В чём проявляется бесчеловечность войны? Этот важный вопрос ставит Виктор Фёдорович Смирнов в прочитанном мною тексте.
Размышляя над поставленной проблемой, автор приводит в пример историю семьи героя-рассказчика. В начале повествования мы узнаём, что «накануне войны в одном из домов с недостроенным высоким крыльцом» поселилась семья главного героя. Но, так и не успев его достроить, отец ушёл на войну. Особого внимания заслуживает сцена прощания перед отправкой на фронт. Она даёт нам ясно понять, что все члены семьи осознают, что, возможно, в последний раз видят любимого мужа и отца: «мама зарыдала, брат Генка тоже заплакал. А я молча сглатывал слёзы…».
Другой пример мы видим, когда семья узнаёт о смерти отца. Стоит обратить внимание на поведение матери: она «заголосилась и хлестнулась на землю». В её поступках проявляется вся невыносимая боль потери любимого мужа. Автор сочувствует своему герою, ведь тоска по родному человеку и горе утраты оставляют душевные раны, которые никогда не заживут.
Эти примеры, дополняя друг друга, показывают нам, что бесчеловечность войны проявляется в страданиях людей, близкие которых уходят на фронт и не возвращаются.
Таким образом, автор приводит нас к мысли, что война, забирая жизни, разлучает самых близких, дорогих людей, причиняя тем самым им боль и страдания.
Я полностью согласен с мнением автора и считаю, что война бесчеловечна, она разрушает жизни людей, забирает отцов у детей, мужей у женщин, несёт только смерть и боль, наносит глубокие душевные раны.
Анализируя данный текст, я вспомнил повесть Михаила Шолохова «Судьба человека», в которой рассказывается о жизни молодого бойца. Андрей Соколов храбро сражался на войне, но несчастье настигло его: погибла вся его семья. Он потерял смысл жить дальше. Это ли не яркий пример бесчеловечности войны?
Подводя итог, я могу сделать вывод, что бесчеловечность войны заключается в том, что она забирает дорогих людей без капли сострадания. А боль утраты и тоска по родному человеку остаются с человеком на всю жизнь.
Канцеляризм «данный».
Канцеляризм «данный».