В предложенном для анализа тексте Ю. А. Бондарев ставит проблему отношения детей к родителям.
Комментируя поставленную проблему, хотелось бы отметить, что в предложениях 5 - 7 и 9 автор повествует о детских впечатлениях героя об отце. Рассказчику кажутся непривычными и одежда на нем, и повязка на голове, и потому мальчик представляет отца героем, вернувшимся с фронта. Также важен эпизод, когда ребенок едет с родителем на велосипеде. Он чувствует себя взрослым, потому что за его спиной «отец вращает педали». Из этих примеров читатель понимает, что рассказчик восхищается отцом, уважает его, воображая «всесильным рыцарем».
Однако, повзрослев, мальчик увидел родителя таким, каким раньше никогда не видел: его лицо, всегда выражавшее доброту и мужественность, было устало равнодушным, немолодым и безрадостным. Тогда герою «всё вдруг представилось в отце обыденным, унижающим» его, и рассказчик не смог защитить дорогого человека от насмешек ребят. Писатель обращает наше внимание на противоречивые чувства ребёнка. С одной стороны, ему было стыдно за родителя, а с другой — он был расстроен, что не заступился за него, не восстановил «святое уважение кулаками». Всё это даёт читателю возможность понять, что герой, увидев отца, который был для него олицетворением мужества, в обыденной обстановке, испытал стыд за близкого человека и постеснялся защитить его.
Оба примера противопоставлены друг другу и позволяют увидеть, что в раннем возрасте дети преувеличивают возможности отцов, но, взрослея, начинают воспринимать их более реалистично.
Авторская позиция выражена явно. Ю. В. Бондарев считает, что нужно любить родителей такими, какие они есть, и не бояться заступиться за них.
Я полностью согласен с мнением писателя. Действительно, мы должны не идеализировать родителей, а относиться к ним с пониманием и любовью. Но не менее важно и то, что нужно заботиться о близких людях, чтобы потом не испытывать угрызений совести. Подтверждением этому служит героиня повести
А. С. Пушкина «Станционный смотритель» — Дуня. Её отец — Самсон Вырин — души не чаял в дочери. Но девушка совершила жестокий поступок: сбежала с проезжим гусаром, оставив отца в одиночестве. Вырин не смог жить без дочери и отправился в Петербург, чтобы найти её. Ему посчастливилось увидеть Дуню, однако она равнодушно отнеслась к отцу. Самсон возвратился на свою станцию, где и умер. Через несколько лет по этим местам проезжал рассказчик и узнал, что летом проезжал рассказчик и узнал, что летом приезжала барыня с детьми и долго плакала на могиле отца. Таким образом, необходимо заботиться о близких людях, чтобы потом не жалеть об упущенном шансе.
В заключение хочется пожелать всей молодёжи любить и всегда защищать, потому что они — самые близкие люди на свете.
(4)И очень чёток в памяти моей ещё один вечер.
(5)В маленькой комнате отец сидит спиной к окну, а во дворе сумерки, чуть-чуть колышется тюлевая занавеска. (6)И непривычными кажутся мне защитного цвета тужурка на нём и тёмная полоска пластыря повыше его брови. (7)Я не могу вспомнить, почему отец сидит у окна, но мне представляется, что он вернулся с войны, ранен, разговаривает о чём-то с матерью — и ощущение разлуки, сладкой опасности неизмеримого пространства, лежащего за нашим двором, отцовского мужества, которое было проявлено где-то, заставляет меня испытывать особую близость к нему, похожую на восторг при мысли о домашнем уюте собранной нашей семьи в этой маленькой комнате.
(8)О чём говорил он с матерью — не знаю. (9)3наю, что тогда и в помине не было войны, однако сумерки во дворе, пластырь на виске отца, его военного покроя тужурка, задумчивое лицо матери — всё так подействовало на моё воображение, что и сейчас я готов поверить: да, в тот вечер отец вернулся раненый с фронта. (Ю)Впрочем, более всего поражает другое! (11)В час победного возвращения (в сорок пятом году) я, подобно отцу, сидел у окна в той же родительской спальне и, как в детстве, снова пережил всю невероятность встречи, как если бы прошлое повторилось. (12)Может быть, то было предвестьем моей солдатской судьбы и я прошёл по пути, предназначенному отцу, исполнил недоделанное, недоисполненное им? (13)В раннюю пору жизни мы тщеславно преувеличиваем возможности собственных отцов, воображая их всесильными рыцарями, в то время как они обыкновенные смертные с заурядными заботами.
(14) До сих пор помню день, когда я увидел отца так, как никогда раньше не видел (мне было лет двенадцать), — и это ощущение живёт во мне виной.
(15) Была весна, я толкался со школьными друзьями около ворот (играли во что-то на тротуаре) и неожиданно заметил знакомую фигуру неподалёку от дома. (16)Мне бросилось в глаза: он оказался невысокого роста, короткий пиджак некрасив, брюки, нелепо поднятые над щиколотками, подчёркивали величину довольно стоптанных старомодных ботинок. (17)А новый галстук, с булавкой, выглядел словно бы ненужным украшением бедняка. (18)Неужели это мой отец? (19)Лицо его всегда выражало доброту, уверенную мужественность, а не усталое равнодушие, оно раньше никогда не было таким немолодым, таким негероически безрадостным.
(20)И это обнажённо обозначалось — и всё вдруг представилось в отце обыденным, унижающим и его, и меня перед школьными моими приятелями, которые молча, нагловато, сдерживая смех, смотрели на эти по-клоунски большие поношенные башмаки, выделенные дудочкообразными брюками. (21)Они, мои школьные друзья, готовы были смеяться над ним, над его нелепой походкой. (22)А я, покраснев от стыда и обиды, готов был с защитным криком, оправдывающим отца, броситься в жестокую драку, восстановить святое уважение кулаками.
(23)Но что же произошло со мной? (24)Почему я не бросился в драку с приятелями? (25)Боялся потерять их дружбу? (26)Или не рискнул сам показаться смешным?
(27)Тогда я не думал, что настанет срок, когда в некий день я тоже окажусь чьим-то смешным, нелепым отцом и меня тоже постесняются защитить...