Возможно ли в нашем мире найти хотя бы одного человека, который будет лишен каких-либо достоинств? Многие знают, что не существует человека идеального, без изъянов, но справедливо ли считать, что доброе начало есть в каждом из нас? О проблеме веры в человека рассуждает в своем произведении А.П. Чехов.
Автор считает, что ничто не делает нас более человечными и сильными духом, чем любовь к окружающим. Так, рассказчик упоминает трудолюбивого врача с «чудным, ангельским сердцем». Он, вопреки своей болезни, продолжал помогать пациентам до последнего дня своей жизни. Категория людей, подобная нашему герою, ощущает счастье от одной лишь возможности не остаться в стороне и помочь в трудную минуту ближнему. Герой Чехова альтруистичен. Он испытывает глубокую привязанность и любовь даже к незнакомцам, находя в них нечто светлое, что и давало доктору силы, чтобы справляться с тяготами существования.
Порой не так легко выявить положительные стороны в характере человека, если он поступает против чести и общепринятых норм. Но даже здесь дело не обходится без веры в то, что доброе начало должно восторжествовать, пускай даже не в тот же момент, но хотя бы в будущем. Например, в рассказе А.П. Чехова преступника оправдывают, так как считают, что ни один человек не может «пасть так низко» и убить другого, благородного и добродетельного. Углубляясь в такую мысль, автор отмечает, что нет человека, который бы не был достоин гуманного отношения со стороны окружающих. Сила человеческого характера проявляется в способности быть лояльным к чужим недостаткам и верить в человека. Ведь это делает нас самих лучше, позволяет превзойти себя и не пасть духом.
Итогом размышлений А.П. Чехова является следующая позиция: вера в доброе начало ближнего – это главная составляющая, при отсутствии которой нельзя обнаружить точки соприкосновения с другим человеком. Такая вера благотворно влияет на личность, потому что побуждает любить и уважать окружающих.
Мнение автора нельзя опровергнуть. Я полагаю, что человек от природы наделён множеством положительных качеств, и только от нашего выбора зависит, получится ли сохранить, а может даже преумножить их на протяжении жизни. Доброта разжигает чужие сердца. Знаменитый писатель М. Горький так говорил о человеке: «Человек – это звучит гордо!» Определенно, ведь человек безграничен в своих возможностях, и просто необходимо направлять их в нужное русло, в помощь ближним.
Таким образом, непременно важно сохранять и преумножать веру в доброе начало, потому что она побуждает как каждого из нас, так и весь мир в целом становиться лучше.
(5)Укладыванием растений распоряжался сам Михаил Карлович, садовник, почтенный старик с бритым лицом, в меховой жилетке, без сюртука. (6)Он всё время молчал, но прислушивался к нашему разговору и ждал, не скажем ли мы чего-нибудь новенького. (7)Это был умный, очень добрый и всеми уважаемый человек.
(8) - Этот вот молодчик, рекомендую, ужасный негодяй, - сказал мой сосед, указывая на работника со смуглым цыганским лицом, который проехал мимо на бочке с водой. (9) - На прошлой неделе его судили в городе за грабёж и оправдали. (10)Признали его душевнобольным, а между тем взгляните на рожу, он здоровёхонек. (11)В последнее время в России уж очень часто оправдывают негодяев, объясняя всё болезненным состоянием, между тем эти оправдательные приговоры, это очевидное послабление и потворство, к добру не ведут. (12)Они деморализуют массу, чувство справедливости притупилось у всех, так как привыкли уже видеть порок безнаказанным, и, знаете ли, про наше время смело можно сказать словами Шекспира: «В наш злой, развратный век и добродетель должна просить прощенья у порока».
(13) - Это верно, верно, - согласился купец. (14) - Оттого, что оправдывают в судах, убийств и поджогов стало гораздо больше. (15)Спросите-ка у мужиков.
(16)Садовник Михаил Карлович обернулся к нам и сказал.
(17) - Что касается меня, господа, то я всегда с восторгом встречаю оправдательные приговоры. (18)Я не боюсь за нравственность и за справедливость, когда говорят «невиновен», а, напротив, чувствую удовольствие. (19)Даже когда моя совесть говорит мне, что, оправдав преступника, присяжные сделали ошибку, то и тогда я торжествую. (20)Судите сами, господа: если судьи и присяжные верят более человеку, чем уликам, вещественным доказательствам и речам, то разве эта вера в человека сама по себе не выше всяких житейских соображений?