В предложенном тексте автор глубоко исследует различие между интеллигентностью и интеллектуальностью, поднимая важную проблему духовной и нравственной составляющей в жизни человека. Позиция автора заключается в том, что интеллигентность — это не просто обладание знаниями, но и высокое гражданское сознание, нравственный поиск, стремление к добру и просвещению. Интеллектуальность же, по мнению автора, сводится к накоплению информации, самоуверенности и потребительскому отношению к жизни.
Чтобы обосновать свою точку зрения, автор приводит яркие примеры-иллюстрации. Во-первых, он противопоставляет интеллигента и интеллектуала: «интеллигент всегда излучал особый духовный свет, который растапливал серость окружающей жизни», тогда как интеллектуал «способен только поглощать свет» и действует с «чисто потребительской психологией». Этот пример показывает, что интеллигентность предполагает активное служение обществу, тогда как интеллектуальность ограничивается эгоистическим потреблением.
Во-вторых, автор подчеркивает, что «в основе интеллигентности лежат глубокие знания (или стремления к ним) плюс высокое гражданское сознание и постоянный нравственный поиск». В противовес этому интеллектуал руководствуется «сознанием собственной исключительности» и «неудовлетворенностью другими». Эти слова раскрывают суть проблемы: интеллигент склонен к самокритике и поиску истины, а интеллектуал часто ограничивается поверхностными суждениями.
Смысловая связь между примерами заключается в противопоставлении: первый показывает разницу в отношении к миру, второй — в мотивах поведения. Автор последовательно раскрывает, что истинная ценность человека определяется не объемом знаний, а его духовными и нравственными качествами.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, интеллигентность — это нечто большее, чем образованность. Вспомним героя романа Л.Н. Толстого «Война и мир» Пьера Безухова. Он проходит сложный путь нравственных исканий, стремится к самосовершенствованию и помощи людям, что делает его настоящим интеллигентом. В то же время Стива Облонский из «Анны Карениной», несмотря на свои светские манеры и образованность, остается эгоистичным и поверхностным человеком, что сближает его с образом интеллектуала из текста.
Таким образом, различие между интеллигентностью и интеллектуальностью заключается в глубине внутреннего мира, отношении к жизни и окружающим. Интеллигент стремится к духовному росту и служению обществу, а интеллектуал зачастую ограничивается внешней ученостью и удовлетворением личных амбиций. Эта проблема остается актуальной и сегодня, заставляя задуматься о том, какие ценности мы выбираем в жизни.
(1)В том-то и дело, что интеллигент всегда излучал особый духовный свет, который растапливал серость окружающей жизни, интеллигент по своей природе был сеятелем (сеял «разумное, доброе, вечное…»). (2)Если не он станет бороться с серостью окружающей жизни, то тогда, спрашивается, кто же? (3)Другое дело — интеллектуал, который так боится «серости», — он способен только поглощать свет, а по своим наклонностям он «жнец» с чисто потребительской психологией. (4)И «волнующая» фраза Максимова «все выжимать из своей молодости» — всего лишь красивая формулировка бытовавшего в те времена мещанского девиза «бери от жизни все, что можешь». (5)В основе интеллигентности лежат глубокие знания (или стремления к ним) плюс высокое гражданское сознание и постоянный нравственный поиск; в основе интеллектуальности — разнообразие информации и сознание собственной исключительности. (6)Интеллигентный человек — по преимуществу человек знающий и думающий, склонный к сомнению и неудовлетворенности собой; интеллектуальный человек — по преимуществу человек осведомленный и рассуждающий, склонный к самоуверенности и неудовлетворенности другими, поэтому, вероятно, он нигде не оставляет прочного положительного следа своей деятельности. (7)Интеллигента всегда интересует суть вопроса, интеллектуала — новизна вопроса. (8)Русская интеллигенция никогда не добивалась лично для себя каких-то особых прав и привилегий. (9)И ещё: русский интеллигент никогда не подчеркивал своей образованности, порой даже стеснялся её проявлять, дабы тем не обидеть своего малообразованного соотечественника. (10)Разумеется, во все времена появлялись различного рода Ионычи, и беда не в том, что приумножились их ряды. (11)Беда в другом: новоявленные Ионычи, усвоив с чужих слов модные убеждения, стали необычайно агрессивны и деятельны в области удовлетворения собственных запросов. (12)«Никогда русская деревня и даже «деревенская глушь» не пользовалась в такой степени благосклонным вниманием образованного русского общества, как в настоящее время. (13)Одни, убедившись в бесплодии своего интеллигентного существования «в одиночку», ищут или, вернее, полагают найти под соломенными крышами недостающее им общество, среди которого и надеются растворить остатки своих умственных и нравственных сил… (14)Другие, напротив, полагают найти под теми же крышами нечто совершенно новое, небывалое, спасительное чуть ли не для всего человечества, погибающего от эгоистически направленной цивилизации, третьи интересуются ею просто с эгоистической точки зрения, стремясь доподлинно знать, что именно можно взять у деревни для улучшения своего интеллигентного существования… (15)Но, вообще, для каждой из заинтересованных групп совершенно ясно стало в последние дни, что деревня начала играть значительную роль и что мой карман, мой ум, мой душевный мир — всё это как будто находится в самой тесной связи с карманом, умом и душой деревни. (16)Оказалось, что пустота деревенского кармана опустошит и мой; темнота деревенского ума не даст хода и моему уму, довольно просвещенному…». (17)Эти слова были сказаны Г. Успенским ещё сто лет назад. (18)И если уж тогда «деревенские» вопросы вовсе не были сугубо деревенскими, то теперь, спустя целый век, тем более. (19)И современные острые вопросы деревни — это наши общенародные вопросы, от правильного решения которых зависит судьба всего народа, а не только одного крестьянина. (20)Безусловно, некоторые понятия, вкусы и отдельные стороны крестьянского быта не во всем совпадают с нашими, городскими, что обусловлено самой формой крестьянского труда, но вот чтобы покушаться на них, в первую очередь следует их знать во всех подробностях и общей взаимосвязи. (21)И не только знать, но и уважать. (22)Современная литература о деревне — это наша общенациональная литература, и достижения её способствовали и продолжают способствовать расцвету всей отечественной литературы, в том числе и литературы о городе. (23)И в этой связи уместно вспомнить слова, сказанные покойным Фёдором Абрамовым ещё на VI писательском съезде: «Старая деревня с её тысячелетней историей уходит сегодня в небытие. (24)А это значит — рушатся вековые устои, исчезает та многовековая почва, на которой всколосилась вся наша национальная культура. (25)Ибо, перефразируя известные слова Достоевского, можно сказать: все мы вышли из деревни». (26)В нашей литературе немало говорилось о миграции из деревни и о людях, покинувших деревню. (27)Эти люди давно уже живут в городах, но с годами их всё больше и больше тянет думами в оставленные когда-то родные места. (28)Собственно говоря, и сам термин «малая родина» возник в связи с проблемой «человека из деревни», приобретя затем универсальное содержание. (29)Ведь все мы в определённом смысле эмигранты, так как все мы покидаем страну своего детства, покидаем её навсегда, и потом, идеализируя детство, невольно переносим эту идеализацию на дорогую нашему сердцу «малую родину», будь то Тимониха или Овсянка, Красная Пресня, Замоскворечье, Арбат или Чистые пруды. (30)Для городского и даже столичного жителя столь же дорога его «малая родина».
(А. П. Ланщиков)