Счастливого нового года от критики24.ру критика24.ру
Верный помощник!

РЕГИСТРАЦИЯ
  вход
забыли пароль?





ПОИСК:

У нас более 50 000 материалов воспользуйтесь поиском! Вам повезёт!


Сопутники: В. Вересаев и М. Горький. Часть восьмая (Горький Максим)


<…> об издании сборников … Ив. А. Бунин настаивает на том, что сборники должны быть просто сборниками хороших литературных произведений, с предоставлением наибольшей свободы каждому из «приемлемых» авторов выявлять себя. Я такую точку зрения решительно отвергаю, издание таких безразличных сборников считаю и бессмысленным и вредным и, пока состою редактором, на это не пойду.


Считаю в настоящее время насущно важною и необходимою задачу совершенно определённую: сборники должны объединиться не одной общей идеей, а одним общим отношением к жизни: «верность земле», вера в светлое и радостное существо жизни, ненависть к тому, что её портит и уродует; вера в человека». Учитывая интерес многих писателей начала века к религиозно-философским вопросам, Вересаев писал далее, что бог принципиально не исключается, «но бог лишь как высшее чувствование, высшее проявление жизнь, увенчание её, - бог Гомера, Гёте, Толстого, Уота Уитмана». Отвергается «бог трагиков, Достоевского, Верлена, Гюисманс, Мережковского». В связи с этим, пояснял Вересаев, в сборники не попадут ни Андреев, ни Юшкевич, ни даже Бунин «в некоторых своих (мужицких) вещах». Речь шла о «Ночном разговоре».

Иными словами, Вересаев настаивал на реалистическом отображении жизни («близость к земле»), социальном оптимизме и вере в человека.

Foxford

Здесь же была заявлена его личная тема, отражённая в исследовании «Живая жизнь». Вересаев сообщал, что не все в издательстве приемлют эту программу. Но Горькому она была близка. Сейчас она кажется слишком общей, расплывчатой, но в то время все эти формулы были живыми и наполненными большим содержанием. Во взгляде на издание сборников оба писателя были солидарны. Горький ответил: «С Вашим взглядом на характер сборников – совершенно согласен и – как Вы – уверен, что книги такого тона были бы и полезны и своевременны».

Бунин и Вересаев хотели видеть Горького в сборниках «Слово». В письме от 17 апреля 1913 года Вересаев просит Горького прислать свою вещь, а 18 июля Бунин обращается с вопросом к Н. С. Ангарскому: «А Горького так-таки и не просили? Значит – Сборник сядет. Состав нищенский, а для первого сборника он должен быть – блестящий». Горький уклонился от этого участия. К тому был ряд причин: и цензурная боязливость редакторов, которую он испытывал при издании «Сказок», и неуверенность в том, что Вересаев будет последовательно осуществлять намеченную им программу. Между тем появление на страницах журналов более тесную сплочённость сотрудников. Горький был не согласен к тому же с руководителями издательства, в том числе с Вересаевым, в оценке ряда литературных явлений. Он находил издательский план слишком пёстрым. Нелестную оценку получили выступления критика В. Л. Львова-Рогачевского (в издательстве вышла его книга «Снова накануне») и «Рассказы» И. Новикова, относимого Горьким к неонародникам. В декабрьском номере «Современника» он публиковал об этой книге рецензию, в которой говорил, что не видит в лице автора «человека, входящего в храм литературы русской со своим лицом, со своею выстраданной молитвой на устах». Горький чувствовал необходимость «более плотного сближения в эпоху, когда антисоциалистические – они же и антикультурные – течения мысли всё более зреют, уплотняются и – самое главное! – понемногу пленяют демократию, развращают её.

«Это, конечно, временное явление, история излечивает все уродства жизни, а порою устраняет их хирургическим путём».

Но размышлять о социальной хирургии Вересаев уже был не склонен, да единение понималось им не по-горьковски. В ответ на приведённое выше письмо он писал, что марка «Книгоиздательства писателей в Москве» не означает того единства, которое было у реалистов в «Знании» и у символистов в «Скорпионе». Вересаев выразил недовольство горьковской рецензией: Новиков избавляется от шелухи декадентства, отмеченной Горьким, и потому его следует поддержать.

Горький не стремился к более тесной связи с «Книгоиздательством писателей в Москве» и потому, что оно не обладало материальной возможностью для осуществления более широких планов – издания национальных сборников художественной литературы и т.д. Масштабы этого издательства для Горького уже были узки.

На «Заочной» встрече в новом книгоиздательстве личные отношения писателей завершились. Не так уж было много людей, с которыми Горький-художник поддерживал отношения, когда интерес к ним иссяк. Так случилось и с Вересаевым.

Возобновление переписки относится уже к послеоктябрьской поре, когда оба писателя могли не только объективно оценить свои отношения друг к другу, но и воспринять их в исторической перспективе. Последнее было более свойственно Горькому, чем Вересаеву.

Вересаеву кажется, что взаимоотношения оборвались потому, что между ним и Горьким пробежала большая чёрная кошка. Ему, видимо, вспомнился разрыв со «Знанием» и история с изданием «Сказок».

Но Горький умел подниматься над подобными «недоразумениями». В 1925 году он даже не вспомнил о них. В его памяти вставал Петербург, радость первого общения с автором «Конца Андрея Ивановича», ощущение единомыслия с ним. Только что была прочитана повесть «В тупике», напомнившая о Вересаеве как летописце русской интеллигенции.

Отвергнув предложение Вересаева, Горький писал: «Никогда я не испытывал с Вашей стороны в отношении ко мне никаких небрежностей, а тем паче обед; надеюсь, что и я Вас тоже ничем не обижал, хотя вполне допускаю, что, м.б., бывал небрежен и даже грубоват, - с тем возьмите. Тут просто так случилось, что мы, идя одним путём, шли далеко, - физически, географически далеко друг от друга и редко встречались, - вот и всё. Но я всегда чувствовал в лице Вашем сопутника, коего привык уважать и за твёрдость шага, и за неуклонность со своей тропы… К Андрееву, к Бунину я был ближе, чем к Вам, часто видел их, жил с ними, но, проверяя мои симпатии, чувствовал Вас яснее, чем их».

В этом письме и признание того, чем дорог был ему Вересаев, и горечь от сознания чуждости более близких и любимых людей.

Горький говорит о географической отдалённости, мешавшей общению с Вересаевым. Но в ХХ веке она уже не была проблемой. Встречи с Буниным и другими продолжались, невзирая на эту отдалённость. Близости мешала разность творческих натур писателей и отход, вернее не поспевание Вересаева за бурным развитием русской жизни.

Горький назвал его сопутником, т.е. человеком, с которым он шёл по одному и тому же пути, однако не рядом. Так оно и было.

Обновлено:
Опубликовал(а):

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

.

Полезный материал по теме
И это еще не весь материал, воспользуйтесь поиском


регистрация | забыли пароль?


  вход
логин:
пароль:
Запомнить?



Сайт имеет исключительно ознакомительный и обучающий характер. Все материалы взяты из открытых источников, все права на тексты принадлежат их авторам и издателям, то же относится к иллюстративным материалам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы они находились на этом сайте, они немедленно будут удалены.
Сообщить о плагиате

Copyright © 2011-2019 «Критическая Литература»

Обновлено: 14:26:28
Яндекс.Метрика Система Orphus Скачать приложение