В общество предусмотрено жить согласна обычаям и традиция, однако существуют люди, отрицающие общепринятые жизненные ценности. Как правило, такие люди одиноки, они живут в свое мире и не подпускают к себе, наслаждаются только своими интересами и считают, что это абсолютно нормальное явление. На мой взгляд, уклад человеческой жизни создавался десятки миллионов лет, именно поэтому важно принимать наследия предков, учась на их ошибках. Если бы каждый человек считал себя нигилистом, отрицая всё вокруг в мире, но признавал только свои интересы, хаос поглотил бы саму человеческую жизнь. Так, в своем тексте Александр Герцен поднимает проблему отрицания жизненных ценностей. Чтобы разобраться в этой теме, обратимся к эпизодам из текста.
Александр Иванович повествует о Химике, который кроме своей науки не признавал другие. Самое страшное, что он не мог принять существование счастливой жизни за стенами дома, где он проживал с мамой. Каждый его день проходил одинаково, за микроскопом и книгой. На мой взгляд, чтобы быть успешным человеком, а тем более ученым нужно уважать любую дисциплину, ведь из одной науки вытекают другие. Безусловно, естественные науки нужны и важны, но это не дает право пренебрегать общественными ценностями. Научная деятельность не должна сковывать и создавать рамки коммуникации с людьми. Такие люди обречены на вечное одиночество и рискуют остаться несчастными. Отсутствие семьи — это один из явных признаков нигилизма. Мы читаем о том, что Химик «говорил с ужасов о браке». В мыслях и взглядах ученого нет места для любви. Ученый полностью отрицал важность и значимость семьи, для него это было пустой тратой времени, что и указывает на отрицание общественных ценностей.
Оба примера, дополняя друг друга указывают на то, что роль социальных обычаев и традиций неимоверно важна и нужна. Отрицая их, человек подвергается одиночеству, а жизнь вне общества подразумевает душевные муки и разлад с самим собой.
Я полностью согласна с мнением автора. Действительно, очень важно иметь хобби и заниматься, тем, что тебе нравится, но не нужно забывать, что у каждого человека увлечения разные и пренебрежительное отношение к этому недопустимо. Нельзя забывать о правилах и ценностях общества, проявляя неуважение и эгоизм к окружающим. Нельзя не согласиться с мнением писателей. Если бы люди поставили под сомнение все идеалы и нормы, это привело бы к деградации общества. В произведении И. С. Тургенева «Отцы и дети» нигилист Базаров смотрит на мир и человека сквозь призму материализма. Нравственность человека, по его мнению, зависит от устройства общества. Изучать людей не стоит, все они одинаковые, как деревья в лесу. Но полюбив Одинцову и получив отказ, он признаёт, что человек не так прост, как кажется.
Обобщая всё вышесказанное, можно сказать о том, что гармония в мире появиться, когда люди начнут уважать и перестанут пренебрегать общественными ценностями, иначе все окружение вокруг нас потеряет смысл. Отрицание нравственных ценностей — верный шаг к равнодушию и духовному распаду личности, это приносит дисбаланс в жизнь, как следствие человек не может быть счастлив.
— Он химик, он ботаник,
Князь Фёдор, наш племянник,
От женщин бегает и даже от меня.
(3) Мои родственники называли его не иначе как Химик, придавая этому слову порицательный смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека.
(4) С самого начала нашего знакомства Химик увидел, что я серьёзно занимаюсь, и стал уговаривать, чтоб я бросил «пустые» занятия литературой, а принялся бы за естественные науки. (5)Он дал мне речь Кювье о геологических переворотах и де Кандолеву растительную органографию. (6)Видя, что чтение идёт на пользу, он предложил свои превосходные собрания, снаряды, гербарии и даже своё руководство. (7)Он на своей почве был очень занимателен, чрезвычайно учён, остёр и даже любезен; но для этого не надобно было ходить дальше обезьян; от камней до орангутанга его всё интересовало, далее он неохотно пускался, особенно в философию, которую считал болтовнёй. (8)Он не был ни консерватором, ни отсталым человеком, он просто не верил в людей, то есть верил, что эгоизм — исключительное начало всех действий, и находил, что его сдерживает только безумие одних и невежество других.
(9)Меня возмущал его материализм. (10)Поверхностный и со страхом пополам вольтерианизм наших отцов нисколько не был похож на материализм Химика. (11)Его взгляд отличался спокойствием, последовательностью, завершённостью и напоминал известный ответ Лаланда Наполеону. (12)«Кант принимает гипотезу бога», — сказал ему Бонапарт. (13)«Государь, — возразил астроном, — мне в моих занятиях никогда не случалось нуждаться в этой гипотезе».
(14)Взгляд его становился ещё безотраднее во всех жизненных вопросах. (15)Он находил, что на человеке так же мало лежит ответственности за добро и зло, как на звере; что всё — дело организации, обстоятельств и вообще устройства нервной системы, от которой больше ждут, нежели она в состоянии дать. (16)Семейную жизнь он не любил, говорил с ужасом о браке и наивно признавался, что он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины. (17)Впрочем, одна тёплая струйка в этом охлаждённом человеке ещё оставалась, она была видна в его отношениях к старушке матери; они много страдали вместе от отца, бедствия сильно сплавили их; он трогательно окружал одинокую и болезненную старость её, насколько умел, покоем и вниманием.
(18)Теорий своих, кроме химических, он никогда не проповедовал, они высказывались случайно, вызывались мною. (19)Он даже нехотя отвечал на мои романтические и философские возражения; его ответы были коротки, он их делал улыбаясь и с той
деликатностью, с которой большой, старый мастиф играет со шпицем, позволяя ему себя теребить и только легко отгоняя лапой. (20)Но это-то меня и дразнило всего больше, и я неутомимо возвращался к разговору, не выигрывая, впрочем, ни одного пальца почвы. (21)Впоследствии, то есть лет через двенадцать, я много раз поминал Химика так, как поминал замечания моего отца; разумеется, он был прав в трёх четвертях всего, на что я возражал. (22)Но ведь и я был прав. (23)Есть истины, которые, как политические права, не передаются раньше известного возраста.
(24) Влияние Химика заставило меня избрать физико-математическое отделение; может, ещё лучше было бы вступить в медицинское, но беды большой в том нет, что я сперва посредственно выучил, потом основательно забыл дифференциальные и интегральные исчисления.
(25) Без естественных наук нет спасения современному человеку, без этой здоровой пищи, без этого строгого воспитания мысли фактами, без этой близости к окружающей нас жизни, без смирения перед её независимостью — где-нибудь в душе остаётся монашеская келья и в ней мистическое зерно, которое может разлиться тёмной водой по всему разумению.