Война – это, возможно, самое страшное для человека. Она рушит судьбы людей, приносит слезы, потери, горести, душевные муки и переживания. Нет ничего более разрушительного, чем это событие, оставляющее после себя только голод, страх и душевную боль.
Проблема исходного текста – это проблема патриотизма. Но почему патриотизм так важен для нас?
В.П.Некрасов хочет донести до своих читателей, во-первых, то, что изображение войны может повлиять на большое количество людей, заставить их о многом задуматься, ведь оно пленительно и страшно: «Мне казалось, что ничего более страшного и величественного быть не может.». Во-вторых, то, что ничто на свете, даже искусство, не сможет передать чувства страданий человека, наблюдающего за тем, как постепенно из-за войны разрушается его страна: «Никакими клубами дыма, никакими лижущими небо языками пламени и зловещими отсветами не передашь того ощущения, которое испытываю я сейчас, сидя на берегу перед горящим Сталинградом.»
Авторская позиция заключается в том, что война – это событие, которое необходимо помнить всем, даже тем, кто с ним не сталкивался, для того, чтобы больше оно никогда не повторилось.
Я согласна с авторской позицией, потому что, на мой взгляд, родина – это самое дорогое, что есть у человека, ведь она передает ему культурное наследие, опыт других поколений, поэтому ее нужно ценить и защищать всеми силами. Многие великие поэты затрагивали эту проблему.
Например, М.Ю. Лермонтов в своем стихотворении «Родина» признается, что любит отчизну. Эту любовь лирического героя к России не победит рассудок, ведь чувства его бескорыстны, он любит ее, не потому, что желает получить какую-либо выгоду, а потому, что ему близка природа и люди родины:
Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.
А Анна Ахматова в своем стихотворении «Не с теми я, кто бросил землю…» утверждает, что необходимо оставаться на родине и разделять с ней все происходящие потрясения, как поступила и она сама во времена войн и революций в России. А те, кто покидают отечество, вряд ли будут счастливы на чужой стороне:
Но вечно жалок мне изгнанник
Как заключённый, как больной.
Темна твоя дорога, странник,
Полынью пахнет хлеб чужой.
Проблема патриотизма остро стоит в наши дни, потому что молодое поколение не осознает до конца всех ужасов войны, и не все готовы защищать свое отечество. Над этим стоит задуматься каждому из нас, ведь кто как не мы в нужной ситуации отстоит интересы нашей родины, сохранит ее культурное наследие и даст возможность ей развиваться дальше?
(12)Пламени почти не видно, только в одном месте, ниже по течению, короткие прыгающие языки. (13)И против нас измятые, точно бумажные цилиндры нефтебаков, опавшие, раздавленные газом. (14)И из них пламя—могучие протуберанцы отрываются и теряются в тяжёлых клубящихся фантастических облаках свинцово-красного дыма.
(15)В детстве я любил рассматривать старый английский журнал периода войны четырнадцатого года. (16)У него не было ни начала, ни конца, зато были изумительные картинки — большие, на целую страницу: английские томми в окопах, атаки, морские сражения с пенящимися волнами и таранящими друг друга миноносцами, смешные, похожие на этажерки, парящие в воздухе «блерио», «фарманы» и «таубе». (17)Трудно было оторваться.
(18)Но страшнее всего было громадное, на двух средних страницах, до дрожи мрачное изображение горящего от немецких бомбардировок Лувена. (19)Тут были и пламя, и клубы дыма, похожие на вату, и бегущие люди, и разрушенные дома, и прожекторы в зловещем небе. (20)0дним словом, это было до того страшно и пленительно, что перевернуть страницу не было никаких сил. (21)Я бесконечное количество раз перерисовывал эту картинку, раскрашивал цветными карандашами, красками, маленькими мелками и развешивал потом эти картинки по стенам.
(22)Мне казалось, что ничего более страшного и величественного быть не может.
(23)Сейчас мне вспоминается эта картинка: она неплохо была исполнена. (24)Я до сих пор помню в ней каждую деталь, каждый завиток клубящегося дыма, и мне вдруг становится совершенно ясно, как бессильно, беспомощно искусство. (25)Никакими клубами дыма, никакими лижущими небо языками пламени и зловещими отсветами не передашь того ощущения, которое испытываю я сейчас, сидя на берегу перед горящим Сталинградом.