Какова роль учителя в жизни человека? Над этим вопросом задумывается Бондарев.
Автор раскрывает проблему на примере текста, описывая ситуацию, когда Павел Георгиевич и остальные ученики Марии Петровны забыли её, ту, благодаря которой они нашли своё место в жизни.
Писатель повествует о Павле Георгиевиче, который приехал повидаться со своей старой учительницей и узнал, что её ученики ни разу не заходили к ней. Автор подчеркивает, что благодаря Марии Петровны они стали известными, состоявшимися людьми, именно она в свое время увидела в каждом определённые способности и талант. «Помните, он корчил рожи, а вы ему сказали, что у него способности?», — пишет Бондарев.
Думаю, этим примером автор хотел сказать, что учитель не только дает знания, но и вкладывает в своих учеников душу, направляет на верный путь.
Бондарев рассказывает о том, что Павел Георгиевич обнаружил дома у Марии Петровны книгу, которую он сам написал. Писатель обращает внимание на то, что она хранила не только его книгу, которую он даже ей не прислал, но и статью из журнала. «Неожиданно из книги выпал маленький листок… ясно увидел свой портрет, вырезанный из газеты», — пишет автор.
Это показывает, что учитель-человек, который искренне интересуется и радуется успехами своих учеников.
Оба эти примера, дополняя друг друга, позволяют показать, что роль учителя в жизни человека огромна. Ведь учитель — это наставник, заботливый помощник, поддерживающий своих учеников. И необходимо помнить их, поскольку они внесли огромный вклад в формирование личности каждого.
Таким образом, автор приводит к выводу: роль учителя в жизни человека сложно переоценить: он направляет и поддерживает ученика, во многом определяя его дальнейшую судьбу;
Итак, учитель в жизни человека играет роль маяка, который освещает путь и дает представление об истинном призвании. Поэтому нужно не забывать их и дарить им внимание и любовь.
(2)С волнением и любопытством посмотрев на тёмное здание школы, вдруг заметил он справа, в сырой темноте парка под густыми акациями, красный огонёк, пробивающийся меж ветвей. (З)Неужели Мария Петровна?.. (4)3десь жила Мария Петровна, его учительница по математике, как же он сразу о ней не подумал, не вспомнил! (5)Всегда он был её любимцем, она пророчила ему блестящее математическое будущее...
(б)Сафонов зашагал по аллее в глубину парка, а когда близко увидел маленький домик под деревьями, тусклый свет в окне, задёрнутом красной занавеской, он даже задыхался. (7)Сколько лет они не виделись! (8)3десь ли она теперь? (9)Живали? (10)Что с ней?
(11)— Мария Петровна, — тихо и зовуще сказал Павел Георгиевич, — вы меня узнаёте?
(12)— Входите, — сказала она тем вежливым, строгим голосом, каким, очевидно, обращалась к родителям своих учеников, когда те приходили «поговорить».
(13)Она несколько секунд всматривалась в него снизу вверх, он видел её болезненно-бледное, состарившееся, будто источенное лицо, и в эту минуту, сдерживая жалость, отметил про себя, как сильно она изменилась, стала ещё более тонкой, хрупкой, только седые волосы были коротко и знакомо подстрижены.
(14)— Паша Сафонов... (15)Паша? — проговорила она почти испуганно, и Павлу Георгиевичу показалось, что лицо её задрожало. — (16)Садись, пожалуйста, вот сюда, к столу, Паша... (17)Ты приехал?
(18)— Да, да, я сейчас, я сейчас! — обрадованно заговорил Сафонов, с неловкостью вешая плащ, шляпу на вешалку, где виднелось одинокое пальто Марии Петровны. — (19)Мария Петровна, а кто заходил к вам, кого вы встречали ещё из нашего класса? (20)Гришу Самойлова видели? (21)Артист. (22)Помните, он корчил рожи, а вы ему сказали, что у него способности? (23)Неужели не приезжал?
(24)Мария Петровна не ответила, она, наклонив голову, мешала ложечкой в чашечке, и он увидел на её пальце неотмывшееся чернильное пятно, перевёл взгляд на её источенное лицо и с какой-то внезапной жалостью, с любовью увидел морщины вокруг её губ, её тонкую, слабую шею, коротко подстриженные, сплошь белые волосы, и что-то больно, тоскливо сжалось у Павла Георгиевича в груди. (25)Он подумал, что, если бы она умерла, он не знал бы этого. (26)И не знали бы другие...
(27)— Мария Петровна, а интересно, кто-нибудь пишет вам?
(28)— Нет, Паша, — сказала она.
...(29)Сафонов хорошо помнил, как они прощались: он как-то стыдливо снял свой роскошный плащ, который висел рядом с потёртым пальто старой учительницы, и с непроходящим ощущением вины поклонился. (30)Всю дорогу до Москвы Сафонов не мог успокоиться, переживал чувство жгучего, невыносимого стыда. (31)Он думал о Витьке Снегирёве, о Шехтере, о Самойлове — о всех, с кем долгие годы учился когда-то, и хотелось ему достать их адреса, написать им гневные, уничтожающие письма. (32)Но он не знал их адресов. (33)Потом он хотел написать Марии Петровне длинное извинительное письмо, но с ужасом и отчаянием подумал, что не знает номера её дома.
(34)На большой станции Сафонов, хмурый, взволнованный, вышел из вагона. (35)Он зашёл на почту и, поколебавшись, дал телеграмму на адрес школы, на имя Марии Петровны. (36)В телеграмме этой было два слова: (37)«Простите нас».