Война — одно из самых страшных событий, которое может произойти в мире. Боль, страдания, горечь утраты близких — всё это приходится преодолеть людям, прошедшим через ад. И, конечно, ничего не проходит бесследно. Но как война влияет на человека? Именно эту проблему ставит Д. Гранин в своём тексте.
Размышляя над данным вопросом, автор показывает читателю быт людей, живших в Ленинграде во время его блокады. Трупы стали "частью блокадного пейзажа", смерть превратилась в обыденность. Наряду с физическим состоянием жителей изменилось и их восприятие окружающего мира. Все знаменитые петербургские достопримечательности перестали "возвышать душу", а стали только "отягощать её своей призрачностью". Таким образом, автор чётко подводит читателя к мысли, что ужас тех дней никогда не покинет память людей, прошедших через блокаду. Война навсегда отпечаталась не только в душах жителей, но и в самом городе.
Продолжая искать ответ на поставленный вопрос, автор обращает внимание читателя на изменения, произошедшие во внутреннем мире рассказчика. Встретив блокаду ещё ребёнком, он подвергся сильному натиску окружавших его обстоятельств, стал "подозрителен, ожесточен, несправедлив к людям". Это произошло не только с героем, но и с остальными людьми. Гнёт обстановки заставлял людей выживать и надеяться только на себя, в связи с чем росло недоверие к окружающим. Сам герой называет свои поступки в то время "сквернейшими". На примере этого героя автор Д. Гранин показывает читателю, что люди, прошедшие войну, даже после длительного времени не смогут стать прежними. Такие события меняют человека, их след навсегда остаётся в сознании свидетелей того ужаса.
Авторская позиция предельно ясна: война навсегда меняет человека и его восприятие окружающего мира. Её невозможно стереть из памяти, так как она становится частью людей, их сознания.
Я полностью разделяю мнение автора. Страдания, боль, страх, голод — ничто из этого нельзя забыть. Во время войны люди подвергаются жесточайшим испытаниям духа и тела, пройти которые сможет далеко не каждый.
Вспомним Потерянное поколение, людей, достигших восемнадцатилетия до или во время Первой мировой войны, нередко ещё даже не окончивших школу. После войны такие люди часто не могли адаптироваться к мирной жизни, воспоминания преследовали их по пятам. Насколько сильно оказалось влияние боевых действий на этих людей, можно понять, ознакомившись с творчеством писателей того поколения. Например, произведения Эриха Марии Ремарка раскрывают ненависть автора к милитаризму. Они пропитаны болью и горечью.
Истории о молодых людях, которых ничему не научили, кроме убийства, которые оказались «за бортом жизни», ясно дают понять влияние войны на человека.
Таким образом, война сильно воздействует на людей. Она способна свести с ума, изменить личность и характер человека. Но главным остаётся то, что она никогда не исчезает из памяти.
(2)Все знаменитые петербургские архитектурные ансамбли на месте, так же прекрасны и мосты, и набережные, и дворцы – с той только разницей, что, как точно определил один ленинградец, они теперь не возвышают душу, а отягощают ее своей призрачностью, «обнаружилась в них способность не только принять смертное запустение, но и стать его принадлежностью вместе с знаменитой землей и коробками сгоревших домов».
(3)Блокада не уходит вместе с иными событиями в тихие заводи прошлого, куда заглядывают лишь от случая к случаю. (4)Особенность блокады – она как бы остается поодаль, но рядом, как нечто такое, что следует всегда иметь в виду. (5)Время от времени с ней сопоставляешь и других и самого себя.
(6)Трупы были на улицах, в квартирах, они стали частью блокадного пейзажа. (7)Массовость смерти, обыденность ее рождали чувство бренности человеческой жизни, разрушали смысл любой вещи, любого желания. (8)Человек открывался в своем несовершенстве, он был унижен физически, он нравственно оказывался уязвим. (9)Сколько людей не выдерживали испытаний, теряли себя!
(10)Рослый этот, красивый человек, умеющий вдумчиво слушать и также вдумчиво произносить только собственное, выношенное, просил не называть его имени. (11)Он говорил сильно и убежденно не только о себе, но и о других, потому что он употреблял местоимение «мы». (12)Он считал, что в первую очередь погибали физически слабые по здоровью, по возрасту, затем погибали честные, великодушные, не способные примениться к обстановке, где ожесточение и окаменелость души были необходимым условием выживания: «После блокады мир рисовался мне затаившимся зверем. (13)Я ведь встретил блокаду одиннадцатилетним. (14)В таком возрасте трудно противостоять натиску чрезвычайных обстоятельств. (15)Они навязывали свои критерии и ценности как единственно возможные. (16)Я стал подозрителен, ожесточен, несправедлив к людям, как и они ко мне. (17)Глядя на них, я думал: «Да, сейчас вы притворяетесь добрыми, честными, но чуть отними от вас хлеб, тепло, свет – в каких двуногих зверей вы все тогда обратитесь». (18)Именно в первые послеблокадные годы я совершил несколько сквернейших поступков, до сих пор отягчающих мою совесть. (19)Выздоровление затянулось почти на десятилетие. (20)Лет до двадцати я чувствовал в себе что-то безнадежно старческое, взирал на мир взглядом надломленного и искушенного человека. (21)Лишь в студенческие годы молодость взяла свое и жажда полезной людям деятельности позволила стряхнуть с себя ипохондрию. (22)Однако прежняя детская вера в безусловное всесилие и совершенство человека, раздавленная блокадой, уже никогда не возродилась».