Проблема изменения отношения к бытовым вещам, поставленная в тексте Даниила Гранина, заставляет задуматься о причинах, по которым привычные предметы теряют практическое значение или, напротив, обретают новую ценность. Автор текста, размышляя о стремительной смене эпох и технологий, показывает, как вещи уходят в прошлое, уступая место современным аналогам, но при этом некоторые из них сохраняются в памяти благодаря семейным традициям или коллекционному интересу.
Позиция автора выражена ясно: «Мир вещей обновляется всё быстрее», однако исчезновение предметов быта не означает их полного забвения. Гранин подчёркивает противоречие между техническим прогрессом, который безжалостно заменяет старое новым, и человеческим стремлением сохранить связь с прошлым через материальные свидетельства эпохи. Чтобы обосновать эту мысль, обратимся к примерам из текста.
Первый пример-иллюстрация связан с керосиновой лампой, которая когда-то была «широким техническим направлением, создавшим эпоху нового освещения вместо свечного». Автор рассказывает о коллекционере, собравшем сотни ламп и фонарей, подчёркивая: «Он не желал признавать керосиновую лампу умершей». Этот пример показывает, что технический прогресс вытеснил лампы из повседневности, но интерес к ним сохранился как к памятникам истории. Коллекционер, сохраняя вещи, бросает вызов времени, напоминая об их значении.
Второй пример — лампа прадеда-врача, которая «переходит наследникам, обрела родословную и обросла множеством преданий». Описание семейного обычая — «по семейным праздникам её заправляют керосином и зажигают» — иллюстрирует, как бытовой предмет превращается в символ памяти. Здесь уже не практическая польза, а эмоциональная связь поколений определяет ценность вещи.
Смысловая связь между примерами — противопоставление. В первом случае лампа становится музейным экспонатом, предметом изучения, во втором — живой частью семейной истории. Если коллекционер сохраняет вещи как свидетельства эпохи, то семья — как носители личных воспоминаний. Оба примера показывают, что ценность вещи определяется не её функцией, а отношением человека: одни вещи уходят без сожаления, другие обретают бессмертие в памяти.
Я согласен с позицией Гранина, ведь история человечества подтверждает: отношение к вещам меняется в зависимости от контекста их использования. Яркий пример — роман Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича». В условиях лагеря обычная краюха хлеба или самодельная ложка становятся бесценными: заключённые берегут каждую крошку, а кусок металла превращается в орудие выживания. Здесь предметы теряют бытовое назначение, обретая экзистенциальный смысл. Это доказывает, что ценность вещи не абсолютна — её определяют обстоятельства и эмоции людей.
Таким образом, отношение к бытовым вещам меняется под влиянием двух факторов: технического прогресса, который делает их ненужными, и человеческой памяти, способной превратить обыденный предмет в реликвию. Как пишет Гранин: «Человечество смеясь расстается со своим прошлым», но этот смех — не только безжалостное отрицание. В нём звучит и благодарность тем вещам, что стали частью нашей истории, сохранив в себе тепло рук и сердец ушедших поколений.
(10) Вещи сменяются все быстрее. (11)Раньше они жили подолгу, переходили от отцов к детям, годились и внукам, их оставляли в наследство, они считались фамильной гордостью.
(12)Возьмем ту же керосиновую лампу. (13)Вы знаете, когда появилась керосиновая лампа? (14)В 1853 году! (15)В 30-е годы XX века она уже покидала города, я застал ее в деревне и в провинциальном городке, она доживала свой век.
(16)О керосиновой лампе я расскажу подробнее, потому что имел случай познакомиться с человеком, который собрал большую коллекцию таких ламп. (17)У него их больше сотни. (18)Да плюс десятки керосиновых фонарей. (19)Кстати, попросим художника нарисовать фонарь, вроде того, с которым отец ходил вечером в сарай, на сеновал, - это был фонарь с закрытым пламенем, известный как "летучая мышь". (20)А почему он так назывался, никто у нас не знал. (21)Я спросил у коллекционера, он показал мне старинный немецкий фонарь, на стекле которого было выпуклое изображение летучей мыши, отсюда и пошло.
