Какое место занимает книга в нашей жизни? Какое влияние оказывает на каждого их нас? Именно на эти вопросы старается ответить в своём произведении выдающийся русский советский писатель и драматург М. Горький, поднимая проблему роли книги в жизни человека.
В качестве примера, иллюстрирующего данную проблему, автор приводит рассуждения рассказчика о том как его изменили книги. С самых первых строк становиться ясно, что они сыграли огромную роль в становлении героя текста как личности, в его взрослении. «Книги открывали передо мною новое», - утверждает рассказчик. Писатель отмечает, что они помогали герою иначе взглянуть на мир. Автор убежден в том, что именно «дивные птицы сказок» сумели оказать на личность рассказчика огромное влияние, открыв для неё мир во всём его многообразии.
Наиболее полное представление о том, как герой произведения относится к книгам, дает описание его впечатлений, чувств и эмоций, которые он испытал благодаря чтению. Автор подчеркивает, что книги роднили рассказчика с миром, тем самым делая его жизнь ярче и значительнее. Особое внимание автор уделяет тому, что, обращаясь к различным литературным произведениям, герой испытывал совершенно особенные, неповторимые чувства. Кроме того, М. Горький приводит читателя и к выводу о том, что книги могут послужить отличными учителями, ведь не зря рассказчик описывает их так, как будто у них есть душа, а значит, и свой характер, свой язык.
Авторская позиция четко ясна. Каждая книга — это меленькая ступень, поднимаясь на которую мы восходим от животного к человеку, к представлению о лучшей жизни и жажде этой жизни.
Не могу не согласиться с М. Горьким. Действительно, книги дают нам представления о мире, из них мы узнаем некоторые правила жизни. Аргументирую свою точку зрения.
Писатели различных эпох поднимали проблему роли книги в своих произведениях. С ней можно столкнуться и в известном романе в стихах А. Пушкина «Евгений Онегин». Одна из главных героинь произведения, Татьяна Ларина, увлекалась чтением. Книги во многом сформировали её внутренний мир. Из них девушка узнала об безупречной, возвышенной любви, поэтому и идеал её мужчины тоже был взят из произведений, которые она прочла. Именно это и не позволило ей обрести настоящее счастье. Татьяна не знала реального мира, а её любовные мечты, сформированные литературой, не соответствовали действительности. При встрече с Евгением девушка сразу же сделала его «героем своего романа», но он не являлся тем, кем видела его Ларина. На примере данного произведения можно сделать вывод о том, что книги действительно способны оказать на личность человека огромное влияние, изменить его мировоззрение, однако и к чтению нужно подходить с осторожностью, грамотно выбирать литературу.
Своё отражение проблема роли книги находит не только во многих романах, повестях, рассказах, но и в жизни. Я считаю, что чтение в огромной степени повлияло на становление моей личности. С детства книга является моим «другом». Из сказок я узнал, что мир наполнен чудесами, из энциклопедий получил углубленное представление об окружающих предметах, явлениях. С самых ранних лет моим любимым жанром является фантастика. Благодаря произведениям таких известных писателей, как Ж. Верн, Г. Уэллс, Р. Брэдбери, я всегда имел возможность побывать в необыкновенных местах, попасть в другую реальность. Именно поэтому я считаю, что книги играют значительную роль в моей жизни.
В заключение хотелось бы сказать, что даже в век современных технологий мы должны не забывать о книгах, ведь, как говорят, они - наши жизненные проводники.
Храмы и дворцы, не похожие на наши церкви и дома, иначе одетые люди, иначе украшенная человеком земля, чудесные машины, изумительные изделия - всё это внушало мне чувство какой-то непонятной бодрости и вызывало желание тоже что-то сделать, построить.
Всё было различно, непохоже, но однако я смутно сознавал, что всё насыщено одной и той же силой - творческой силою человека. И моё чувство внимания к людям, уважение к ним росло.
Я был совершенно потрясён, когда увидел в каком-то журнале портрет знаменитого учёного Фарадея, прочитал непонятную мне статью о нём и узнал из неё, что Фарадей – был простым рабочим. Это крепко ударило меня в мозг, показалось мне сказкой.
«Как же это? - недоверчиво думал я. - Значит - который-нибудь из землекопов тоже может сделаться учёным? И я - могу?»
Не верилось. Я стал доискиваться - нет ли ещё каких-нибудь знаменитых людей, которые были бы сначала рабочими? В журналах никого не нашёл; знакомый гимназист сказал мне, что очень многие известные люди были сначала рабочими, и назвал мне несколько имён, между прочим - Стефенсона, но я не поверил гимназисту.
Чем больше я читал, тем более книги роднили меня с миром, тем ярче, значительнее становилась для меня жизнь. Я видел, что есть люди, которые живут хуже, труднее меня, и это меня несколько утешало, не примиряя с оскорбительной действительностью; я видел также, что есть люди, умеющие жить интересно и празднично, как не умеет жить никто вокруг меня. И почти в каждой книге тихим звоном звучало что-то тревожное, увлекающее к неведомому, задевавшее за сердце. Все люди так или иначе страдали, все были недовольны жизнью, искали чего-то лучшего, и все они становились более близкими, понятными. Книги окутывали всю землю, весь мир печалью о лучшем, и каждая из них была как бы душой, запечатлённой на бумаге знаками и словами, которые оживали, как только мои глаза, мой разум соприкасались с ними. Нередко я плакал, читая, - так хорошо рассказывалось о людях, так милы и близки становились они. И, мальчишка, задёрганный дурацкой работой, обижаемый дурацкой руганью, я давал сам себе торжественные обещания помочь людям, честно послужить им, когда вырасту.
Точно какие-то дивные птицы сказок, книги пели о том, как многообразна и богата жизнь, как дерзок человек в своём стремлении к добру и красоте. И чем дальше, тем более здоровым и бодрым духом наполнялось сердце. Я стал спокойнее, увереннее в себе, более толково работал и обращал всё меньше внимания на бесчисленные обиды жизни.
Каждая книга была маленькой ступенью, поднимаясь на которую, я восходил от животного к человеку, к представлению о лучшей жизни и жажде этой жизни. А перегруженный прочитанным, чувствуя себя сосудом, до краёв полным оживляющей влаги, я шёл к денщикам, к землекопам и рассказывал им, изображал перед ними в лицах разные истории. Это их забавляло.
- Ну, шельма, - говорили они. - Настоящий комедиант! Тебе в балаган, на ярманку надо!
Конечно, я ждал не этого, а чего-то другого, но - был доволен и этим. Однако мне удавалось иногда, - не часто, разумеется, - заставить владимирских мужиков слушать меня с напряжённым вниманием, а не раз доводить некоторых до восторга и даже до слёз - эти эффекты ещё более убеждали меня в живой возбудительной силе книги.