ЕГЭ по русскому

Проблема стремления подражать большинству 49 вариант

📅 12.08.2020
Автор: Александрович Елизавета Алексеевна

Человек не может существовать вне общества. Его личность не получит развития, если не будет окружена другими людьми, противоречивыми мнениями, разными взглядами. Он напрямую зависит от тех социальных условий, в которых родился и вырос, которые во много определяют его ценности, стремления, моральные принципы. К сожалению, такая необходимость быть «со всеми» и страх общественного порицания порождают заурядность мышления, что может обернуться против личности.

В прочитанном мною тексте Владимира Тендрякова поднимается проблема стремления подражать большинству. В чём заключается опасность существования «как все»?

Главный герой рассказа — директор школы, рассуждающий о своём сыне, его судьбе и влиянии других людей. В диалог с ним вступает учительница истории, изобличающая в подобной манере жить общественную опасность. Для раскрытия проблемы подражания большинству обратимся к исходному тексту: «…Люди из породы «как все, так и я» непременно примут враждебно новых Коперников и Галилеев потому только, что те утверждают не так, как все…». Приведённый пример показывает отношение Ольги Олеговны к проявлению «стадного чувства», зачастую подкреплённого невежеством и консерватизмом. Она аргументирует свою позицию историческими фактами. Приверженность популярным мнениям и их защита — тормоз прогресса, угнетающий в обществе новых «Коперников», создающий толпу однородной серости.

Остановка развития науки и культуры, по мнению учительницы, — это лишь малая часть той огромной беды, которая может произойти из-за стремления людей быть «как все»: «Германия превыше всего!» — просто и ясно, объяснений не требует, щекочет самолюбие. И простак славит Гитлера!». «Простаки» более других подвержены пропаганде, взывающей к нездоровому патриотизму и национальному духу. Вторая мировая и Великая Отечественная войны являются следствием массового приравнивания людей друг к другу в одной стране и их «возвышения» над другими народами. В предвоенной и военной Германии отличаться от большинства было просто смертельно. Желание быть «как все», вместе с друзьями, вместе с молодёжью — самое выгодное для политиков чувство, которым запросто можно манипулировать, создавая идеологические машины для убийства, поэтому нужно быть осторожным с подобными желаниями.

Между данными примерами очевидная смысловая связь — дополнение. Из мирных масштабов опасность подражания большинству перерастает в проблему сохранения человечества.

Позиция автора мне ясна и понятна. Он старается подвести читателя к мысли о том, что жизнь по общепринятым порядкам и установкам не становится проще. Человек превращается в легко управляемую куклу, подвластную предрассудкам. Это явление опасно для развития человечества и ставит само его существование под угрозу.

Я не могу не разделять позицию автора и тоже считаю, что стремление подражать большинству вредно и для самого человека, проявляющего такое желание. В капиталистическом мире этим ловко пользуются маркетологи, продавая втридорога безликие одинаковые вещи, ничем не отличающиеся от обычных, доступных каждому, под видом именитых брендов. За внешним блеском, чувством собственной важности и статусностью, зачастую скрываются отсутствие духовности, широты взглядов. Люди заполняют жизнь мишурой, навязанной «всеми», забывая о самом главном — о чистоте своих сердец.

Обобщая всё сказанное, можно сделать вывод: опасность стремления быть «как все» заключается в уничтожении человеческой индивидуальности, уникального «почерка» мысли, что превращает общество в однотонную безликую толпу, подвластную нескольким харизматичным противникам и готовую в любую минуту броситься на себе подобного за мнимые идеалы. Но третьей войны человечеству, увы, пережить не дано…

Исходный текст Учительница истории Ольга Олеговна и директор Иван Игнатьевич шли после выпускного вечера по спящему городу.
(1)Учительница истории Ольга Олеговна и директор Иван Игнатьевич шли после выпускного вечера по спящему городу. (2)Говорил Иван Игнатьевич.

—(3)Мы вот с вами общие проблемы обсуждали, а я всё время думал о сыне. (4)Да, да, об Алёшке... (5)Вы же знаете, он не попал в институт. (6)И глупо как-то. (7)Готовился, и настойчиво, на химико-технологический, а срезался-то на русском языке: в сочинении насажал ошибок. (8)Пошёл в армию...

(9)Нет, я вовсе не против армии, мне даже хотелось, чтобы парень понюхал воинской дисциплины, пожил в коллективе, чтобы с него содрали инфантильную семейную корочку. (10)Не армия меня испугала, а сам Алёшка. (И)Собирался стать химиком, никогда не мечтал о воинской службе, но спокойно, даже, скажу, с облегчением встретил решение, сложившееся само собою, помимо него. (12)Армия-то его устраивает потому только, что там не надо заботиться о себе! (13)По команде поднимают и укладывают. (14)По команде кормят и учат. (15)Каждый твой шаг размечен, записан, в уставы внесён. (16)Надёжно! (17)Что это, Ольга Олеговна? (18)Отсутствие воли? (19)Отсутствие характера?

(20)Не скажу, чтоб он был, право, совсем безвольным. (21)Он как-то взял приз по лыжам. (22)Не просто взял, а хотел взять, упорно, целеустремлённо готовился. (23)А характер... (24)Да сколько угодно! (25)Что-что, а это уж мы в семье чувствовали. (26)Но вот что я замечал, Ольга Олеговна... (27)Он слишком часто употреблял слова «ребята сказали», «все говорят», «все так делают». (28)Все отращивают длинные волосы — и я отращу. (29)Все употребляют словечко «предки» вместо «родители» — и я это делаю. (30)Все берут призы в спортивных соревнованиях — и я не отстану. (31)Докажу, что не хуже других, волю проявлю, настойчивость! (32)Как все...

(33)Так даже не легче жить! (34)Отнюдь! (35)Надо тянуться за другими, а сколько сил на это уходит! (36)Не легче, но гораздо проще. (37)Лёгкость и простота — вещи неравнозначные. (38)Проще существовать по руководящей команде, но, право же, не обязательно легче.

(39)Ольга Олеговна остановилась.

—(40)Как все — проще жить? — переспросила она. (41)Остановился и Иван Игнатьевич.

(42)Над ними сиял фонарь. (43)Пуста улица, темны громоздящиеся одно над другим по

отвесной стене окна. (44)Город спал.

—(45)Да ведь мы все понемногу этим грешим, — виновато проговорил Иван Игнатьевич. — (46)Кто из нас не подлаживается: как все, так и я.

—(47)А вам не пришло в голову, что люди из породы «как все, так и я» непременно примут враждебно новых Коперников и Галилеев потому только, что те утверждают не так, как все видят и думают? (48)К Коперникам отнесутся враждебно, к заурядностям — доверчиво.

—(49)М-да... (50)Недаром говорится в народе: простота хуже воровства.

—(51)Воровства ли? (52)Не простаки ли становились той страшной силой, которая выплёскивала наверх Гитлеров? (53)«Германия — превыше всего!» — просто и ясно, объяснений не требует, щекочет самолюбие. (54)И простак славит Гитлера!

—(55)М-да... — ещё раз озадаченно произнёс Иван Игнатьевич.

(56)Они двинулись дальше.

(57)Их шаги громко раздавались по пустынной улице — дробные Ольги Олеговны, тяжёлые, шаркающие Ивана Игнатьевича. (58)Воздух был свеж, но от стен домов невнятно веяло теплом — отдыхающие камни нехотя отдавали дневное солнце...