На что способны родители ради своих детей? Эту проблему поднимает В. А. Солоухин в данном для анализа тексте.
Чтобы привлечь внимание читателя, герой-рассказчик повествует о случае, который произошёл с ним на прогулке. В качестве первого примера - иллюстрации автор приводит эпизод, где он слышит писк детёнышей выхухоли и видит неподалёку крохотную ямочку, в которой барахтались крохотные существа, беспомощные, как все детёныши. Из-за верхушки ольхи, судорожно, непрерывно загребая лапками, чтобы удержаться на одном месте, на него глядела своими чёрными бусинками выхухоль. Несмотря на то, что выхухоль - животное пугливое, она не оставила своих детёнышей. Этот пример убедительно доказывает, что выхухоль проявляет героизм и самопожертвование ради спасения своих детёнышей. В качестве второго примера-иллюстрации служит эпизод, где автор, поддавшись сентиментальности, думает о том, что и у него есть дети. Он старался вообразить бедствие, которое и по масштабу, и по неожиданности было бы для него как паводок для этой бедственной семьи,когда пришлось бы тащить детей то в одно, то в другое место, а они гибли бы в пути от холода и от борьбы за существование, и кричали бы, и звали бы его, а он не имел бы возможности к ним приблизиться. Перебрав всё, что подсказывало воображение, он остановился на самом страшном человеческом бедствие - на войне. Действительно, этот пример показывает, что и для человека дети - самое главное в жизни и что человек готов на все, чтобы защитить своих детей, от бед, от войны. Оба примера, дополняя друг друга, доказывают, на что способны родители ради своих детей.
Авторская позиция довольно ясна. Автор считает, что любовь родителей часто проявляется в стремлении любыми способами, даже ценой собственной жизни, оградить от любых неприятностей.
Невозможно не согласиться с позицией автора. Ради своих детей, ради их благополучия родители способны на любые подвиги. Я хочу обосновать свою точку зрения, опираясь на художественную литературу. Так, в произведении Л. Улицкой "Дочь Бухары" повествуется о материнской любви Бухары к своей дочери Миле. В произведении есть эпизод, где Бухара, узнав о страшной болезни дочери и оставшись одна, не бросила свою дочь даже после того, как сама узнала о своей болезни. Она не могла себе позволить оставить свою дочь одну. Несмотря ни на что, она обустроила жизнь своей дочери. И только после этого Бухара ушла в иной мир. Тем самым, она проявила свою беграничную любовь к своей дочери.
Таким образом, я могу сделать вывод, что материнская любовь не знает преград и границ. Она сильнее страха смерти.
(5)Я пошёл вдоль по берегу, не думая ни о чём, любуясь воистину необыкновенным зрелищем. (6)Никогда, при самом дружном таянии самых глубоких снегов, не было на нашей реке такого разлива, такого водополья, как теперь. (7)Высокие ольховые кусты теперь выглядывали из воды одними макушками.
(8)До моего слуха стал доноситься однообразный слабенький писк, настолько слабенький, что сначала я хоть и слышал его, но как-то не обращал внимания, как-то он не мог «допищаться» до меня. (9)Может быть, спутывался сначала с писком и щебетанием птиц, а потом уж и выделился, чтобы завладеть вниманием.
(10)Сделав несколько шагов по берегу, я прислушался ещё раз и тут увидел у носка моего самому мне показавшегося огромным резинового сапога крохотную ямочку, оставленную некогда коровьим копытом.
(11)В ямке, сбившись в клубочек, барахтались крохотные существа, беспомощные, как все детёныши.
(12)Детёныши были величиной со взрослых мышей или, лучше сказать, с кротов, потому что больше походили на них окраской своих мокреньких шубок. (13)Их копошилось штук шесть, причём каждый старался занять верх, так что они вслепую всё время перемешивались клубочком, попирая и топча наиболее слабеньких.
(14)Мне захотелось узнать, чьи это детёныши, и я стал оглядываться. (15)Из-за верхушки ольхи, на том берегу, судорожно, непрерывно загребая лапками, чтобы удержаться на одном месте (течение сносило её), глядела на меня своими чёрными бусинками выхухоль. (16)Встретившись со мной глазами, она быстро, испуганно поплыла в сторону, но невидимая связь с коровьим копытцем держала её, как на нитке. (17)Поэтому поплыла выхухоль не вдаль, а по кругу. (18)Она вернулась к ольховому кусту и снова стала глядеть на меня, без устали гребя на одном месте.
(19)Выхухоль держалась на воде метрах в двух от меня, что невероятно для этого крайне осторожного, крайне пугливого зверька. (20)Это был героизм, это было самопожертвование матери, но иначе не могло и быть: ведь детёныши кричали так тревожно и так призывно!
(21)Я наконец ушёл, чтобы не мешать матери делать своё извечное дело – спасать своих детей. (22)Поддавшись невольной сентиментальности, я думал о том, что у меня тоже есть дети. (23)Я старался вообразить бедствие, которое по масштабу, по неожиданности, по разгулу и ужасу было бы для нас как этот паводок для бедной семьи зверушек, когда пришлось бы точно так же тащить детей в одно, в другое, в третье место, а они гибли бы в пути от холода и от борьбы за существование, и кричали бы, и звали бы меня, а я не имел бы возможности к ним приблизиться.
(24)Перебрав всё, что подсказывало воображение, я остановился на самом страшном человеческом бедствии. (25)Название ему – война.
(26)Дождь усиливался с минуты на минуту, он больно сёк меня по лицу и рукам. (27)На землю спустилась чёрная, ненастная ночь. (28)В реке по-прежнему прибывала вода.
(29)В небе, выше дождя, превыше ночной темноты, так, что едва доносился звук, неизвестно куда и неизвестно откуда летели птицы, созданные из огня и металла.
(30)Если бы они и могли теперь взглянуть со своей высоты на землю и на меня, идущего по ней, то я им показался бы куда мельче, куда микроскопичнее, чем полчаса назад казались мне слепые, озябшие детёныши выхухоли, лежащие на самом краю земли и стихии.