Война всегда меняет личность человека, показывает скрытые в нём нравственные и моральные качества. Именно на войне люди совершают великие подвиги и делают невозможное возможным. Однако не каждому под силу сотворить чудо. Только лишь по-настоящему стойкие, храбрые духом и отважные люди, сражающиеся не за свою жизнь, а за жизни целого народа, способны на это. Над проблемой необходимости таких душевных качеств на фронте и рассуждает В. П. Астафьев.
Размышляя над поставленным вопросом, автор приводит в пример диалог главного героя и главврача санбата. В словах медика звучит жалость и мнимая обеспокоенность дальнейшей судьбой солдата. Наивно считая, что Борис такой же слабый духом, как и все остальные, врач говорит ему «не отдаляться от людей, принимать мир таким, каков он есть». Иными словами, он советует плыть по течению, подчиняться воле судьбы и придерживаться мнения окружающих. Предупреждает героя об одиночестве. Безусловно, слова главврача заставляют больного задуматься о том, как на самом деле должен вести себя человек на войне. Может ли он позволить случиться несправедливости? Способен ли он принять все как есть, подчиниться, смириться со своей судьбой? Это ли приведет к победе? Нет! Только неутолимая жажда жизни – маяк, указывающий верный путь.
В дальнейшем Астафьев говорит о том, что желание жить может придать человеку сил, помочь преодолеть голод, увечья, страх, смерть. Однако те, в ком этот мак угасает, теряют себя, от них остается лишь тело – пустая оболочка. Тогда они сами предсказывают свою смерть, будучи даже согласными с ней, ища успокоения и избавления.
Словом, автор искренне убежден в том, что жажда жизни на фронте порождала удивительную стойкость, силу воли и помогала преодолеть свои страхи, пережить все тяготы войны, человеческое зверство, бессмысленное кровопролитие.
Я полностью разделяю точку зрения В. П. Астафьева и считаю, что в тяжелых условиях военного времени в человеке может раскрытья невероятная решительность, и храбрость. Главное – желание жить. Жить, чтоб защитить любимых, вернуться к семье, отомстить за товарищей, освободить родную землю от лютого, кровожадного и жестокого врага.
Важная проблема проявления стойкости на войне отражена в романе немецкого писателя Э. М. Ремарка «Искра жизни». Само название произведения говорит о той скрытой внутри каждого человека силе, которая способна преодолеть все. Герои романа – заключенные концлагеря, больше похожие на скелеты, чем на живых людей. Некоторые из них давно потеряли свою человечность, сострадание и человеколюбие, уподобившись нацистам. Однако есть и те, в ком по-прежнему остаются качества настоящего человека, кто сумел сохранить свой нравственный облик несмотря на голод, издевательства, унижения, боль и смерть, преследующую их на каждом шагу. Гитлеровцы отняли у этих людей все, но главной целью для врага остается желание превратить пленных в скот, полностью лишив их чувства собственного достоинства. Мало кто устоял под натиском фашистов. Те немногие, в ком сохранилась доброта, старались помогать товарищам, обменивая еду, укрывая от расправы и организовывая сопротивление.
Иными словами, даже в таких тяжелых условиях нашлись люди, чью волю нацистам сломить не удалось. Именно в них горела та самая «искра жизни», придавшая им храбрости, выносливости и силы духа.
На эту же проблему обращает внимание М.А. Шолохов в своем рассказе «Судьба человека». Главный герой – Андрей Соколов отправляется на фронт, но попадает в плен. Солдат сразу же проявляет твердость и мужество, избавляясь от предателя и спасая множество людей от гибели. Даже во время пребывания в концлагере Соколов не теряет человечность стойкость и храбрость. Так, оказавшись перед комендантом лагеря, Андрей держится гордо, не показывая своих истинных чувств, и этим заслуживает уважение даже у врагов. Только смелый и отважный человек сможет решиться на побег, не побоится заглянуть смерти в глаза. Именно таким и был Андрей Соколов.
Шолохов точно передает образ человека, обладающего высокими моральными качествами, способного на героизм, желающего защитить свою родину и готового на все ради этого.
Итак, в чем же на самом деле заключается важность жажды жизни, силы духа, стойкости на фронте? Наверное, именно это и помогает людям выдержать все тяготы войны. Порой даже самая незначительная причина жить способна перевернуть все внутри человека, заставив его победить голод, ранения, страх и даже смерть.
– Подзадержались вы у нас, подзадержались…
(2)Борис уловил в голосе врача неприязнь и плохо спрятанное подозрение и услышал угодливое хихиканье санитарки.
