвой с того, что сразу обнаружилась негодность артиллерии. Порох был скверный. Артиллеристам приходится закладывать полуторный заряд. От этого рвутся пушки, гибнут бомбардиры. Видя подобные беды, капитан артиллерийской роты Гуммерт переходит на сторону шведов. Военные советники, нанятые Петром, плохи, не оправдывают надежд.
При бомбардировке Нотебурга пушки то и дело выходят из строя. Когда солдаты пошли на штурм крепости, они не могли залезть в пролом стены, лестницы оказались слишком коротки.
Еще когда русские окружили крепость, Шереметев, командующий армией, послал коменданту трубача с посланием. Фельдмаршал предлагал шведам сдаться. Положение их безнадежно. Помощи ниоткуда не будет. В ответ шведский комендант Шлиппенбах учтиво и язвительно благодарил за объяснение причин, по которым гарнизон должен сдаться, и просил несколько дней сроку, чтобы получить разрешение от своего начальства.Такой ответ не устраивал Шереметева. Обстрел возобновился. В разных местах крепости начались пожары, черные столбы дыма поднимались в хмурое октябрьское небо.В огне пожаров сгорели все деревянные постройки крепости. Половина русских пушек перекалилась, вышла из строя. Русские пошли на штурм, устремились в пробитые артиллерией бреши. Шведы лили на них смолу, стреляли в упор. Сражались отчаянно. Крепость считалась неприступной, и недаром - стены высокие, полоска суши между стенами и водой узкая, так что осаждающим не развернуться.
Штурм продолжался час за часом, тринадцать часов, то и дело обнаруживалась неопытность русских, недостача осадных средств, Петр все видел со своей батареи. Гибли его лучшие гвардейцы. Вновь надвинулось позорище "нарвской конфузии". Гарнизон крепости составлял всего триста шведских солдат, русских было в сто раз больше, и они ничего не могли поделать. Горящая смола защитников крепости лилась сверху, вспыхивали деревянные лестницы. Преображенцы, семеновцы - его любимцы, его надежда - падали у каменных стен, застревали убитые в слишком узких проломах. "Бомбардирский капитан" не мог ничем им помочь, судороги бегали по лицу. Губы дрожали, когда он отдал приказ отступать. И тут произошло небывалое - подполковник Семеновского полка Михаил Голицын ослушался:
- Скажи царю, что я уже теперь не его, а Божий.И Петр не осердился на ослушника, Петр возликовал, появился боевой дух, о коем он мечтал, когда офицер делает то, что нужно делать не для царя, а для победы!Его гвардейцы и преображенцы майора Карпова повторили приступ. Назад пути им не было, они сами столкнули суда в воду и пустили их по течению реки. Теперь им оставалось только взять крепость. В это время, несмотря на обстрел, на остров высадился свежий отряд бомбардир–поручика Меншикова. Они снова и снова бросались врукопашную. Никто и ничто уже не могло остановить штурмующих. Под утро шведы сдались. Петр принял от Шлиппенбаха золотой ключ от крепостных ворот.
Из этих ворот вышли остатки шведского гарнизона. Картина была красочная. Петр в темно–зеленом мундире стоял с огромным золоченым ключом. Шведские солдаты - кто перевязанный, кто хромая, опаленные, грязные, заросшие - тащили четыре чугунные пушки, столько им разрешили взять. Ружья висят дулами вниз. Небритые щеки оттопырены. При изготовке к стрельбе пули клали в рот, обе руки заняты. Знакомый Петру барабанщик шел под знаменем. Барабан его молчал. Шествие замыкали дамы. Они тащили узлы. Последними шагали, опустив головы, шведские офицеры. Санитары везли на повозках раненых.Строй русских солдат во главе с Шереметевым и Петром отдавал честь стойким защитникам крепости. Их осталось всего восемьдесят человек. В знак высшего уважения шведам разрешалось взять с собою личное оружие, офицерам - шпаги.Тут же Петр велел переименовать крепость в Шлиссельбург (Ключ–город), дать ей новый флаг, герб и наградить всех медалями.История приписывает победу двум полководцам - Шереметеву и Репнину - ну и, разумеется, Петру.Победа многому научила и офицеров, и солдат, и самого царя, ему навсегда запомнился миг его слабости.Уже спустя неделю были выбиты медали в честь взятия Нотебурга: изображен был Петр и осада крепости.