На чем должны строиться отношения между старшим и младшим поколениями? Над этим вопросом нам и предлагает поразмышлять Владислав Петрович Крапивин.
Способ ведения личного общения родителя с ребенком сильно отражается как на жизни первого, так и на жизни второго. Так как же нужно общаться с ребенком, чтобы взаимодействие приносило пользу, было в удовольствие и способствовало росту здоровой и счастливой личности? В своем отрывке В. П. Крапивин раскрывает перед нами отношения дедушки и внука через письмо первого. Первое, что бросается в глаза, так это множественные ласковые обращения дедушки к внуку: “родной мой”, ”малыш мой крылатый”, ”ты у меня славный, умница”. Эти нежные обращения дают нам понять, как сильно дедушка любит “Журку”, какие взаимопонимание между ними было. Мы также встречаем напутствия деда: “И учись летать высоко и смело”, “Ты сумеешь. Если тяжело будет — выдержишь, если больно — вытерпишь, если страшно — преодолеешь”, “Не оправдывай себя чужими правильными словами”. Эти теплые наставления являются примером настоящей любви родителя, который желает обезопасить ребенка от тяжелых невзгод жизни вселением в него уверенности в своих силах.
Автор убежден, что отношения между ребенком и родителем должны основываться на не скрытой любви. Ребенок должен ощущать нежность, он нуждается в советах и наставлениях, и именно открытое выражение заботы позволит построить гармоничные отношения в семье.
Я не могу не согласиться с автором. Ребенок нуждается не только в банальной крыше над головой и пище,но и в постоянном взаимодействии с родителем, в открытом выражении любви со стороны второго. Следует постоянно показывать ребенку, что вы его любите, проявляя это как в нежности обращения, так и в постоянном утверждении в нем веры в собственный потенциал. Негативным примером родителя, который полностью пренебрегает вышеописанными правилами, может служить бабушка Нина из “Похороните меня за плинтусом” П.Санаева. Бабушка воспитывает девятилетнего внука Сашу, но делает это, нарушая все правила педагогики: она постоянно обзывает ребенка в грубой форме, пророчит ему ужасную жизнь или пугает смертью, часто позволяет себе срываться на него. Такое отношение приведет к психологической травме, которую Саша пронесет через всю жизнь.
Подытожим: не следует скрывать от ребенка свою привязанность - он нуждается в ней. Отношения с ребенком должны складываться на постоянном выражении любви, заботы, на открытом воспитании в ребенке сильной личности, уверенной в своих способностях. Только в таком случае климат внутри семьи будет гармоничен.
(6)И увидел между страницами узкий белый конверт. (7)Видимо, дедушка решил, что если все другие книги покажутся Журке неинтересными, то «Мушкетёров» он всё равно пролистает до конца.
(8)Тем же прямым почерком, каким раньше дед писал короткие поздравления на открытках, на конверте было выведено: Ю р и к у.
(9)Журка сперва сам не зная чего испугался... (10)Или нет, не испугался, а задрожал от непонятной тревоги. (И)Оглянулся на прикрытую дверь, подошёл к окну. (12)Суетливо дёргая пальцами, оторвал у конверта край. (13)Развернул большой тонкий лист...
(14)Дед писал чёткими, почти печатными буквами:
(15)«Журавлик!
(16)Книги на этих полках — тебе. (17)Это старые мудрые книги, в них есть душа. (18)Я их очень любил. (19)Ты сбереги их, родной мой, и придёт время, когда они станут твоими друзьями. (20)Я это знаю, потому что помню, как ты слушал истории о плаваниях Беринга и Крузенштерна и как однажды пытался сочинить стихи про Галактику (помнишь?). (21)Ты их ещё сочинишь.
(22)Малыш мой крылатый, ты не знаешь, как я тебя люблю.
(23)Жаль, что из-за разных нелепостей мы виделись так редко.
(24)В эти дни я всё время вспоминаю тебя. (25)Чаще всего, как мы идём по берегу Каменки и я рассказываю тебе про своё детство и большого змея.
(26)Этот летучий змей почему-то снится мне каждую ночь. (27)Будто я опять маленький, и он тащит меня в лёгкой тележке сквозь луговую траву, и я вот-вот взлечу за ним.
(28)Жаль, что так быстро оборвалась тонкая бечева...
(29)В детстве я утешал себя, что змей не упал за лесом, а улетел в далёкие края и когда-нибудь вернётся. (30)И его бумага будет пахнуть солёными брызгами моря и соком тропических растений. (31)Наверно, потому я к старости и стал собирать эти книги: мне казалось, что они пахнут так же.
(32)Впрочем, ерунда, старости не бывает, если человек её не хочет.
(33)Просто приходит время, когда лопается нить, которая связала тебя с крылатым змеем. (34)Но змей вернулся, и я оставляю его тебе. (35)Может быть, он поможет тебе взлететь.
(З6)Журка, вспоминай меня, ладно? (37)Меня и другие будут вспоминать, но многие, даже твоя мама, скажут, наверно: жизнь у него не удалась.
(38)Это неправда! (39)И ты про это не думай. (40)Ты вспоминай, как мы расклеивали в твоём альбоме марки, говорили о кораблях и созвездиях, а вечерами смотрели на поезда. (41)И учись летать высоко и смело. (42)Ты сумеешь. (43)Если тяжело будет — выдержишь, если больно — вытерпишь, если страшно — преодолеешь. (44)Самое трудное знаешь что? (45)Когда ты считаешь, что надо делать одно, а тебе говорят: делай другое. (46)И говорят хором, говорят самые справедливые слова, и ты сам уже начинаешь думать: а ведь, наверно, они и в самом деле правы. (47)Может случиться, что правы. (48)Но если будет в тебе хоть капелька сомнения, если в самой-самой глубине души осталась крошка уверенности, что прав ты, а не они, делай по-своему. (49)Не оправдывай себя чужими правильными словами.
(50)Прости меня, я, наверно, длинно и непонятно пишу... (51)Нет, ты поймёшь. (52)Ты у меня славный, умница. (53)Жаль, что я тебя, кажется, больше никогда не увижу.
(54)Видишь, какое длинное письмо написал тебе твой дед Юрий Савельев, который тоже когда-то был журавлёнком».
(55)Журка дочитал письмо и сразу, не сдерживаясь, заплакал. (56)Его резанули тоска и одиночество, которые рвались из этого письма. (57)И любовь к нему, к Журке, о которой он не знал. (58)И ничего уже было сделать — ни ответить лаской, ни разбить одиночество...
(59)Напрасно дед боялся, что Журка чего-то не поймёт в письме. (60) Он понял всё. (61)В дедушкиных словах (будто не написанных, а сказанных негромким хрипловатым голосом) были не только печаль и любовьь. (62)Была ещё гордость.
(63)И поэтому в Журкиных слезах, несмотря ни на что, тоже была гордость...