(22)Он показывал мне лампы - первыши и поздние, лампы с плоскими фитилями, лампы с круглыми, связки фитилей разных размеров. (23)Лампы восьми-, десяти-, пятнадцатилинейные. (24)Различной формы стекла у ламп, колпаки, отражатели. (25)Лампы на все вкусы, их было не меньше, чем сегодня светильников, бра и торшеров, люстр и настольных ламп. (26)Были даже керосиновые лампы с рубиновым стеклом для фоторабот.
(27) Когда-то это была целая промышленность, широкое техническое направление, которое создало эпоху нового освещения вместо свечного. (28)Потом пришло электричество, появилась электролампочка и все это керосиновое хозяйство стало ненужным, некоторое время его еще держали про запас, а потом выкинули и быстро забыли. (29)Впрочем, мой коллекционер не желал признавать керосиновую лампу умершей. (30)Он показал мне корабельный компас, который и по сей день имеет две маленькие керосиновые лампочки. (31)На всякий случай, для надежности. (32)В ленинградской блокаде тоже пользовались керосиновой лампой. (33)И до сих пор, утверждал он, во многих семьях хранятся керосиновые лампы как семейные реликвии. (34)Я вспомнил, что в одном ленинградском доме висит на бронзовом кронштейне лампа. (35)По семейным праздникам ее заправляют керосином и зажигают.
(36)Она досталась от прадеда, сельского врача. (37)Он делал при ее свете операции. (38)С тех пор она переходит наследникам, обрела родословную и обросла множеством преданий.
(39)Семейные реликвии достойны уважения. (40)Я люблю дома, где сохраняют увесистые бархатные альбомы с семейными фотографиями. (41)Ларцы с письмами и открытками, написанными прабабушками. (42)Картины, литографии, может, и невесть каких художественных достоинств, но зато они висели и у родителей, и у родителей родителей. (43)Люблю семейные портреты, старые сервизы, старые книги, которые читали еще предки. (44)Мне всегда как-то пусто в доме, где все новенькое, блестящее, приобретенное только что. (45)Дом нуждается в старых, пускай малонужных вещах, которые переходят к детям.
(46)Человечество смеясь расстается со своим прошлым, заметил Маркс. (47)Это верно, и расставаться надо не жалея, но в этом смехе есть и что-то неблагодарное.
(48) Мир вещей обновляется всё быстрее, заступают новые и новые марки электроплит, холодильников, телевизоров, автомобилей, пылесосов. (49) Шкафы сменились стенками. (50)Плащи «болонья» — куртками. (51)Вместо патефонов — проигрыватели. (52)Вместо проигрывателей — магнитофоны. (53)Вместо ручек — фломастеры. (54)Вместо граммофонных пластинок — кассеты, их вытеснили диски. (55)Вещи мелькают, появляясь на короткое время, сменяются другими. (56)Мастикой полы натирать нет смысла, если паркет покрыт лаком. (57)Ванные колонки долой, заменим их газовым водогреем. (58)Водогрей долой, заменим его теплоцентралью. (59)Водогрей в металлолом. (60)Туда же старенький «ундервуд», швейную машинку «зингер», электроплитку… (61)Поломались? (62)В утиль! (63)Чего с ними возиться. (64)Это же не старина, ценности не имеет. (65)Старинные вещи — тем почет и уважение.
(66)Подзорные трубы, шпаги, камзолы, фисгармонии — с ними обращение бережное. (67)Их — в музей, руками не трогать, под стекло. (68)Про них рассказывают экскурсоводы. (69)За ними охотятся коллекционеры. (70)Их в каталоги вносят.
(71)Вещи же нашего детства еще не стали стариной. (72) Они не стали старинными и болтаются бездомно в чуланах, кладовках, всем мешая, пока их не выкинут на свалку.
(По Д.А. Гранину*)
*Даниил Александрович Гранин (1919-2017) – советский и российский писатель, киносценарист, общественный деятель.