Образы Времени и Красоты - основные в творчестве последнего классика русской литературы И. А. Бунина. Революцию писатель воспринял как катастрофу, как стихийное явление, разрушившее Красоту, уничтожившее ту Россию, которая была так дорога и мила его сердцу. Он покинул родину в 1920 году, всю оставшуюся жизнь, тридцать три года, прожил за границей, но Россия прежняя, та, которую "несказанно жаль" и которую так "непоправимо не вернуть", - была и осталась основной темой его творчества.
В рассказе "Несрочная весна", написанном в 1923 году, образ времени создаётся с помощью антитезы. Омерзительное настоящее противопоставлено милому прекрасному прошлому. Настоящее дано хронологически точно, конкретно - июнь 1923 года. Прошлое растяжимо во времени, оно охватывает целых два столетия. Герой, от лица которого и ведётся повествование, рассказывает в письме другу об одной поездке в июне 1923 года в деревню к одному из знакомых. Саму поездку он воспринимает как нечто необычное, как событие, ставшее целой эпохой в его жизни, как чудо воскресения мертвеца. Причём рассказчик отмечает, что когда-то такие поездки не могли считаться событиями. Теперь Расстояния в России, "опять превратившейся в Московщину", стали огромными.
Настоящее время - это "подлый язык", всё больше входящий в моду, с его "омерзительнейшим" словом "пупки" - так стали называть толчки с вечной куплей и продажей. Чтобы передать своё отношение к языку настоящего, Бунин использует издевательский перифраз из стихотворения С. Есенина "Кобыльи корабли": "Солнце, как лужа кобыльей мочи..."
"Подлому языку" настоящего противопоставлены стихи прошлого столетия, которые герой прочитал в книгохранилище княжеской усадьбы, ставшей музеем, "народным достоянием".:
Упокой мятежный дух
И в страстях не сгорай,
Не тревожь меня, пастух,
Во свирель не играй.
Героя очаровывает язык прошлого какой-то "прелестью, грацией, танцующим переливом чувств".
Настоящее - это "вечная купля и продажа", "сброд самой низкой черни", это вокзальные буфеты и залы, "загаженные совершенно безнадёжно".
Прошлое - это потолки дворца, блистающие золочёной вязью, это лаковые полы с отсвечивающей на них драгоценной мебелью.
Мы видим, что антитеза "прошлое - настоящее" строится по принципу "красота - безобразие".
Образ настоящего времени персонифицирован в облике русого мужика - случайного попутчика рассказчика в вагоне. пере нами торжествующее, самоуверенное, самодовольное хамство.
Прошлое персонифицировано в портретах людей, живших двести лет назад. "Боже, какой красоты на них женщины! Какие красавцы в мундирах, в камзолах, в париках, в бриллиантах, с яркими лазоревыми глазами!"
Постепенно образ времени перерастает в образ вечности. Герой оказался в местах удивительных: "... кругом - заповедные леса, глушь и тишь неописуемая". Природа в изображении И. Бунина первозданна, довременна. По вечерам в глубине мрачного, гулкого бора рассказчик чувствует "не то что старину, древность, а прямо вечность". А вид из узких окон знаменитой церкви поражает ощущением одиночества и вечности. "Как-то весело и горестно радовался (оксюморон) солнцем забытый, навсегда опустевший храм!" За стенами храма "пел, гудел летний вечер, - всё тот же, тот же, что и двести лет назад".
После этой удивительной поездки герой понял одно: "К прежнему, к прошлому возврата нет, а новое царит уже крепко..." И герой делает свой выбор между прошлым и настоящим. Он отрешается от настоящего, чувствуя, что рвётся последняя связь между ним и окружающим миром, и уходит в прошлое, " в Элизей минувшего".
Настоящее для него мертво, прошлое живо. Прошлое - это "единственная и всё более радостная, уже никому не доступная обитель...души" героя.
Название рассказа И. А. Бунина взято из стихотворения Баратынского, в котором "Летейская тень, сей призрак" -
...убедительно пророчит страну,
Где я наследую несрочную весну,
Где разрушения следов и не примечу...
Тема времени и вечности дополняется темой памяти. память жива, она воскрешает былое и приближает человека к вечности.