Каким образом война повлияла на беззаботное детство ребят? По тексту А. П. Платова «Иванов закрыл глаза, не желая видеть и чувствовать боли упавших обессилевших детей, и сам почувствовал, как жарко у него стало в груди, будто сердце…»

(1)Странен и ещё не совсем понятен был Иванову родной дом. (2)Жена
была прежняя — с милым, застенчивым, хотя уже сильно утомлённым лицом,
и дети были те самые, что родились от него, только выросшие за время
войны, как оно и быть должно. (3)Но что-то мешало Иванову чувствовать
радость своего возвращения всем сердцем — вероятно, он слишком отвык от
домашней жизни и не мог сразу понять даже самых близких, родных людей.
(4)Он смотрел на Петрушку, на своего выросшего первенца-сына, слушал,
как он даёт команду и наставления матери и маленькой сестре, наблюдал его
серьёзное, озабоченное лицо и со стыдом признавался себе, что его
отцовское чувство к этому мальчугану, влечение к нему, как к сыну,
недостаточно. (5)Иванову было ещё более стыдно своего равнодушия к

Петрушке от сознания того, что Петрушка нуждался в любви и заботе
сильнее других, потому что на него жалко сейчас смотреть. (6)Иванов не
знал в точности той жизни, которой жила без него его семья, и он не мог ещё
ясно понять, почему у Петрушки сложился такой характер.

(7)За столом, сидя в кругу семьи, Иванов понял свой долг. (8)Ему надо
как можно скорее приниматься за дело, то есть поступать на работу, чтобы
зарабатывать деньги и помочь жене правильно воспитывать детей, — тогда
постепенно всё пойдет к лучшему, и Петрушка будет бегать с ребятами,
сидеть за книжкой, а не командовать с рогачом у печки.

(9)Петрушка за столом съел меньше всех, но подобрал все крошки за
собою и высыпал их себе в рот.

(10)- Что ж ты, Петр, — обратился к нему отец, — крошки ешь, а свой
кусок пирога не доел... (11)Ешь! (12)Мать тебе ещё потом отрежет.

(13)- Поесть всё можно, — нахмурившись, произнес Петрушка, — а мне
хватит.

(14)- Он боится, что если он начнет есть помногу, то Настя тоже, глядя
на него, будет много есть, — простосердечно сказала Любовь Васильевна, — а
ему жалко.

(15)- А вам ничего не жалко, — равнодушно сказал Петрушка. — (16)А
я хочу, чтоб вам больше досталось.

(17)Отец и мать поглядели друг на друга и содрогнулись от слов сына.

(18)Петрушка вспомнил, что пора уже вьюшку в печной трубе
закрывать, а то тепло из дома выйдет.

(19)Глянув на всякий случай в окно, Петрушка заметил, что там на небе
плывут не те облака, которые должны плыть в сентябре.

(20)- Чтой-то облака, — проговорил Петрушка, свинцовые плывут, из
них, должно быть, снег пойдет! (21)Иль наутро зима станет? (22)Ведь что ж
тогда нам делать-то: картошка вся в поле, заготовки в хозяйстве нету...
(23)Ишь положение какое!..

(24)Иванов глядел на своего сына, слушал его слова и чувствовал свою
робость перед ним. (25)Он хотел было спросить у жены более точно, кто же
такой этот Семен Евсеевич, что ходит уже два года в его семейство, и к кому
он ходит — к Насте или к его миловидной жене, — но Петрушка отвлёк
Любовь Васильевну хозяйственными делами:

(26)- Давай мне, мать, хлебные карточки на завтра и талоны на
прикрепление. (27)И ещё талоны на керосин давай — завтра последний день,
и уголь древесный надо взять, а ты мешок потеряла, а там отпускают в нашу
тару, ищи теперь мешок, где хочешь, иль из тряпок новый шей, нам жить без
мешка нельзя! (28)А Настька пускай завтра к нам во двор за водой никого не
пускает, а то много воды из колодца черпают: зима вот придет, вода тогда
ниже опустится, и у нас веревки не хватит бадью опускать, а снег жевать не
будешь, а растапливать его — дрова тоже нужны.

(29)Говоря свои слова, Петрушка одновременно заметал пол возле
печки и складывал в порядок кухонную утварь. (30)Потом он вынул из печи
чугун со щами:

(31)- Закусили немножко пирогом, теперь щи мясные с хлебом есть, —
указал всем Петрушка. - (32)А тебе, отец, завтра с утра надо бы в райсовет
и военкомат сходить, станешь сразу на учёт — скорей карточки на тебя
получим.

(33)- Я схожу, — покорно согласился отец.

(34)- Сходи, не позабудь, а то утром проспишь и забудешь.

(35)- Нет, я не забуду, — пообещал отец.

(36)Свой первый общий обед после войны, щи и мясо, семья съела в
молчании, даже Петрушка сидел спокойно, точно отец с матерью и дети
боялись нарушить нечаянным словом тихое счастье вместе сидящей семьи.

(А. Платонов)