Многие деятели культуры в какой-то момент задумывались над вопросом: что важнее - форма или содержание художественного произведения? Многие предпочитают думать, что без выразительности формы искусство перестало бы быть эталоном красоты, другие считают, что главное назначение искусства - это нести миру истину, которую творец вложил в своё творение. Михаил Гершензон, российский литературовед и философ, раскрывает проблему формы и содержания искусства в своей статье.
Автор заостряет внимание на собственной точке зрения, которая является важной для ответа на вопрос. М. Гершензон пишет: "Эта внешняя пленительность искусства необыкновенно важна: она играет в духовном мире ту же роль, какую в растительном царстве играет яркая окраска цветка..." Но в то же время автор не спешит ставить точку на своих рассуждениях. Он хочет сказать, что в искусстве важна не только внешняя красота формы, но и глубина содержания, реальное знание о мире. "Красота - приманка, но красота и преграда." - утверждает автор. При этом Гершензон доказывает свою позицию на примере творчества реально существующей личности, говоря о "блеске" и глубине стихотворений Пушкина.
На мой взгляд, главная мысль автора статьи заключается в том, что в искусстве форма и содержание неразрывны, форма привлекает внимание сначала к произведению в целом, а затем вызывает интерес к его содержанию.
Я полностью разделяю точку зрения автора, и, чтобы подтвердить свою мысль, я хочу обратиться к стихотворению А. А. Фета "Это утро, радость эта...". Когда я впервые прочитала это стихотворение, мне передалось то радостное чувство, которое переполняло душу автора, когда он его создавал. Больше всего меня привлекла простота и задушевность слов: "Эти капли - эти слёзы...". Поэт мгновения Фет практически не использует глаголы, что придает строкам красочное звучание. Здесь он описывает весну, все её прелести и красоту. Но когда перечитываешь это стихотворение вновь и вновь, начинаешь понимать, какой смысл автор вложил в него. Он делится со всем миром своими чувствами и переживаниями, радостью кипящей молодой жизни, которая пробуждается не только у природы, но и у человека.
Ещё один пример, к которому хотелось бы обратиться, - это повесть Н. В. Гоголя "Невский проспект". Действие разворачивается в Петербурге, а точнее на Невском проспекте, переполненном глубокими надеждами, резкими идеями и противоречиями петербургкой жизни. Здесь встретились два давних друга - поручик Пирогов и художник Пискарев. Плененные этой живой и свежей атмосферой, они угнались, как им казалось, за мечтой, за двумя прекрасными девушками. Художник Пискарев, как личность романтическая, увидев красивую стройную девушку с загадочной улыбкой, воображал не только красоту её тела, но и красоту души. Однако герой вскоре разочаровывается в своих убеждениях, узнав, что эта девушка оказалась из дурного общества. В первую очередь Пискарева привлекла красота облика, а не его содержание, что очень пагубно на нем отразилось. Даже Гоголь писал, что внешняя пленительность Невского проспекта обманчива. Мне кажется, что красота играет важнейшую роль в любом произведении, но прежде чем гнаться за ней, нужно познать всю её сущность.
Подводя итоги, хочется лишь сказать, что искусство - это главнейшая часть духовной сферы общества. Оно дает нам не только удовлетворение прекрасным, но и второй опыт жизни.
(6)Эта внешняя пленительность искусства необыкновенно важна: она играет в духовном мире ту же роль, какую в растительном царстве играет яркая окраска цветка, манящая насекомых, которым предназначено разносить цветочную пыль. (7)Певучесть формы привлекает внимание людей, ещё не зная, какая ценность скрыта в художественном создании, люди безотчетно влекутся к нему и воспринимают его ради его внешних чар. (8)Но вместе с тем блестящая ледяная кора скрывает от них глубину, делает её недоступной; в этом — мудрая хитрость природы. (9)Красота — приманка, но красота и преграда. (10)Прекрасная форма искусства всех манит явным соблазном. (11)Поистине красота никого не обманет; но слабое внимание она поглощает целиком, для слабого взора она непрозрачна: он осуждён тешиться ею одной. (12)Лишь взор напряжённый и острый проникает в неё и видит глубины, тем глубже, чем сам он острей. (13)Искусство дает каждому вкушать по силам его: одному всю свою истину, потому что он созрел, другому — часть, а третьему показывает лишь блеск её, прелесть формы, для того чтобы огнепалящая истина, войдя в неокрепшую душу, не обожгла её смертельно и не разрушила её молодых тканей.
(14)Так и поэзия Пушкина таит в себе глубокие откровения, но толпа легко скользит по ней, радуясь её гладкости и блеску, упиваясь без мысли музыкой стихов, чёткостью и красочностью образов. (15)Только теперь мы начинаем видеть эти глубины подо льдом и учимся познавать мудрость Пушкина сквозь ослепительное сверкание его красоты.
(16)В науке разум познаёт лишь отдельные ряды явлений, но есть у человека и другое знание, целостное, потому что целостна самая личность его. (17)И это высшее знание присуще всем без изъятия, во всех полное и в каждом иное. (18)Это целостное видение мира несознаваемо реально в каждой душе и властно определяет её бытие в желаниях и оценках. (19)Оно также плод опыта. (20)Между людьми нет ни одного, кто не носил бы в себе своего, неповторимого видения Вселенной, как бы тайнописи вещей. (21)И не знаем, что оно есть в нас, не умеем видеть, как оно чудным узором выступает в наших разрозненных суждениях и поступках. (22) Лишь изредка и на мгновение озарит человека его личная истина, горящая в нём потаённо, и снова пропадёт в глубине. (23)Только избранникам дано длительно созерцать своё видение, хотя бы частично, в обрывках целого; и это зрелище опьяняет их такой радостью, что они как бы в бреду спешат поведать о нём всему свету. (24)Оно не изображается в понятиях; о нём можно рассказать только бессвязно, образами. (25)И Пушкин в образах передал нам своё знание; в образах оно тепло укрыто и приятно на вид. (26)Я же вынимаю его из образов и знаю, что, вынесенное на дневной свет, оно покажется странным, а может быть и невероятным.