Каждому возрасту присущи свои особенности.
Цицерон
Нам, подросткам, часто кажется, что мы умны и можем самостоятельно выстраивать свое будущее. Однако, когда мы переходим порог детства, больше не нуждаясь в защите от враждебного мира, то начинаем сильно заблуждаться в своих способностях. Отказываясь от пустяковой помощи родителей, мы попадаем впросак, наживаем проблемы. Гордость в этом трудном возрасте не позволяет согласиться с мнением родителей. Именно проблему взаимоотношений поколений поднимает в своём тексте советская писательница Любовь Федоровна Воронкова.
Чтобы привлечь внимание читателей к данной проблеме, автор знакомит нас с семьей Каштановых. Отец семейства, Савелий Петрович, занимая пост директора сельской школы, хозяина, на празднике произнес речь для выпускников, в которой говорил, что «молодёжь не должна уезжать из совхоза», что она «главная сила, без которой трудно будет строить новое, развивать то, что уже сделано». В этом призыве Любовь Воронкова отмечает стремление старшего поколения развивать устоявшиеся традиции с помощью своих детей, подчеркивает надежду на новую кровь, которая не даст уйти в небытие деревенским реалиям. Автор приводит нас к закономерному выводу о том, что родители должны думать не только о личном благе своего чада, но и об общем положении дел, что часто приводит к конфликту во взаимоотношениях поколений.
Однако дальше по мере повествования мы видим, как меняется смысл слов Савелия Петровича, сейчас наедине с дочерью рассказывающего о тяготах сельского хозяйства, «подверженного всяким капризам», о жизни «вечно в грязи, вечно с мокрыми красными руками, вечно в сапогах с налипшей глиной». Вся восторженная уверенность Жени остаться в поселке меркнет от строго-правдивого отцовского тона, превращается в разочарование. «Ты поступишь в институт, получишь настоящее образование, будешь учительницей, а потом и директором школы» — такой наказ дает Савелий Петрович, заботясь о будущем своей единственной дочери, желая ей только лучшей, обеспеченной жизни. Женя не ожидала столкнуться с таким двойственным толкованием отцовской позиции, но лишь с большей силой захотела остаться и работать вместе с ним. Благодаря этому фрагменту автор снова убеждает нас в том, что родительское мнение намного глубже, чем нам кажется. Дабы узнать его, необходимо только больше коммуницировать разным поколениям, стараться понять чужую точку зрения, и тогда ни один конфликт не сможет разрушить семейных уз.
Таким образом, оба примера, дополняя друг друга, помогают автору сделать закономерный вывод о том, что недопонимание между членами семьи происходит из-за недостаточного взаимопонимания. Родители всегда желают добра своим детям, но их обязанности перед обществом выходят далеко за пределы личного счастья дочерей и сыновей.
Позиция автора по данной проблеме видна ясно и однозначно: работа родителей тяжела — им приходится думать и за себя, и за семью, и за свой город, потому что на них, в первую очередь, полагается страна, как главный институт воспитания юных граждан. Именно поэтому старшее поколение порой кажется нам таким недосягаемым и непонимающим — оно полно забот о всеобщем будущем.
Я согласна с позицией автора и тоже считаю, что отношения внутри семьи — это только верхушка родительских обязанностей, какая-то маленькая часть их задач. Говоря о взаимоотношениях старшего и младшего поколения, я всегда вспоминаю роман Александра Сергеевича Пушкина «Капитанская дочка». В данном произведении юный Пётр Гринёв, уходя на службу, получает наставление от отца Андрея Петровича, ставшее красной нитью романа: «Береги платье снову, а честь смолоду». Дальше на протяжении всего повествования Петр будет руководствоваться именно этими словами, раз за разом доказывая, насколько сильно его сердце и крепки обещая. На данном примере мы понимаем, насколько авторитетны для нас родители и с какой силой отзывается в нас каждое их слово.
А сколько философских мыслей содержится в словах французского мыслителя эпохи Возрождения Жан-Жака Руссо, сказавшего: «У ребенка свое особое умение видеть, думать и чувствовать; нет ничего глупее, чем пытаться подменить у них это умение нашим». Действительно, пока мы, молодёжь, не обожжёмся на собственных ошибках, пока не выдвинем гипотезы для каждого явления в мире, мы не сможем постигнуть его, найти свой путь в Вечность. Мы обязательно обратимся за помощью к взрослым, когда будет уже поздно или в начале кутерьмы, но обратимся по собственным соображениям.
В заключение хотелось бы поднять из пыли времен имя Солона — политика и поэта Древней Греции, оставившего в наследие человечеству слова, над которыми ещё только предстоит нам задуматься: «Богам — почёт, родителям — честь».