(3)– У нас тут не курорт, у нас санбат! (4)У нас каждое место на счету… — напористо заговорила старшая сестра, святоликая женщина с милосердными глазами, так опрометчиво определившая лейтенанту две недели на излечение, а он вот не оправдал её надежд, лежит и лежит себе.
(5)Распятый на казённой койке ранбольной Костяев Борис беспомощно и жалко улыбался. (6)Да-а, выходит, он занимает чьё-то место, понапрасну жрёт чей-то хлеб, дышит чьим-то воздухом, запросто живёт и живёт, тогда как настоящие нужные люди сражаются, умирают за него и за Родину.
(7)Сдерживая занявшуюся ярость, Борис негромко сказал:
– Так выбросьте меня… на помойку.
(8)Сестру, избалованную лестью, властью и мужицким вниманием, передёрнуло.
(9)– Я не хочу вашего двоедушного милосердия! — глядя прямо в надменный лик сестры, отчётливо произнёс Борис и, вовсе уж задушенный яростью, добавил: — Уходите! (10)Иначе я сорву с себя ваши бинты…
(11)– Попробуй! — начала старшая сестра.
(12)– Уходите!..
(13)Врач, умоляюще глядя на старшую сестру, теснил следовавшую за ним челядь.
(14)– Успокойтесь, успокойтесь!..
(15)– Привязать этого героя к койке! (16)Сделать укол! — громко, чтобы слышно было раненым в других палатах, объявила старшая сестра.
(17)«Господи! (18)Это — женщина?!» — чувствуя, как опадает гнев, опустошённо спрашивал себя Борис.
(19)– Вот достукался!.. — проворчал кто-то из раненых. (20)– Через тебя и нам достанется.
(21)С Бориса сдёрнули одеяло. (22)Дежурная сестра наполненным шприцем целилась в него, сжимая в пальцах левой руки смоченную ватку. (23)Лейтенант покорно подставил себя под укол.
(24)– Не надо привязывать. (25)Пожалуйста…
(26)Украдкой прикрыв его одеялом, дежурная громко сказала в приёмной палатке, что всё она исполнила, как велено было. (27)Так-то, мол, оно надёжней. (28)Распустились, понимаешь, эти раненые, спасу нет.
(29)Уже отмякший от укола, слипающимся сознанием Борис отметил: «Да-а, и это тоже женщина!..»
(30)Проснулся он вялый, обессиленный. (31)На улице крапал дождь, цыпушкой поклёвывая палатку. (32)Дальний шум леса слышался, шуршание ползущего по оврагам снега, голос куличишки.
(33)Поздней ночью в палатку завернул врач.
(34)– Не спите? — (35)Убрав полу серой шинели, врач присел на кровать лейтенанта, протёр очки и объявил сухо: – Я назначил вас на эвакуацию. (36)У вас началось обострение. — (37)После долгой паузы он покривил губы в беловатых шрамах. (38)– Ду ши и остеомиелиты в полевых условиях не лечат. — (39)И грустно добавил: – А милосердие, надо вам заметить, всегда двоедушно! (40)На войне особенно!..
(41)Врачу хотелось поговорить, но Борис отчуждённо молчал, дожидаясь, когда он уйдёт. (42)Дождь сгущался, стучал по палатке монотонно, однозвучно, усыпляюще.
(43)– Развезёт дорогу совсем, — вслух подумал врач и встал, горбясь в низкой палатке. (44)– Вот что я вам посоветую: не отдаляться от людей, принимайте мир таким, каков он есть, иначе вас раздавит одиночество. (45)Оно пострашнее войны.
(46)На улице врач постоял. (47)Донесло щелчок фонарика, вздох, и мягкие расползающиеся шаги поглотила ночь.
(48)Совсем хорошо сделалось в палатке, покойно. (49)Дождь и дыхание спящих раненых уплотняли этот покой. (50)Борис смежил глаза, притих в себе.
(51)Жажда жизни рождает неслыханную стойкость — человек может перебороть неволю, голод, увечье, смерть, поднять тяжесть выше сил своих. (52)Но если её нет, тогда всё, тогда, значит, остался от человека мешок с костями. (53)Потому-то и на передовой бывало: даже очень сильные люди вроде бы ни с того ни с сего начинали зарываться в молчание, точно ящерицы в песок, делаться одинокими среди людей. (54)И однажды с обезоруживающей уверенностью объявляли: «А меня скоро убьют». (55)Иные даже и срок определяли — «сегодня или завтра».
(56)И никогда, почти никогда не ошибались.