5.2 Как предметные детали, приведенные в данном фрагменте, характеризуют Берга? 6. Назовите произведение отечественной или зарубежной литературы (с указанием автора), герой которого хочет добиться положения в обществе.

В новом, чистом, светлом, убранном бюстиками и картинками и новой
мебелью, кабинете сидел Берг с женою. Берг, в новеньком, застегнутом мундире
сидел возле жены, объясняя ей, что всегда можно и должно иметь знакомства
людей, которые выше себя, потому что тогда только есть приятность от
знакомств. -- "Переймешь что-нибудь, можешь попросить о чем-нибудь. Вот
посмотри, как я жил с первых чинов (Берг жизнь свою считал не годами, а
высочайшими наградами). Мои товарищи теперь еще ничто, а я на ваканции
полкового командира, я имею счастье быть вашим мужем (он встал и поцеловал
руку Веры, но по пути к ней отогнул угол заворотившегося ковра). И чем я
приобрел все это? Главное умением выбирать свои знакомства. Само собой
разумеется, что надо быть добродетельным и аккуратным".
Берг улыбнулся с сознанием своего превосходства над слабой женщиной и
замолчал, подумав, что все-таки эта милая жена его есть слабая женщина,
которая не может постигнуть всего того, что составляет достоинство мужчины,
-- ein Mann zu sein. [34] Вера в то же время также улыбнулась с
сознанием своего превосходства над добродетельным, хорошим мужем, но который
все-таки ошибочно, как и все мужчины, по понятию Веры, понимал жизнь. Берг,
судя по своей жене, считал всех женщин слабыми и глупыми. Вера, судя по
одному своему мужу и распространяя это замечание, полагала, что все мужчины
приписывают только себе разум, а вместе с тем ничего не понимают, горды и
эгоисты.
Берг встал и, обняв свою жену осторожно, чтобы не измять кружевную
пелеринку, за которую он дорого заплатил, поцеловал ее в середину губ.
-- Одно только, чтобы у нас не было так скоро детей, -- сказал он по
бессознательной для себя филиации идей.
-- Да, -- отвечала Вера, -- я совсем этого не желаю. Надо жить для
общества.
-- Точно такая была на княгине Юсуповой, -- сказал Берг, с счастливой и
доброй улыбкой, указывая на пелеринку.
В это время доложили о приезде графа Безухого. Оба супруга
переглянулись самодовольной улыбкой, каждый себе приписывая честь этого
посещения.
"Вот что значит уметь делать знакомства, подумал Берг, вот что значит
уметь держать себя!"
-- Только пожалуйста, когда я занимаю гостей, -- сказала Вера, -- ты не
перебивай меня, потому что я знаю чем занять каждого, и в каком обществе что
надо говорить.
Берг тоже улыбнулся.
-- Нельзя же: иногда с мужчинами мужской разговор должен быть, --
сказал он.
Пьер был принят в новенькой гостиной, в которой нигде сесть нельзя
было, не нарушив симметрии, чистоты и порядка, и потому весьма понятно было
и не странно, что Берг великодушно предлагал разрушить симметрию кресла, или
дивана для дорогого гостя, и видимо находясь сам в этом отношении в
болезненной нерешительности, предложил решение этого вопроса выбору гостя.
Пьер расстроил симметрию, подвинув себе стул, и тотчас же Берг и Вера начали
вечер, перебивая один другого и занимая гостя.
Вера, решив в своем уме, что Пьера надо занимать разговором о
французском посольстве, тотчас же начала этот разговор. Берг, решив, что
надобен и мужской разговор, перебил речь жены, затрогивая вопрос о войне с
Австриею и невольно с общего разговора соскочил на личные соображения о тех
предложениях, которые ему были деланы для участия в австрийском походе, и о
тех причинах, почему он не принял их. Несмотря на то, что разговор был очень
нескладный, и что Вера сердилась за вмешательство мужского элемента, оба
супруга с удовольствием чувствовали, что, несмотря на то, что был только
один гость, вечер был начат очень хорошо, и что вечер был, как две капли
воды похож на всякий другой вечер с разговорами, чаем и зажженными свечами.
Вскоре приехал Борис, старый товарищ Берга. Он с некоторым оттенком
превосходства и покровительства обращался с Бергом и Верой. За Борисом
приехала дама с полковником, потом сам генерал, потом Ростовы, и вечер уже
совершенно, несомненно стал похож на все вечера. Берг с Верой не могли
удерживать радостной улыбки при виде этого движения по гостиной, при звуке
этого бессвязного говора, шуршанья платьев и поклонов. Все было, как и у
всех, особенно похож был генерал, похваливший квартиру, потрепавший по плечу
Берга, и с отеческим самоуправством распорядившийся постановкой бостонного
стола. Генерал подсел к графу Илье Андреичу, как к самому знатному из гостей
после себя. Старички с старичками, молодые с молодыми, хозяйка у чайного
стола, на котором были точно такие же печенья в серебряной корзинке, какие
были у Паниных на вечере, все было совершенно так же, как у других.