—(2)Что надо? — резко спросил он, не поднимая глаз.
(3)Женя, удивлённая его тоном, не сразу ответила.
—(4)Это я, папа! — с достоинством сказала Женя. — (5)Я должна поговорить с тобой. (6)Вчера, на празднике, ты говорил, что молодёжь не должна уезжать из совхоза, что мы
главная сила, без которой трудно будет строить новое, развивать то, что уже сделано. (7)Я тоже, как все наши ребята, решила остаться, а в вуз поступать можно и на заочный. (8)Вот пришла посоветоваться: если я останусь в совхозе, то как, по-твоему, за какую работу мне взяться? (9)Может, вместе с Руфой на утиную ферму?(10)Савелий Петрович выпил воды.
—(11)Хорошо, поговорим спокойно. (12)Ты запомнила мою речь — и напрасно: я не для тебя произносил мою речь, не для тебя! (13)А для них, пойми ты это, ты же взрослая и должна понимать. (14)Мне — директору, хозяину — нужно, чтобы молодёжь осталась в совхозе, ведь это — сила нашего хозяйства, его молодая кровь, молодая мысль, это — его будущее. (15)Я обязан думать о будущем моего хозяйства, если даже меня самого здесь не будет.
—(16)Так почему же я...
—(17)Потому. (18)Садись и слушай. (19)И не вскакивай, когда с тобой разговаривают. (20)Женя послушно села, не сводя с отца широко открытых, почти испуганных глаз.
—(21)Слушай, Женя, — мягко и задушевно сказал Савелий Петрович, и голос его стал бархатным, — поверь мне, я знаю, что такое труд в сельском хозяйстве, почём фунт лиха. (22)Я знаю, что такое холод, промокшие ноги, непогода — когда надо убирать хлеб, засуха — когда нужен дождь. (23)3наю, что такое нехватка рабочей силы, когда на огороды наступают полчища сорняков или вредителей, когда хлеб и лён остаются неубранными в поле. (24)Сельское хозяйство подвержено всяким капризам и неожиданностям природы, стихиям, с которыми мы пока ещё не умеем справляться. (25)Вот засеял ты поле, выходил колос тяжёлый, чуть не до земли клонится...(26)Думаешь — урожай будь здоров! (27)И вдруг туча, град — и за десять минут всё, что взлелеял, пропало: одна изломанная, вбитая в грязь солома...
—(28)Так если все решили остаться...
—(29)По-до-жди! — Савелий Петрович хлопнул по столу рукой. — (З0)Возьмём другие отрасли. (31)Ферма, утки, романтика! (32)На словах. (ЗЗ)На бумаге. (34)А на деле — вечно в грязи, вечно с мокрыми, красными руками, вечно в сапогах с налипшей глиной. (35)И так всю жизнь! (36)Вот и вся романтика! (37)3ачем тебе эти утки? (38)Ты поступишь в институт, получишь настоящее образование, будешь учительницей, а потом директором школы... (39)Подумай ещё!
(40)Женя сидела бледная, с неподвижным, словно застывшим взглядом, а Савелий Петрович схватил портфель и стремительно вышел из кабинета. (41)Женя не успела шагнуть на крыльцо, как его машина фыркнула газом и рывком сорвалась с места.
(42)Женя вышла на улицу, ошеломлённая тем, что услышала. (43)3елёный мир совхозной улицы, цветущих палисадников, мохнатой ромашки у кромки жёлтой от зачерствевшей глины дороги принял её в свою тишину. (44)Но Женя шла и не видела ничего: ни алых костров мальвы, ни цветущих лип над крышами, ни подёрнутых синевой дальних лесистых косогоров... (45)Чувство неслыханного разочарования оглушило её, как удар. (46)И это разговаривал с ней отец, которого она так безгранично уважала. (47)Он разговаривал с ней сейчас, как самый последний мещанин! (48)Пускай всё делают они: Руфа, Ваня, Юрка, Вера Грамова — все, кто угодно, но не она, потому что она директорская дочка Женя Каштанова! (49)Женя не заметила, как взбежала на бугор, как спустилась к озеру. (50)И здесь, у тихой, стеклянно-голубой воды, легла в высокую траву. (51)3а все её восемнадцать лет была ли когда-нибудь минута, чтобы она в чём-нибудь не поверила отцу?
(52)И здесь, у тихой воды, она вдруг поняла, что отец сказал ей правду, что он, как отец, действительно хочет для неё лучшей доли, чем совхозная жизнь утятницы!
(53)Но он дал право выбора именно ей, не запретил, не настоял на своей воле, а сказал думать ещё! (54)И это осознание принесло ей облегчение, а решение остаться всё крепло в её сознании...